У мироздания свои законы для разных миров. И то, что меня изумляло до нервного тика, Эйларда и демонов ни капли не удивляло. Но, вспоминая латынь: Credo, quia absurdum (est) – «Верю, ибо это нелепо».
— У всех есть право выбора. И право жить жизнью, наполненной светом или тьмой, – пожала я плечами. – Я выбрала свет и готова впустить в свою жизнь тех, кто достаточно силен, чтобы сделать свой собственный выбор.
Е-мое, да из меня придворная дама, как из козы балерина. Я даже вальс станцевать вряд ли смогу, а уж о том, как вести себя на королевском званом ужине, могу только догадываться. Там же этикет какой-то неимоверный, куча приборов… А я кроме обычных ножа и вилки могу использовать только ложку да китайские палочки.
Пошли они все эти маги лесом-лесом, полем-полем…
Бог мой. Что со мной творится? Я подхватила вирус мартовского кошкизма?
Она так виртуозно материлась на смеси американского и испанского, что я на миг заслушалась. Еще немного, и конспектировать начну, в чисто научных целях.
...мужчина у моих ног, на коленях, это уже почти котенок. Нечем тут восхищаться. Всего лишь больной ублюдок, который прется от грязных игр. Слабак. Тряпка. Извращенец. Я не люблю тебя.
Еще бы самой в это поверить.
Здесь же, вокруг станции Ас Тар, было настоящее столпотворение. Во-первых, Наталья насчитала как минимум три расположенные параллельно друг другу шестиполосные полосы: две основные, по ним передвигались платформы, и одна, между ними, вспомогательная, сейчас свободная. Каждая полоса и ее тоннель подсвечивались определенным…
- О чем можно говорить два с половиной часа? - Наташа подперла кулаком щеку, разглядывая раскрасневшегося Василевса. Парень широко ухмыльнулся: - Я честно рассказывал об особенностях строения биомолекулярных сигма связей через призму нейролептической диссоциации и программирования синаптических связей. Артем встрепенулся:…
— Ушло, – сказал Макдан. – Ушло в пучину. Узнало, что в этом мире нельзя слишком крепко любить. Ушло вглубь, в Бездну, чтобы ждать еще миллион лет. Бедняга! Все ждать, и ждать, и ждать… Ждать.
— Вот она, жизнь, – сказал Макдан. – Вечно все то же: один ждет другого, а его нет и нет. Всегда кто-нибудь любит сильнее, чем любят его. И наступает час, когда хочется уничтожить то, что ты любишь, чтобы оно тебя больше не мучило.
— …А что, Джонни, правда, выразительное слово, сколько в нем заключено: Бездна. В нем весь холод, весь мрак и вся глубь на свете.
Every Christmas, my family would go to a party at Buckingham Palace, and Carey and I would be dressed up in frilly frocks and the coveted silver shoes. At the end of the parties, the children would be invited to take a present each from the big table in the hall near the Christmas tree. Behind the table stood the…
По правде, самой себе я напоминала ту самую куколку, из которой, если очень повезёт, родится бабочка.
Или моль, на худой конец.
С тобой я был и лучше, и хуже себя.
Когда женщина любит себя, от нее идут такие флюиды, что все вокруг тоже влюбляются, понимаешь? Сама энергетика меняется, заряжая мир вокруг уверенностью. Если ты веришь, что отлично выглядишь, то и другим поверить не составит труда.
Все женщины роскошны от природы, но забывают об этом, погружаются в самоистязания и самоупреки, в итоге превращаясь в забитые несчастные неуверенные подобия себя прежних.
— Не можешь изменить ситуацию – измени свое отношение к ней.
Близилась полночь – время, когда кареты превращаются в тыквы, а юные девушки – в будущих матерей-одиночек.
Один из наиболее чудесных аспектов жизни с антидепрессантами - их поразительное свойство сглаживать острые углы, любые моменты, чреватые эмоциональными взрывами, позволяя отстраненно и вполне благодушно взирать на любое дерьмо, какое подбрасывает жизнь.
Твои мелкие преступления и оплошности - вранье по мелочи, к которому ты прибегаешь, чтобы прожить день, - ничто в сравнении со страхом, что все вокруг увидят твою никчемность.
Мы виним молодость в том, что из-за неё теряем голову. Однако старость менее уважительно относится к заведенному порядку и установленным правилам.
Я стараюсь не обращать внимания на проблему. В идиотской надежде, что проблема устанет от моего равнодушия и исчезнет…
Всё просто, как правда. И как правда, совершенно неочевидно.
…Есть много способов выиграть поединок. И первый из них – вообще не вступать в бой.