Цитаты
286318
Просто удивительно, как быстро проходят волны восторга. Грызть себя, уязвлять себя, нудить и зудеть можно часами и сутками, а восторг приходит и тут же уходит.
Научно-фантастическая повесть «Отель у погибшего Альпиниста» посвящена одной из наиболее популярных проблем, привлекших внимание в эпоху НТР — контакта с внеземными цивилизациями. Аннотация издательства.
— Это говорите не вы. Это ваша жалость к себе говорит.
Джон Фаулз – выдающийся британский постмодернист, современный классик и автор всемирно известных бестселлеров «Коллекционер», «Волхв», «Любовница французского лейтенанта» и «Дэниел Мартин». Повести из сборника «Башня из черного дерева» без преувеличения являются жемчужинами литературного наследия великого Фаулза. Еще тоньше прорисована грань между миром подлинным и воображаемым, еще изысканнее вписаны магические элементы в реалистическую картину… Возможно, именно в этих повестях дар Фаулза –...
– Пируйте, палтусы! – выпалила она, когда последний серебристый кусочек селедки пропал из виду. – Смерть в деликатесах!
Герои «Вафельного сердца» Лена и Трилле из бухты Щепки-Матильды подросли – им уже по двенадцать лет, а в этом возрасте все непросто. Дед Трилле стареет, неподалеку поселяется девочка-иностранка, а новый тренер футбольной команды изводит Лену придирками и держит на скамейке запасных. Друзья по-прежнему пускаются в невероятные авантюры, ссорятся и мирятся, ведут разговоры о пустяках и о важном. Год им предстоит нелегкий, он принесет любовь и ревность, страх смерти и отчаяние, мужество в трудную...
– Привет, детка. Я скучала по тебе, – говорит она.
– Всем выйти, – приказываю я, и все моментально покидают комнату, проходя мимо нас и стараясь не смотреть нам в глаза.
– Что ты здесь делаешь? – спрашиваю я, размышляя над тем, не собирается ли Холли в тот момент, когда мы останемся одни, перестать играть на публику и вцепиться мне в глотку. Но вместо этого она совершенно неожиданно говорит:
– Я поддерживаю тебя, Крей. Какие бы ты ни принял решения относительно того, рассказывать мне о чем-либо или не рассказывать, я полагаю, у тебя были на то причины.
– Холли…
– Я еще не закончила.
Мои губы растягиваются в улыбке.
– Тогда, пожалуйста, продолжай.
Она распрямляет плечи, и я не знаю, хороший это знак или плохой.
– Не пойми меня неправильно, я расстроена, что ты не сказал мне про «Хоумгроун». Но я полагаю, у тебя были на это причины. Так что вместо того чтобы ехать в Нэшвилл, как меня уговаривали, я решила, что настало время показать тебе, что я знаю, как бежать к тебе, не хуже, чем знаю, как бежать от тебя. Так что я здесь. Этот шквал дерьма не обрушился бы на тебя, если бы ты не встретил меня, и мое место сейчас – рядом с тобой, пока мы будем выбираться из этого дерьма.
Эти слова пробудили во мне безумную гордость и желание защитить ее.
– Ты невероятная женщина, Холли Карас.
– Благодаря тебе я начинаю верить в это.
Я поднимаю руки и обнимаю ее лицо ладонями.
– Черт, я так рад видеть тебя. И к твоему сведению, если бы ты сбежала в Нэшвилл, я снова приехал бы за тобой. И я стану делать это каждый раз. Пока ты не скажешь мне, чтобы я прекратил. Но, вероятно, даже это меня не остановит.
Запустив руку в ее волосы, я наклоняюсь к ней.
– Как будто я смогла бы сказать тебе, чтобы ты остановился, – шепчет она, и я прижимаюсь губами к ее губам.
Когда Холли встает на цыпочки, положив руки мне на плечи, я поднимаю голову и говорю:
– Ты с таким же успехом можешь залезть на меня.
Я подхватываю ее под ягодицы, поднимаю и несу к длинному столу. Опустив ее на тот конец, где не лежат бумаги, я укладываю ее на спину и покрываю поцелуями ее шею, слегка прикусывая ее зубами. Ее стоны нарушают тишину, воцарившуюся в конференц-зале, и я хочу лишь одного – трахать ее до тех пор, пока мы оба будем не в состоянии ходить.
Но тут распахивается дверь.
– Серьезно, Крей? Сейчас у нас нет для этого времени.
Кэннон даже не потрудился откашляться, чтобы вежливо предупредить нас, или отвести глаза в сторону, когда мы отстранились друг от друга.
