...надежда длится столько же, сколько жизнь.
Тебя сближает с другим человеком то, что ты родился вместе с ним, жил с ним в одной комнате, ел с ним, играл с ним, работал с ним и, судя по собственным воспоминаниям или воспоминаниям других, никогда ничего не делал без него. Все это сближает, делает вас почти незаменимыми друг для друга, но это совсем не значит, что вы…
Тебя сближает с другим человеком то, что ты родился вместе с ним, жил с ним в одной комнате, ел с ним, играл с ним, работал с ним и, судя по собственным воспоминаниям или воспоминаниям других, никогда ничего не делал без него. Все это сближает, делает вас почти незаменимыми друг для друга, но это совсем не значит, что вы…
В том и состоит опасность для процветающих цивилизаций: гражданин тут забывает, что его свобода в конечном счете зависит от его же воинской доблести.
В ситуациях глубокого кризиса срочно необходимо аутентичное разделение — разделение между теми, кто хочет продолжать тащиться в рамках старых параметров, и теми, кто осознает необходимые перемены. Подобное разделение, а вовсе не оппортунистические компромиссы, и есть путь к истинному единству.
Компании-долгожители готовы продать свои фабрики и заводы. Предприятия – всего лишь средство заработка. Новые компании легко увольняют людей, чтобы сохранить заводы, в этом смысл их существования. Старые делают ровным счетом наоборот.
...Тебе не кажется, что во всём этом есть что-то неправильное, а? Когда вопросы «почему» и «зачем» задаются людям, которые делают что-то хорошее, и совершенно бескорыстно. Вот если один человек, скажем, изнасиловал другого человека… – Лиза вздрогнула, но не успела сосредоточиться на собственных эмоциях – Володя продолжал: – …В таком случае никому даже в голову не приходит спрашивать, зачем или почему. И так всё понятно. Объясняться должны люди, которые помогают другим людям. Мне давно кажется – в нашем обществе что-то не так, если зло кажется нам привычным и обычным, тем, что не нужно объяснять, а вот добро почему-то требует разъяснений.
Маленькими шагами тоже движешься вперёд.
За все в жизни надо платить. Иногда — кровью и слезами чужих. Иногда — кровью и слезами близких. Но намного чаще — собственной кровью и собственными слезами, которые нельзя показывать публике.
Если уж примерил колпак дурака, то негоже его срывать на середине представления.
Но я девушка простая. Меня много чем, кроме уборки успокоить можно. Стиркой, например. В тазике. И негромко, и надолго, и нервы хорошо в порядок приходят. Очень рекомендую.
Я же, пользуясь темнотой, незаметно скинула туфли и чуть не застонала от облегчения. Вот оно — простое женское счастье. Для полного блаженства еще бы лифчик расстегнуть, надавил так — сил нет. Но эту манипуляцию незаметно не проведешь, да и как застегивать потом? Разве что Лисовца попросить. Представляю его выражение лица в ответ на такую просьбу.
пусть принц не испытывал неземной любви к своей избраннице, он готов был сделать ее счастливой.
Дайна знала, что это желание важнее для семейной жизни, чем пылкие чувства, которые не подкреплены делом.
Человек не существует как отдельная единица. Мир человека состоит из множества систем, в которых у каждого есть свое место. Система "дочь-родители", "сотрудник-коллеги-начальство", "мужчина-женщина". И в этих системах у всех элементов свои способы взаимодействия, свои причины поступать так или иначе и своя ответственность и правда.
Никогда не влюбляйся в смертных, ибо любовь причиняет страдания.
Возможно, монстры никому не хотели причинять боль. Возможно, монстры даже не знали, что они — монстры.
"Да, я вернулся в профессию, но такое ощущение, что дьяволу душу для этого продал. Вокруг меня одна смерть. Теперь уже реальная. Что ни делаешь, как ни бьешься... Их провозят снова и снова. Снова и снова! И эта девушка... Боже, так на тебя похожая! Господи, ну почему не получилось?! Зачем это всё было, если все равно не получается?! Если всё делаешь, свою душу, блть, отдать хочешь, но попусту! Не берут ее больше, испорченную. Она — умерла".
Когда командир сказал прыгать, все прыгают, а не ноют, что космос темный, вакуум холодный, а враг вооруженный и очень злой.
Плоха та мать, что обещает дать десять банок и дает ровно десять!
— Да это уже не лиса, а целый лисец!
Ряха хрипло мяукнула. Котиком она была килограммов пять назад.
Станислав одобрительно отметил, что команда старается произвести на пассажира впечатление, отличное от утреннего парада зомби в семейных трусах и мятых майках.
Атакующий киборг – как выпущенная из ствола ракета, ее нереально уговорить повернуть или взорваться потише.
– А ты больше не будешь ныть, что ты одна и никто тебя не любит? – усмехнулся парень.
– Буду! Иначе как убедиться, что это не так?
И вот Гаррет Флетчер с этой своей обаятельной улыбкой поворачивается ко мне и говорит что-то вроде: «Ну что ж, тогда приглашаю тебя. Всем известно, как ты по мне сохнешь».