Всякий враль вынужден строить свою жизнь по законам ненавистного,противоестественного постоянства. Играешь свою роль,а она становится твоим мучением и карой.
Девушке в первую очередь надо начать любить себя. Если ты любишь себя, то не станешь придавать значение никаким гадостям. Уверенный в себе человек не станет относиться к себе хуже, получая в свой адрес болезненные уколы или нелестные замечания. Например, меня уже не выбить из колеи: я знаю, что я красивая, и мне в себе все нравится.
Хорошо раствориться в том, что тебе нравится.
Если реинкарнация и впрямь существует, то мы не умираем. Мы просто меняемся. Проходим новый цикл развития. Приобретаем новые знания и опыт.
Говорят, страх придает силы. У неё он все силы украл.
Ценят только ту женщину, которой надо добиваться
Задача тайм-менеджмента состоит не в том, чтобы напихать в сутки как можно больше дел, а втом, чтобы не заниматься ерундой.
Страх за себя гнетет и давит на плечи, но страх за другого человека поселяется внутри и гложет сердце, как голодная крыса.
Для того чтобы унизить человека, бывает достаточно и одного взгляда.
Умение прощать-это дар как раз для вас самой,так и для того,кого вы прощаете.
Тут Платон снова разбирает природу философа – что это такое, если он – цель общественной машины? И снова он начинает с любви. Подумаем о том, кто вообще что-нибудь любит. Сократ разговаривает с неким Главконом (474с и далее): «Нужно ли напоминать тебе, или ты помнишь сам, что коль скоро на наш взгляд человек что-нибудь любит, он должен, если только верно о нем говорят, выказывать любовь не к одной какой-нибудь стороне того, что он любит, оставаясь безучастным к другой, но напротив – ему должно быть любимо всё [πᾶνστέργοντα]». Это перевод опять ослабляющий. Глагол στέργω выражает любовь к родителям, к супругам. Так вот, кто так любит, любит в любимом всё, а не только некие стороны, достойные любви. Любовь объемлет любимого во всем ему присущем. Заметим, между прочим, что такая всеобъемлющая любовь как раз отстраняет, отодвигает любимое, стремясь охватить, обнять его целиком неким неделимым целостным образом. Вы видите теперь, каким образом стремление может оказаться силой, отодвигающей от того, к чему стремишься.
Зерно создало крестьянина, текстиль создал пролетария. Буржуа был сотворен чаем с сахаром.
Вы же слыхали о Синей Бороде, Спящей красавице и Коте в сапогах? А вот новая сказка - о маленькой женщине, что тащила историю на своём горбу. Хотите крови? Это у меня есть. Дворцы? Ну, конечно, Лачуги? Ещё бы! А монстры? Да,да и монстры у меня есть. Приходите и смотрите! Только приходите - и вы увидите все своими глазами, я покажу вам, как все было, я расскажу вам, как умею, на что способен человек.
- Этот парень однажды разбил тебе сердце, поэтому всегда будет в моём расстрельном списке.
Для начала он сосредоточился на жаре́, потом на сердце, на крови в венах. Затем перешел вовне – на кору, к которой прижимался спиной, и через нее на сердцевину дерева, спустился к корням и дошел до камня, лежащего в холодной глубине и служащего дном мира.
- И все же. Полагаю, ты имеешь отношение к проникновению в мою комнату. - Поверь, я совершенно равнодушна к подушке, на которую ты по ночам пускаешь слюнки. Мне незачем проникать в твою комнату.
— Победа над слабостями делает нас сильными
…и мне довелось побеседовать с превеликим множеством людей о постапокалиптической литературе. Я слышала массу теорий об интересе к этому жанру. Некто предполагал, что причина в экономическом неравенстве, что, живя в несправедливом мире, мы стремимся все взорвать и начать с чистого листа…
— Когда же я осталась одна, у меня и вовсе опустились руки. Поэтому я решила просто… быть счастливой в этом мире. С парнем, которого здесь полюбила.
Как ни странно, но самым здравомыслящим из нас троих оказалась моя шизофрения.
— Гигиенические процедуры объявляются завершенными, — Гоша отработанным движением бедра подался вбок и выключил воду. — У меня на вас есть развратные планы, Ираида Павловна.
— Насколько развратные? — она обернулась и, закинув руки за шею, прижалась всем телом.
— Тебе понравится, — пообещал Гоша.
— Ты вообще такое слово знаешь — «образование»?
— Это когда у коровы гуля на морде вскакивает? — неуверенно предположила Рыска, слышавшая что-то похожее от скотского лекаря.
— Ага, и я даже знаю, как эту корову зовут!
The contemplation of these treasures, still pristine in their packaging, gave Jean far more satisfaction than using them ever could. A leather notebook with marbled endpapers and gold-tipped pages was a thing of beauty only so long as its pages remained blank.
Все имеют право на шанс, на то, чтобы им не делали больно, чтобы их оберегали.
— А вы говорите, директора из вас никакие… Да мы с вами горы свернем.
— Главное, чтобы мы их не наворотили, — глубокомысленно изрек Свэн под наш дружный и веселый хохот.