«Смерть – только начало».
И всякий, прежде чем захочет научиться жить в браке, должен научиться просто жить.
Наверное, хорошая дружба начинается с хорошей потасовки. По крайней мере, во время драки приходит некое… взаимопонимание, что ли?
Ты когда-нибудь была влюблена в мужика, которому тебе хочется сначала каблуком лоб разбить, а потом пожалеть и на рану подуть
Среди солдат шептались, что «разразилась Буря», но вряд ли кто посмел бы сказать ему это в лицо.
Потому что наследник умел быть монстром.
И он не изменился.
Изменилось мое к нему отношение.
Пришло понимание, что это часть его работы - далеко не всегда приятная даже ему самому. И что Бежан умел быть справедливым.
Бери на себя правого крайнего, он драться не мастак. Два других — мои.
А потом зачем-то тоненько захихикал, наверное, чтобы преследователи не заподозрили, что перед ними не безголовая девица, шляющаяся по тёмным переулкам по ночам, а придурковатый драчливый патрульный.
Скажи мне, Эльф. Скажи, что он для тебя никто. Скажи.
если мужчина увлечён серьёзным делом, если появляется в его жизни важная тема, женщины не очень-то и нужны, даже красивые.
Можно очень сильно ранить другого человека, если знаешь его слабые места, как свои собственные.
Повсюду люди верят в невидимое.
Если вы сами, ваш друг или потенциальный партнер носят поддельные вещи, будьте осторожны! Другие нечестные действия, возможно, будут произведены раньше, чем вы предполагаете.
Но запомни, сынок, одну важную вещь: для того чтобы эксперт смог «расколоть» маньяка, требуется этого са-мого маньяка, ну или хотя бы подозреваемого в подобных преступных деяниях, поймать и доставить в соответствующее учреждение.
— Тогда чего цепляешься?
— Потому что я терпеть не могу ограниченных людей, которых не волнует ничего, кроме того, что интересует их.
Девушка снова повернулась к нему, но на этот раз в ее взгляде был интерес.
— Надо же, как самокритично. Не ожидала.
— Да я…
— Наверное, имел в виду меня? Задумайся над тем, что интересует тебя и что именно ты тащишь всех в разные неприятности. Мнение других тебя как-то мало колышет. Я хоть своих предпочтений никому не навязываю.
За последние десять лет мне выпала возможность устраивать читки и беседы по всему миру и знакомиться с тысячами увлеченных читателей. Их страсть к литературе (ее видно по вопросам из зала, по нашим разговорам за раздачей автографов, из дискуссий, складывавшихся в книжных клубах) убедила меня, что в мире жива и действует бескрайняя подспудная сеть блага: она состоит из тех, для кого чтение - сердцевина жизни и кто по собственному опыту знает, что чтение делает их самих просторнее и щедрее, а саму жизнь - интереснее.
Ты вечно спешишь, а если даже нет - слишком вымотан для нормальной беседы. И вскоре многочасовая работа, разъезды, сон урывками - все это проникает в тебя, становится частью тебя, и это видно каждому по твоей осанке, по глазам, по походке, по манере говорить.
Я не хочу сказать, что ничем таким не затронута, - просто я научилась с этим жить.
По-моему, мир только потому не меняется до неузнаваемости за одну ночь, что ему лень.
Бодлер, опрокинув многие традиции, придал большую поэтичность французскому языку. Полный раздвоенности, глубокого душевного смятения, вглядываясь в изнанку жизни и при этом стремясь к той красоте, которая не терпит движения, он порой искал убежища в тютчевской бездне. Убеждая (или утешая) сам себя, он как-то сказал: "Франция любит ребусы". А Франция никогда не любила головоломок, и Бодлера она признала, потому что он сумел ясно сказать о неясном.
Аромат - это брат дыхания.
Ни зная ни имени, ни возраста,
видит главное по нашивкам - враг.
Воин с рыжей кудрявой порослью
на суровых мужских щеках.
Руки - ломти, краюхи белого,
как поджар он и как высок,
жалко даже в такого смелого,
жалко целить в его висок.
Зубы сахарные, жемчужные,
фальши нет ни в одном из них.
Кто принудил тебя к оружию,
кто послал убивать своих?
Он лишился ноги-а что значит потеря ноги,если взглянуть на вещи в истинном свете?В истинном свете потеря ноги всего лишь репетиция потери всего.
Бойся людей, в которых живут драконы.
Существуют теории, будто человек становится по-настоящему взрослым - со смертью своих родителей; я в это не верю – по-настоящему взрослым - он не становится никогда.
Когда не можешь дышать, каждая секунда на вечность. Всё мое существование свелось к попыткам набрать в легкие воздуха. Я понимала, что невозможно, но что толку? Сердце старательно колотилось в рёбра, кожу терзал нестерпимый холод. Тело чувствовало, что живёт и продолжало бороться.
Примитивная, так называемая симпатическая нервная система – дивная штука, которую мы делим со всеми другими видами, выжившими благодаря умению быстро реагировать на перемены, становиться сильнее и изворотливее в драке или быстрее в бегстве. Эволюция добилась от нас этих умений. Нервные окончания, скрытые в тканях сердца, вырабатывают свой норадреналин, и сердце, получив толчок, пульсирует быстрее. Больше кислорода, больше глюкозы, больше энергии, быстрее мыслительный процесс, сильнее конечности. Эта система, сформировавшаяся в нашем далеком прошлом, так стара, что ее операции никогда не проникнут в сознание. Времени не хватит, и эффективности не прибавится. Мы получаем лишь результат. Одновременно с толчком в сердце осознается угроза; пока участки коры головного мозга, отвечающие за слух и зрение, сортируют и оценивают информацию, поступившую через глаза или уши, сильнодействующие капельки уже капают.
Действительно, любая хорошая книга - это бульонный кубик, который растворяется в своих читателях.