Если знать, что тебя ждет впереди, что с тобой случится, к чему приведут твои поступки - ты обречена. Опустеешь, как Бог. Окаменеешь. Не будешь есть, пить, смеяться, вставать по утрам. Никого не полюбишь - никогда. Не осмелишься.
— Чтоб ты рассыпался и до утра собраться не мог!
И скелет рассыпался!
Керт посмотрел на ведьму совсем другими глазами. Это ж какой силой — или умением? — нужно обладать, чтобы так качественно суметь проклясть даже скелет! Перспектива получить от этой ведьмы чирей на задницу почему-то перестала казаться такой уж незначительной и забавной…
Мы выпили рому, и я почувствовал себя среди друзей.
Лишь улыбка, навечно застывшая на губах. И последние удары сердца, когда он все же отпускает меня, чтобы упасть рядом, глядя в потолок.
Почему он не хочет разрывать связь? Она же жутко неудобная, нервомотательная и вообще…
– Тогда вспомни – если в ряду закономерностей происходит что-то необычное, о чем это говорит?
– О том, что случайность – непознанная закономерность. Есть некий неучтенный фактор, который надо найти.
Какое милое дитя! Торговец целебными снадобьями проводил ее взглядом и вновь обратился к столбикам монет. Серебряный показался ему несколько ниже… — Держите ее! — Выскочил он на улицу. — Держите воровку!
- Пытаюсь понять, как можно сначала презирать человека, а потом не представлять жизни без него. Это... это... это как молоко и огурец!
Действия и высказывания Сапфиры постоянно открывали в её характере что-то новое для Эрагона. Однажды она, например, поймала орла, но есть птицу не стала, а выпустила на свободу, сказав: «Ни один небесный охотник не должен окончить дни свои, став жертвой другого небесного охотника. Лучше умереть, гордо паря на крыльях ветра, чем быть навечно пришпиленным к земле!»
... согласно присказке вертоградарей, кто по другому сохнет, тот к общему благу глохнет.
На длинных дорогах не так уж много потех, малыш. Развлекаемся как можем.
Антонина Владиславовна вернулась ... и с аппетитом накинулась на еду. Воистину, кормить эту женщину становится у меня традицией.
Мне импонировало отсутствие кокетства при этом со стороны Ждановой. Она не изображала, как рядовая дворянка, что питается святым духом и травкой, а действительно ела. Приятно, когда люди отдают должное хорошо приготовленной пище. Что ни говори, а вкусно поесть я люблю. И те, кто поддерживает меня в этом небольшом хобби, вызывают у меня симпатию.
Власть высмеивает всех своих прославленных фаворитов, стоит им оказаться на смертном одре.
- Скажите, пожалуйста, куда мне отсюда идти?
- А куда ты хочешь попасть? - ответил Кот.
- Мне все равно... - сказала Алиса.
- Тогда все равно, куда и идти, - заметил Кот.
- ...только бы попасть куда-нибудь, - пояснила Алиса.
- Куда-нибудь ты обязательно попадешь, - сказал Кот. - Нужно только достаточно долго идти.
Страх страдания хуже самого страдания.
Мама всегда говорила, что интеллигентный человек в чужой квартире первым делом должен посмотреть на хозяйские книги,а потом уже на все остальное.
-Обычный человек.
... Ты думаешь, обычному человеческому пареньку было легко поступить в Академию, а потом учиться в ней так, чтобы стать одним из лучших выпускников своего потока?
... А теперь, когда ты все это знаешь, сто раз подумай, прежде чем говорить, что ты чего - то не можешь... Все зависит только от тебя, девочка. В этом мире нет ничего невозможного. Запомни эту простую вещь. Все лишь у тебя в голове. Если ты скажешь, что можешь, ты сделаешь.
Диета и танцы – и не будет у нее лишнего веса. А диета лучше французская – секс и кекс. Мучное, если что, и исключить можно.
Только сейчас ей пришло в голову, что истории войн, которые она любила читать, не освещали самого важного: в них ничего не говорилось о судьбе младенцев…
Когда пещерным людям было нечего делать, а снаружи буря и гроза, они рисовали мамонтов на стенах. Любое творчество - книги, стихи, кино, музыка - это всё тот же мамонт, нарисованный куском охры на стене пещеры, чтобы было не так страшно в грозу и в бурю.
Творчество - это для того, чтобы не сойти с ума. Если бы пещерный человек не стал рисовать этих мамонтов, он бы просто свихнулся от всего, что вокруг. От осознания того, что он живёт и дышит, а вокруг реальность, камни, звери, солнце, огонь. Человек наделил камни мыслями, огонь -голосом, солнце - разумом. Человек стал размышлять о том, для чего всё это, и придумал легенды о небе и звёздах. А другие люди собирались у костра и слушали. И им становилось не страшно. У них появлялся смысл.
Нужно пять лет, чтобы научиться оперировать, и еще двадцать пять – чтобы научиться этого не делать!
— О! Только вернулись и уже целоваться! — не страдая приступами хорошего воспитания, заметил Эргель. — А я тут волнуюсь, места себе не нахожу! Совесть есть?
Не любишь — отпусти. Больше не хочешь быть вместе — скажи. По сути, все мы люди свободные, и никто никому ничего не должен, но измены — это та грязь, после которой не отмыться.
Вы, американцы, не знаете, куда девать свои деньги.
Люди всегда везде хотят увидеть чудовищ.