Она жила; пыталась стать чем-то; не стала.
у меня не хватало духу зачислить одних лиц в главные, а других — во второстепенные персонажи, Вежливость, или жалость, или недоверие мешали мне
Каждый интеллектуал по-своему мудак. Вы на свои же вопросы не знаете ответа.Образованная публика тащит из книг все лучшее и рядится в него вроде тех крабов, что украшают себя водорослями.
Затем Мерзавка — богиня абсолютных истин, этакая казачка, попирающая груду трупов, с хлыстом в руке, в меховой шапке, надвинутой на глаза, и с хохочущей гримасой. Это наша старая госпожа и хозяйка, она так давно распоряжается нашей судьбой, что стала богатой и почитаемой. Всякий раз, когда она убивает, мучит или подавляет во имя абсолютных истин религиозных, политических или моральных, — половина человечества в умилении лижет ей сапоги; это ее очень забавляет, ведь она-то отлично знает, что абсолютных истин не существует, что они — только средство, чтобы вести нас к рабству.
"Ещё никому не удавалось разрешить это противоречие: отстаивать идеал человека в компании людей."
Это ощущение связанных рук, ограничений и правил. Ощущение, что мог бы делать больше, но сам мир сопротивляется и не даёт пойти вразнос.
Люди сходят с ума, преодолевая трудности, ведь они считают, будто трудности — это правильно.
Если ничего не делать, то ничего хорошего никогда не получится.
Видишь ли, люди часто бывают нелогичными, Дэниел. Отнюдь не похвальная черта характера.
— Ф-ф-ват из йер нам?
Речи этой я не понял, как не понимал и вообще ни одного иностранного языка, и не было у меня никакого орудия речи, равно как и никакой другой защиты от невзгод жизни, кроме ирландского языка. Я мог только пялиться на него, онемев от робости. Тут я увидел, что надвигается страшный приступ гнева, он собирался и рос в точности как грозовая туча. Я в панике посмотрел на окружавших меня мальчиков и услышал шепот сзади:
— Он спрашивает твое имя.
Сердце мое подскочило от радости и облегчения, и я был очень благодарен тому, кто подсказал мне. Я честно и открыто взглянул в глаза учителю и ответил:
— Бонапарт, сын Микеланджело, сына Педара, сына Эогана, сына Сорхи, дочери Томаса, сына Мойры, дочери Шона, сына Шемаса, сына Диармайда...
Не успел я произнести и половины своего имени, учитель что-то раздраженно пролаял и поманил меня к себе пальцем. Когда я подошел к нему поближе, оказалось, что он сжимает в руке весло. Прилив гнева теперь уже походил на весеннее половодье, он перехватил весло поудобнее и держал обеими руками. Он размахнулся с плеча и со свистом, подобным свисту ветра, огрел меня сверху вниз, так что злосчастный удар пришелся мне прямо по голове. От этого удара я потерял сознание, но, прежде чем лишиться чувств, я еще услышал его пронзительный вопль:
— Йер нам, — сказал он, — из Джамс О’Донелл.
Ей казалось, что он и разговаривал-то по большим праздникам, будто слов ему на жизнь отпущено ограниченное количество или они все платные.
Дети говорят с нами посредством своих игрушек, сказал он себе. С ними, не с нами, делятся своими секретами. Поэтому игрушки знают такие вещи, какие взрослым недоступны.
"... любовь можно вымолить, купить, получить как дар, найти на улице, но силой взять нельзя."
— Да этой книге цены нет! — Хм! Цена есть всему, — назидательно возразил старик. — И заключается она в конечном итоге в пролитой за эту книгу крови.
Я в хорошей форме. С содержанием все хуже и хуже.
Ты — четыре сезона, Рори. И я обещаю зимой быть твоим пристанищем. Летом согревать. Весной влюбляться в тебя заново, словно мы впервые встретились. А если осенью ты упадешь, обещаю всегда тебя поднимать.
Если бы Сима видела масштаб погрома, который учинила ее внучка, и пять расцарапанных лиц, то презентовала бы Кире сервиз не на двенадцать персон, а на двадцать. Чтобы девочка, не портила маникюр об эти «самодовольные марсианские физиономии».
- А вариант, что он давно и счастливо женат не рассматривается?
- Почему же? – Машка пожала плечами, словно это самой собой разумеющееся, - конечно рассматривается, только как же жить без мечты?
— Любовниц на словах всегда все устраивает, но на деле каждая женщина мечтает остаться в жизни мужчины единственной и главной. Ну, если она сама в это время не замужем.
Общение с близкими людьми, друзьями, коллегами, соседями – один из самых важных ингредиентов счастья.
- Что есть ТПРУНЯ? — осведомился он, обращаясь в пространство.
Я немедленно откликнулся:
— ТПРУНЯ есть авторитетный административный орган, неукоснительно и неослабно выполняющий свои функции и никогда не подменяющий собою других административных органов.
Ведь мужчина, у которого уже есть любимая, никогда не ответит на чувства другой.
Всё же, думается мне (а я с тех пор не раз думал об этом), знай я, что в соседней комнате кто-нибудь страдает точно так же, но молча, я отнёсся бы к этому гораздо спокойнее. Но когда страдание обретает голос и заставляет трепетать наши нервы, тогда душу переполняет жалость.
- Нет, в спину я стрелять не буду, мне это противно, я никого не могу убивать в спину!
- Скажите какие интеллигентные штучки! Таких негодяев можно убивать со всех сторон!
Дарить подарки — одна из главных привилегий собственника, правда? Там мы утверждаем свое право на людей. Вживляем в их жизнь частичку себя.