– Катись отсюда к черту! – рычу я.
– Ты платишь мне слишком много денег, чтобы я позволил тебе трахаться, когда нам нужно разгребать дерьмо.
Холли вылезает из-под меня, и мое тело отчаянно не хочет отпускать ее.
– Кэннон, полагаю, мы с вами еще не встречались.
Она обходит стол и протягивает руку, нимало не смутившись, что он застал нас за таким интимным занятием. У моей жены стальные нервы, и я нахожу это чертовски сексуальным – как и все в ней.
Кэннон пожимает ее руку, слабо улыбнувшись.
– Рад познакомиться с вами, Холли.
– Я бы ответила вам тем же, но, если честно, вы мне не нравитесь. Более того, я думаю, что вы настоящий сукин сын. И я точно знаю теперь, что вы настоящий убийца сексуальных порывов.
Не встречавший прежде таких женщин, как Холли, Кэннон замирает и бросает умоляющий взгляд на меня, словно желая сказать: «Сделай же что-нибудь, дружище».
Я поднимаю брови в ответ, как бы говоря: «Не дождешься, черт тебя возьми».
– Ну, – говорит Кэннон, отпуская руку Холли и откашлявшись, – нам нужно продолжить наше совещание, чтобы выработать стратегию. Осталось меньше двадцати четырех часов до того момента, как ты предстанешь перед инвесторами, и нам нужны убедительные аргументы.
– В настоящий момент мне не нужна никакая стратегия. Инвесторы не дураки. Они заслуживают большего, чем убедительные аргументы. Они заслуживают правды, и именно это я и предложу им.
– Черт, Крей. Правды? Что ты потерял рассудок из-за этой горячей соски настолько, что женился на ней и купил ее чертову записывающую студию, потому что тебе не понравилось, что они помыкают ею?
Наступившую тишину нарушает лишь изумленный вдох Холли, и я бросаюсь к Кэннону. Мой кулак летит ему в лицо прежде, чем я успеваю сообразить, что делаю. Мои костяшки ударяют ему в челюсть, и боль пронзает руку, но мне наплевать, потому что я хочу лишь одного – заставить его заткнуться.
Кэннон отшатывается и хватается за стену, чтобы не упасть.
– Какого черта, парень?
– Ты уволен. И тебе чертовски повезло, что я не убил тебя.
– Крейтон, подожди. – Голос Холли звучит спокойно, но твердо. – Он явно идиот, но он твой лучший друг.
– Именно поэтому он еще жив.
– Крей…
– Заткни свой рот, Кэннон.
– Нет, Кэннон, откройте его и извинитесь. И тогда, быть может, мой муж вернет вам вашу работу.
– Ни за что, черт возьми, – говорю я, и мой тон исключительно серьезен.
Этот парень счастливчик, потому что все еще дышит. Никто не смеет так говорить о Холли.
Но мой бывший лучший друг не обращает на меня внимания Он отходит от стены, проводя рукой по лицу, и смотрит на Холли.
– Простите, Холли. Я приношу мои извинения за то, что у меня это сорвалось с языка. Я вел себя, как осел. – Потом он переводит взгляд на меня и говорит: – Я лишь беспокоюсь о тебе, Крей. Клянусь, я ляпнул это, не подумав. Но именно так отреагирует пресса. Нам нужно быть к этому готовыми.
Я хочу сказать ему, что он может убираться к черту, но Холли подходит ко мне и кладет руку мне на плечо.
– Ты не можешь уволить его из-за этого, Крей. Врежь ему еще раз, если хочешь. Но потом отведи его в бар, угости пивом и вернись к своим делам. Он просто заботится о тебе, и он был важным человеком в твоей жизни намного дольше, чем я. Я не стану причиной вашего разрыва. Так что давай разберись с этим дерьмом.
Потом она поворачивается к Кэннону.
– Но если вы еще хоть раз назовете меня горячей соской, я сделаю вас героем следующей песни, и я обещаю, вам не понравится ее конец. И это я сделаю после того, как вышибу вам все ваши чертовы зубы.
Холли вынуждена признать – ее отношения с Крейтоном Карасом приносят ей слишком много переживаний. Это любовь, определенно. Но Крейтон слишком властный, слишком известный, слишком богатый, чтобы вести рядом с ним спокойную жизнь. Крейтон – это всегда адреналин.
Холли устала. Возможно, ей следует изменить жизнь. Но Крейтон не даст ей так просто уйти.
Любой алмаз для чего-нибудь нужен. Просто люди часто не понимают, для чего.
