А чего нога? Человек не животное. Это животному без ноги плохо. А у человека главный предмет — совесть... Вот о чем я все думаю. Понимаешь, кусок ноги срезали, а я ее все чувствую, и даже пятка болит, которой нет. Но есть люди, у которых память на Родину отшибло. А Родина — она же все равно что ты сам, где бы ты ни был, но она есть и болит, когда ее даже нет.
Я тебе, засранка, жизнь подарила, а ты сапоги свои чертовы по всему коридору раскидываешь!
Я уже достаточно стар, чтобы говорить о подобных вещах с определенным знанием дела, ведь я видел всякое. И знаешь, жизнь с возрастом не становится понятнее или проще. Возможно, ты не поверишь, но это именно так. Один из самых важных уроков, который преподнесла мне жизнь – люди умеют удивлять. В нужный момент они могут переступить через себя, чтобы сделать шаг тебе навстречу.
Судьба князей править, судьба остальных жить и служить, каждый несет свою ношу, каждый имеет свою долю, каждый отвечает за свои поступки. А кто думает, что самый хитрый, того на меч.
А я хладнокровно смотрела на него. Хладнокровно слушала его. Хладнокровно думала. И психовала тоже хладнокровно.
Ох, никогда не верь писателям. Слушай их сколько влезет, но никогда не верь.
– Вы совершенно правы, айна Арджана мне не невеста. Она жена, в чем можете убедиться. – Переплетя наши пальцы, он продемонстрировал брачные татуировки потрясенным зрителям, которые вмиг побледнели.
Жизнь не похожа на фильмы или книги. Иногда простейший ответ оказывается правильным.
Женщины — существа многогранные, и каждая из граней способна с легкостью как ослепить и восхитить мужчину, так и выбесить до зубовного скрежета.
Мечтам и годам нет возврата.
Тут один из карликов, по имени Лит, обошел Тора и встал перед ним, чтобы посмотреть на погребальный костер поближе. Тор, возмутившись, пнул его ногой, и карлик упал в костер и сгорел. Тут Тору немножко полегчало, а оставшимся карликам, наоборот, стало куда как хуже.
Шу благодарно покосилась на волка и кивнула. Она знала, у этого клана принято относиться к самкам и их психическим отклонениям с уважением вне зависимости от обстоятельств и личных пристрастий.
...я думаю, невозможно сохранять здравомыслие и верить в Бога.
Если женщинам нужны лишь его деньги — значит, сами они — не более, чем товар. Вещь, которую он покупал и мог распоряжаться по своему усмотрению.
От своей вещи он ожидал подобающего поведения. Покорности. Услужливости. И пусть не любви, но — верности.
Они потребовали музыки покрепче, вина погромче.
Я уставилась на Данте, не в силах осознать то, что он говорил.
В конце концов, справедливости ради, попытки эксплуатации следует эксплуатировать.
Да, ещё про игроков - игроки не то что влюбляются чаще, чем другие, но они влюбляются более страстно. И сконны страдать, чтобы и им, и все вокруг жизнь казаась ярче, могу даже угрожать самоубийством. Игроки чаще всего не могут общаться на равных, они могут либо подчиняться, либо подчинять, а на равных им никак невозможно. Они шумят, наскакивают, а на самом деле не уверена в себе.
— Вдруг ты с его помощью собираешься завоевать весь мир.
— И что мне потом делать? С этим миром? — скривился Грин. — Мороки много — командуй, правь и ходи с грозным видом. Я предпочитаю свободу и независимость.
Любовь – это не только то, что чувствуешь. Это то, что делаешь.
Дурные вести имеют печальное свойство находить вас где угодно, так что не стоит идти им на встречу.
Это ведь так странно, вот эти метаморфозы... Сначала вы, счастливые и нарядные, целуетесь под крики "Горько!", потом оказывается, что мало кто во Вселенной бесит тебя больше.
Порой самые трудные решения приводят к наилучшим результатам
Для себя Пружина понял одну простую, удивительную вещь – совершенно не обязательно доказывать каждому встречному, что ты лучший, особенно если и так об этом знаешь.
- Сделай доброе дело!
- Проблема в том, что добрые дела черных ведьм кажутся добрыми только черным ведьмам, - вздохнула я.