Надо было попросить у Райли "забудь свои печали"; попробовать снова вышибить клин клином. Не соваться туда, где даже дышать опасно.
Роман М.А.Булгакова весьма глубок. В частности, в его части, говорящей о Христе, встречаются любопытные старинные сведения. Отметим, например, такой интересный штрих. По-видимому, подлинная дата распятия Христа в той или иной форме долго сохранялась в литературе, объявленной затем апокрифической. В частности, крещение Руси апостолом Андреем, - как считается, в самом конце X века, - иногда напрямую связывалось во времени с распятием Христа. Эту традицию и отразил М.А.Булгаков, литературно обработав многочисленные апокрифические сказания о Христе. М.А.Булгаков в последней, 32-й главе "Прощение и вечный приют" своего романа, рассказывает, что покидая Москву в конце 30-х годов (более точно, роман был завершен в 1940 году), Воланд со свитой посещает римского прокуратора Иудеи Понтия Пилата, одиноко отбывающего наказание на скале в пустынной местности. И тогда Маргарита, пораженная длительностью наказания Пилата, спрашивает Воланда: "ДВЕНАДЦАТЬ ТЫСЯЧ ЛУН за одну луну когда-то, не слишком ли это много?" Выражение "прошло столько-то лун" хорошо известно. Имеется в виду, что от какого-то события прошло некоторое число лунных месяцев, так называемых синодических месяцев. Такой месяц-"луна" равен 29,5 суток ["Советский Энциклопедический Словарь". - М., Советская Энциклопедия, 1984, с.792]. Но в таком случае получается, что от распятия Христа до 1940 года прошло 12000 лун, то есть 970,8 лет.
Откладывая эту величину назад от 1940 года, года завершения романа М.А.Булгакова, получаем примерно 969 год н.э. Если же считать, что имелся в виду звездный лунный месяц, равный 27,3 суток [см. там же], то в качестве даты распятия Христа получится 1043 год н.э. Так или иначе, но традиция, - которую в слегка завуалированной форме озвучил М.А.Булгаков, - указывает на распятие Христа либо в конце X века, либо в XI веке. Конечно, отмеченное обстоятельство само по себе ничего не доказывает, однако в ряду фактов, становящихся теперь известными, оно становится вполне понятным.
Если изгнать саксов, Британия все равно останется недужной, ибо мы рискуем утратить своих богов. Христианство распространяется быстрее, чем саксы, а для богов христиане ненавистнее любого захватчика. Если новую веру не остановить, боги покинут нас навсегда, а что Британия без них? Однако если мы обуздаем богов и вернем их в Британию, и саксы, и христиане рассеются сами собой. Мы боремся не с той болезнью, Дерфель.
Что такое история искусства, если не одно ослабление требований морали за другим?
Лицо номер 41 – «Спящий барсук»: выражение сердитого интереса, подходящее почти во всех ситуациях. Он так долго носил одно Лицо, что оно врезалось в его черты.
Равенство - тоненький налёт на вековых принципах, поскреби ногтем, и мгновенно сойдёт.
Порой смерть деспота - единственное, что может освободить нас от него.
Вера - великая вещь. Точно так же какой-нибудь футболист верит, что просто ушиб ногу, а пьяный полагает, что наутро он будет свеженьким как огурчик.
"Вспомнил, кстати, слова старикана. О том, что смерть освобождает душу. Освобождает, черт возьми, душу. Вот уж, блин, не знаю. Посмотрим."
Нет чувства более обманчивого, чем надежда
Все валлийцы — братья, хотя и случается, что временами режут друг другу глотки и удобряют скудные, каменистые поля своей родины кровью своих соплеменников, погибающих в братоубийственных распрях.
“Задавать вопрос пьянице, где и зачем он пьёт, все равно что спрашивать у мертвеца на кладбище, почему он умер.”
Не универсальный ответ на вопрос, а обнаружение бесконечной загадочности этой вещи. Вот что такое платоновская идея. Это то, что ведет, и ведет, и умножает беседу, а не заканчивает ее. И таким образом философия превращает теоретическое знание в философскую проблему. Однажды философия и была определена как «чистая наука о проблемах».
Каждый кулик свое болото хвалит.
В комнате общаги не очень много места, как для котиков, так и для мужей.
Одни оставляют своих собак на улице, на холоде, другие позволяют им жить в доме, забираться на колени и даже в постель. Можно понять, что за характер у человека, по его отношению к собакам
Мама говорит, если зацикливаться на каком-то желании, оно не сбудется, потому что Господь не поощряет тщеславие и тягу к мирским радостям.
Жизнь – вот что важно, мой друг. Жизнь и люди, с которыми мы ее делим.
- Ты сам просил пока не убивать! «Начало правления с горы трупов – плохая примета», - передразнила я. – Ну, чьи слова?
Если бы мы жили внутри симуляции, то как бы мы узнали, что это симуляция?
- Вы невыносимо упорны и хитры, и без поддержки королевского авторитета моя воля ничего не значит перед вашей.
- О, - только и смог отреагировать Канлар, не ждавший такого вывода.
- Вы давите, пока не достигнете своего, - развила свою мысль королева, - но давите не силой, напролом, а меняя тактику, выискивая слабые места противника, подбираясь к нему исподтишка, чтобы в нужный момент сломить сопротивление одним чётко выверенным ударом.
- О, - только и смог повторить Канлар, вслепую нащупывая свой бокал и делая глоток.
- Только не говорите мне, что вы этого не знали! – возвела глаза к потолку Кая, на секунду залюбовавшись расписным плафоном.
- Нет, почему же, - пришёл в себя Канлар. – Мне об этом уже говорили, но я полагал, что это преувеличение.
страшно то, что больше нет ничего личного
что бы вы не услышали и не увидели - держите своё мнение при себе. Это ваше первое и самое главное правило выживания в этом мире.
...влюбленность - она как вино. Если настоящая, то со временем только раскроет себя, а если нет, то выдохнется и скиснет.
В том, насколько они были поглощены друг другом, было что-то обидное, и Джин пришлось напомнить себе, что к ней это не имеет отношения - просто универсальный симптом любовного недуга. А те, кто им поражён, заслуживают не осуждения, а жалости.