«Пока у тебя есть запал совершать открытия, двигаться вперёд, открывать неизведанное – значит, мальчишеский бог с тобой», – сказал однажды Ване радист Борис. Но как его, этого мальчишеского бога, отыскать? Тем более здесь, в арктическом холоде, посреди пустоты, где Ваня проводит самое долгое лето своей жизни. Все люди как люди, в июле уезжают на море, к тёплому пляжу, а его отец вдруг решил устроить каникулы на севере. В посёлке Цыпнаволок, в одну улицу – ни магазинов, ни вай-фая с мобильной...
Любой поэт скажет, что уединение возвышает душу.
Это – не «любовный роман», а РОМАН О ЛЮБВИ. О любви обычных мужчины и женщины – таких как мы…
Почему же книга эта стала АБСОЛЮТНЫМ бестселлером в США?
Почему она трогает душу читателей самого разного возраста и интеллектуального уровня?
Как Николасу Спарксу удалось повторить СЕНСАЦИОННЫЙ успех «Истории любви» и «Неспящих в Сиэтле»?
Почему фильм, снятый по роману «Дневник памяти», имел огромный успех во всем мире?
Объяснить это невозможно.
Прочитайте «Дневник памяти» – и ПОЙМЕТЕ САМИ!
Однажды я уже видела мужчину с таким выражением лица. Когда моя мама сказала моему папе, что ей не нужна новая шуба.
Что делать, если твоя подруга влюбилась в парня, которого считает эльфийским принцем? Бежать! Бежать без оглядки! Хотя бы потому, что у него может обнаружиться друг с наклонностями психопата. Для начала он скажет что-то в стиле «я очарован вашей красотой», а потом использует как жертву для магического ритуала. Что дальше? А дальше – всё. Прощай родная реальность, здравствуй безумное прошлое. Почему безумное? Да потому, что в нем правит цивилизация эльфов, а люди – так, на задворках жизни....
Когда я предлагаю готовить себя к неприятностям, то мне отвечают, что когда они настигнут, то тогда и разберемся. Я же убежден, что года неприятности настигнут, то забудешь то, что знал. Останутся в вашем распоряжении только навыки, доведенные до автоматизма. И, прежде всего, нужно натренировать у ребенка мышление, которое должно работать со скоростью инстинкта. К сожалению, этим у нас не занимаются.
Авторские статьи М.Е. Литвака
Почему женщины любят алкоголиков
Письмо национал-социалиста
Истины моей жизни
Психология воровства
Система обучения
Будь самим собой
Самодиагностика
Как научить детей вести себя правильно в стрессовых ситуациях
Любить по-русски
Психология одиночества
Афоризмы
Прежде чем пожимать руку немцу, надо доподлинно убедиться, что он не обагрил свои руки в крови твоих родственников и друзей.
За семь лет до Второй мировой войны в штутгартской гимназии судьба сводит сына еврейского доктора Ганса Шварца и молодого аристократа Конрадина фон Хоэнфельса. Школьники видят друг в друге единомышленников. Но действующий нацистский режим раскалывает мир на два лагеря. На фоне трагических событий истории герои вынуждены забыть о дружбе. Лишний человек на немецкой земле, Ганс бежит из Германии. Тридцать лет спустя выпускник Гарварда и уважаемый юрист, он вспомнит страну, которую вынужден был...
О да, и князь, и я отлично понимали, что в письме императора содержалась неприкрытая угроза: не женитесь в течение месяца, явлюсь сам. А где император, там и весь его двор, который нужно содержать, холить, лелеять да еще и в рот заглядывать.
Бесприданница выходит замуж за князя Заритовского — такое только в сказках бывает, а сказки я никогда не любила. Меня и князя вынудили связать жизни между собой, но как нам научиться с этим жить? Те, кто так поступил, думают, что я покорная овечка, которая молча пойдет навстречу смерти, но они ошибаются. Меня загнали в угол, и я сделаю все, чтобы оттуда выбраться.
Насилие – последний козырь дилетантов / Violence is the last refuge of the incompetent
Действие первой части трилогии «Основание» разворачивается в далеком будущем, когда заселены планеты миллионов звездных систем Галактики. Математик и психоисторик Гэри Селдон предсказывает крах и возрождение через много лет несокрушимой Галактической Империи. Чтобы смягчить последствия катастрофы он разрабатывает проект создания Основания, которое должно стать центром зарождения новой Империи…
Счастье — это возможность делать то, что тебе нравится, и не чувствовать себя виноватой или обязанной. А если кладешь на плечи долг, так потому, что сам решил, что это — правильно. А не потому, что кто-то другой его на тебя захотел повесить...
