Туманный ответ с привкусом духовности — его способ уйти от серьезного разговора.
Его не устраивал приказ избегать насилия. Только подвергшись насилию, он понял, что был не прав. Ну и логика!
«Мико это устраивало. Всё честно. Она была инструментом в руках Райдэна, теперь он будет орудием в её руках. Орудием, от которого — если по-надобится — она возьмёт всё без остатка.»
Нормально, чтобы родители приносили себя в жертву, это естественный путь. А я не мог примириться с тем, что моя молодость подошла к концу; перенести мысль, что мой сын будет расти, станет юношей вместо меня, что, может быть, ему его жизнь удастся, тогда как я свою загубил. Я жаждал снова стать обособленной личностью.
Наконец плотно сбитая женщина с коротко стриженными русыми волосами и пухлым округлым лицом вразвалку подошла к детям. Она прочитала список из их фамилий. Отныне никто из взрослых не станет называть найденыша по имени. К детям будут обращаться только по обезличенным фамилиям: Смит, Джонс или Сомс, как это было с Дороти.
- А голова твоя где?
- На плечах.
- А плечи где?
- В комнате.
- А где комната?
- В доме.
- А дом?
- В России.
- А Россия где?
- В беде, Василий Иванович.
Обычно играть - это весело, но ролевые игры по продажам очень скучные, и ты не можешь отступать от сценария.
- Во что же вы верите? - В войну. - То есть? - Я хочу увидеть, чем она закончится.
- Добрый вечер, юноша. Прошу прощения, как говорите, вас звать?
- Микаэль.
- Ага, - гном задумчиво кивнул и я буквально всей шкурой ощутила, как по мне прошлись пронизывающим взглядом. - Пёс?
- Лис. Северный.
- Ага... песец, что ли?
Насторожившись ещё больше, кивнула. Какой умный гном! Вообще-то мало кто из местных разбирался в нашей иерархии и кланах. А тут какой-то гном. Странно...
Не количество денег является ступенькой ко внутренней гармонии, а лишь свобода от них.
Вспомнился мне муж, который собирает вещи и уходит к другой. «И детей у тебя больше никогда не будет! А у нее будут. Понимаешь. А я своих хочу. Своих. Не чужих. Наследников».
Наследников чего? Несметных залежей болтов и шурупов? Наследника дивана и телевизора? Наследника ведра с болтами, у которого еще и пороги гнилые!
..Честно говоря, мне кажется, что ты не вполне похож на самого себя. А знаешь, если казаться не тем, кто ты есть на самом деле, можно получить не ту работу, не тех друзей, бог знает что еще. Не свою жизнь.
Когда врачи начинают объяснять бредовые состояния волнением черной желчи, то при всем желании ограничить анализ областью естественных причин они, сами того не замечая, вовлекаются в туманные сферы мифа, и рациональные построения, вроде бы опирающиеся на логику, замутняются остатками фантасмагорической ночной мифологии.
Любая жизнь значит не больше того, что она значит. Иными словами: жизнь бессмысленна. Я вовсе не собираюсь брюзжать по этому поводу. Просто жизнь столько раз меняется под воздействием обстоятельств, что, пока человек не умер, невозможно сказать о нем ничего определенного. Смерть не только истинный арбитр счастья (замечание Солона), она является единственным критерием, позволяющим оценить человеческую жизнь.
Затем последовали мои зеленые вельветовые штаны, коричневые ботинки “Кикерс”, лейблы с них были сорваны, как и со всего, что я ношу, поскольку я отказываюсь быть ходячей рекламой.
– Миша, не зли меня, – насупившись, буркнул контрразведчик. – Будь это японец или британец, и слова бы не сказал. Но он пруссак.
– И чего? Помер Максим, да и хрен с ним, – отмахнулся Мишка. – А то мало народу по тайге за просто так пропадает.
- Не кончай с собой на изгороди, Клара - предупредила ее женщина. - В этом случае ты никогда не узнаешь, что с тобой будет.
Эти слова служили самым убедительным ответом на попытку самоубийства. Покончи с собой - и ты никогда не узнаешь, чем все кончится.
Спустя пять минут я сделала несколько неприятных открытий. Посадки – не густой лес, а всего лишь небольшая полоска деревьев, за ней овраг, а дальше идет довольно широкая дорога.
Всякое искусство искажает жизнь, подменяет ее, а больше всего театр, потому что он так похож на жизнь, — ви дишь живых людей, они ходят, разговаривают.
Все города подобны снам: присниться может что угодно, но даже самый неожиданный сон — ребус, скрывающий какое-то желание или его изнанку — страх. Города, подобно снам, построены из страхов и желаний, даже если нити их речей неуловимы, правила нелепы, перспективы иллюзорны и за всем таится что-нибудь иное.
— Я не испытываю ни желаний, ни страхов, — заявил Великий Хан, — и сны мои определяются или моим сознанием, или случаем.
— Города тоже считают себя порождением сознания или случая, но ни первого, ни второго недостаточно, чтобы стояли их стены. В каждом городе ты наслаждаешься не его семью или семьюдесятью чудесами, а ответом, который он дает на твой вопрос.
— Или тем вопросом, что он задает тебе, заставляя отвечать, как Фивы — устами Сфинкса.
Возможно, некие силы и впрямь существуют и это, возможно, силы зла, но они - так, мелкая сошка. Истинное же зло, огромное, грозное, - то зло, что порождает войны и рабство, и бесчеловечность одного по отношению к другому, - заключено в уверенном, бестрепетном, несокрушимом себялюбии вполне обычных людей, таких как Биранн и как он сам.
Это только в глупых фильмах холостяки после тридцати во всю кутят и наслаждаются свободой, а в реальном мире, мы очень даже не против появления чего-то постоянного в жизни.
Ощущение временности настоящего положения вещей главенствовало в их жизни. Они ждали какого-то чуда. Тогда они пригласят архитекторов, подрядчиков, штукатуров, водопроводчиков, обойщиков, маляров. Отправятся в кругосветное путешествие, а по возвращении найдут свое, жилище преображенным, удобным, совсем обновленным, чудесным образом расширившимся, наполненным вещами соответствующих ему размеров, с раздвижными перегородками и дверями, удобным скрытым отоплением, внутренней электропроводкой, с мебелью самого хорошего вкуса.
Но великие мечтания, которым они самозабвенно предавались, оставались мечтами, а их реальные усилия равнялись нулю. Они не предпринимали никаких попыток согласовать насущные потребности с реальными возможностями. Их парализовывал размах собственных желаний.Иногда им казалось, что вся их жизнь могла бы гармонически протечь среди таких стен, уставленных книгами, среди предметов, до того обжитых, что, в конце концов, начнет казаться, будто они были созданы такими прекрасными, простыми, приятными и послушными специально для них. Но ни в коем случае они не прикуют себя к дому - иногда они будут пускаться на поиски приключений. И тогда никакая фантазия не покажется им невозможной. Им станут чужды злопамятство, разочарование, зависть. Ведь их возможности и желания всегда и во всем станут совпадать. Они назовут это равновесие счастьем и благодаря своей свободе, уму, культуре сумеют его сохранить, ценя каждое мгновение совместной жизни.
В жизни, если ты действительно хочешь понять, разобраться, как она устроена, ты должен хотя бы раз умереть. И раз уж жизнь так устроена, лучше умереть молодым, когда есть еще время возродиться, начать сначала…
Мне не понравилась девушка, которая ее заменила. В молодости я бегал от девушек с таким голосом как от чумы. Секс, густо намазанный мармеладом. Ей самое место в программах для старшеклассников.