У любой монеты две стороны, а Лариша, богиня удачи, та еще шутница. Нашла родственников? Будь готова к тому, что не все из них с радостью подвинутся в очереди на богатое наследство. Делают предложение руки и сердца? Другие бы обзавидовались, а ты сомневаешься. Хочешь обрести крылья? Иди в магическую школу и учи гномий… Да и вообще, зачем юной Тим, будущему дракону, – герцогство на северных рубежах Драконьей Империи, где восемь месяцев в году нелетная погода и лежит снег? Ведь драконы обожают...
— ты будто никогда не мечтала стать принцессой?
— Мечтала, — кивнула я головой, — лет до двенадцати.
— А потом что? — поинтересовался Рой. Я внимательно посмотрела на него:
— А потом я поумнела.
Каждая девочка мечтает стать принцессой. Кроме, пожалуй меня. А что делать? Я выросла и служу в госбезопасности, правда в финансовом отделе, но это ничего не меняет. Как только высшему руководству понадобилось оплатить старые долги перед другим государством, меня отозвали из отпуска, показали иные миры и приказали заменить пропавшую принцессу. Вот и пришлось против желания отправится в загадочную Лагомбардию, и рисковать своей жизнью. Южное солнце, зеленые холмы, древние храмы и магия — все это...
Но где я, а где норма? Правильно: в разных склепах похоронены.
Тебя убили? Что же, всякое в жизни бывает. Но если ты некромантка, да ещё из семейства Росс, большой вопрос, кто в итоге прогуляется за грань: твоя душа или ренегаты, готовящие покушение на императора и наследников золотой крови. Новая история в мире Граней, на этот раз не нужно спасать диплом и угонять дракона. Задача номер два: попасть в отбор и украсть проклятье. Выполняет - Тайрин Росс.
...рот должен быть закрыт в двух случаях: когда плывёшь и когда злишься.
Может быть, давно предсказанный Апокалипсис уже наступил? Казавшиеся спасением от всеобщего хаоса Анклавы не справляются с распадом общества. Эпоха Цифры вместо свободы несет вымирание от страшного наркотика. Улицы городов залиты кровью враждующих мафиози. Китай, Европейский Исламский Союз и страны Католического Вуду не способны отыскать выход из тупика, в котором очутился мир. А между тем на севере России возводится неприступная Станция. Здесь будет вырабатываться принципиально новая энергия —...
Теперь Габби поняла, почему ее подруга Элизабет, со своим почти гениальным аналитическим умом, откладывая в сторону мистические детективы, психологические триллеры и ужасы, предпочитала исключительно женские романы. Потому что, ей-богу, открывая одну из этих наивных книг, каждая женщина имела твердую гарантию, что в конце ее ожидает хеппи-энд и герои будут «жить долго и счастливо». И несмотря на то что мир за пределами книги мог приносить беды, разочарования и одиночество, под обложкой он был просто чудесен.
Он – Адам Блэк – бессмертный, самоуверенный и невероятно сексуальный, виртуозный обольститель, свободно перемещающийся во времени и пространстве в погоне за удовлетворением своих ненасытных желаний. Она – Габриель О'Каллаген, студентка юридического факультета. Габби с рождения наделена способностью видеть оба мира: мир смертных и мир Чар. Едва взглянув на Адама, Габби отчетливо поняла: он может ее погубить. Так начинается долгий, полный скрытых опасностей путь обольщения. Адам вовлекает...
но мне кажется лишь женщина может нести в себе столько жизни, столько жизненной силы, и быть достаточно гибкой, для того чтобы не ломаться и оставаться сильной несмотря на все обстоятельства. И в тебе столько жизни, нежная моя, столько упрямства и упорства, столько огня…
Она – императрица поднимающейся с колен империи пресветлых. Ее деяния безупречны, ее слова наполнены сиянием величия, ее решения – отражение мыслей супруга… были бы, но Катриона не сдается никогда!
admin
добавил цитату
из книги
«Зима тревоги нашей»
6 лет назад
... рассказчик должен думать о том, кто его слушает или читает, потому что сколько слушателей, столько и различных версий рассказа. Каждый берет в рассказе что может и тем самым подгоняет его к своей мерке. Одни выхватывают из него куски, отбрасывая остальное, другие пропускают его сквозь сито собственных предрассудков, третьи расцвечивают его своей радостью. Чтобы рассказ дошел, у рассказчика должны найтись точки соприкосновения с читателем.
Любовь не может быть остановлена, забыта, передана кому-то, и не важно какими схемами располагают ваши разум и тело.
Анна Уитт дала себе слово, что не станет губить души, как ее отец. Но сдержать обещание не так-то просто, когда демоны следуют за тобой по пятам… Анна готова сделать все, чтобы покончить с их влиянием, даже если ради этого скромной и доброй девушке придется стать королевой вечеринок. Сложнее всего справиться с запретной любовью к Каидану…
В последнее время встречи с подругами давались все тяжелее. Можно было сколько угодно убеждать себя, что в одиночестве есть куча преимуществ и изображать независимую даму свободных взглядов, но…
«Но, черт побери, Татьяна Владимировна, – сказала она самой себе, – хотя бы сама себе не ври, тебе дьявольски надоело возвращаться в пустую квартиру. Даже кот уже выражает тебе свое „фэ“, а мама жалостливо смотрит и молчит.»
Жестокие древние боги, от которых отреклось человечество, не исчезли. Они внимательно наблюдают за нашим миром, ожидая тех, кто поможет им вернуться и получить былое могущество. В этот момент Земля низринется в пучину кровавого хаоса… Но всегда есть те, кто встанет на защиту людей. Пусть их мало, пусть силы неравны. Но они готовы пожертвовать всем и надеются только на себя и верных друзей. Их называют – Стражи.
Мэтти улыбался. Однако его искривленный рот оставался закрытым, отчего улыбка получилась недетской и как бы намекала, что улыбаться можно, но это - ненормальное и даже порочное занятие, если предаваться ему слишком часто.
Перед вами — «поздний» Уильям Голдинг. Писатель, играющий с читателем в тончайшие интеллектуальные «игры-романы»…
«Зримая тьма» — изысканная пародия на классический психологический роман, пародия, в которой мотивы притчи и абсурда, реализма и «магического реализма» сплетены в странный клубок…
– Я, Варвара Андреевна, вообще противник д-демократии. – (Сказал и покраснел.) – Один человек изначально не равен другому, и тут уж ничего не поделаешь.
Демократический принцип ущемляет в правах тех, кто умнее, т-талантливее, работоспособнее, ставит их в зависимость от тупой воли глупых, бездарных и ленивых, п-потому что таковых в обществе всегда больше. Пусть наши с вами соотечественники сначала отучатся от свинства и заслужат право носить звание г-гражданина, а уж тогда можно будет и о парламенте подумать.
1877 год. Разгар русско-турецкой войны. Девушки, путешествующие в это неспокойное время в одиночестве, очень рискуют, особенно если они делают это, переодевшись в мужской костюм, как главная героиня романа – Варя. И когда кажется, что беды не миновать и сейчас случится что-то ужасное и неповторимое, на сцене появляется настоящий джентльмен, молчаливый и отважный Эраст Фандорин. Варе предстоит стать его незаменимой советчицей и помощницей, в этом втором романе из культовой серии...
Так смотрит на тебя , как боец на девицу - конь на кобылицу !
Хотите реальную историю попаданки? Слушайте и плачьте. Еще вчера за окном был 2009 год, я была молодой и свободной, ночи были темными, поцелуи долгими, а доллар стоил всего 30 рублей. Вжух, и 30 уже мне, ночью я не сплю из-за любимых деток, у мужа личностный кризис, карьера катится с горы, начальник строит козни, любимые джинсы рвутся на мне прямо на переговорах! И посреди этого хаоса – я. А, и еще кто-то незнакомый запер меня в темном архиве и горячо поцеловал. И самое страшное - мне...
Играть со смертью в прятки — это очень опасно. Обычно она всегда рано или поздно выигрывает.
Я думала, что ужасы в чужой стране остались позади, а зияющая дыра в сердце будет кровоточить вечно воспоминаниями о недолгом счастье, пока я пытаюсь жить дальше ради своего ребенка… Но однажды прошлое жестоко ворвалось в мою, казалось бы, неприметную жизнь и обрушилось на меня волной невыносимых страданий и чудовищной лжи, возвращая обратно в самый дикий кошмар…
Когда у бабы дела нет, она обязательно вразнос пойдет. Природа ваша такая.
Заключительная часть популярной тетралогии Галины Гончаровой. Читатели наконец-то узнают финал истории! Чаши весов качаются, а равновесие никак не наступает. Где же оно? В Русину пришло теплое, солнечное и золотое лето, а вот мира и покоя на земле нет. И продолжает литься кровь, и продолжают греметь орудия. В гражданской войне жизнь человека дешевле пули. Даже если это жизнь императрицы. Но и в России Анне скучать не приходится. Не оставляют ее в покое ни свекровь, ни враги Бориса Савойского....