Самое главное — не допускать, чтобы личные качества человека влияли на ваши выводы.
Сами по себе вещи не бывают хорошими или дурными, а только в нашей оценке.
В воскресенье вечером мы с Властой и Вереей наметили девичник. Тут обычаи наших народов во многом совпадали — невесте полагалось со скорбным видом сидеть на стуле посреди комнаты, пока подруги со слезами и воплями ходят вокруг, оплакивая ее прошлую, легкую и свободную незамужнюю жизнь.
– Не бойся, ругаться не буду, я просто всё тебе прощу. И бойся, потому что я всё прощу, но ничего не забуду.
Трудно жить, когда вокруг все такие умные, что тебя и за человека не считают.
Свою порцию я даже есть не рискнула, наверняка она в нее плюнула. Да и не с руки мне есть, когда я на службе. Нашла взглядом Лунолику, та понимающе кивнула и сунула в сумку лишнюю пару пирожков, когда от шока оправилась.
Много у тебя в жизни людей, которые бы говорили с тобой о тебе?
— Вам бы не помешало проверить уровень наглости, по-моему, вы уже переполнились и выплескиваетесь.
А рядом с моим хрупким, мужественным принцем не было никого, кто бы его поддержал. Ни одного человека, ради которого он послал бы всю эту дворцовую чепуху к чёрту. Рыцарю, как бы увлечен подвигами он ни был, нужно место, куда хочется возвращаться. Рыцарю жизненно необходимо знать, что где-то (пусть и далеко) есть дама, которая скучает в башне и ждёт. Его ждёт.
Одиночество. Я обрекла Эдварда на одиночество.
Ален прав. Я действительно его бросила. Господи, как там дальше в молитве… в общем, помоги! Кто-нибудь…
В мире существует два типа людей: кошки и мышки. Кошки гуляют сами по себе, делают то, что хотят, и берут, что хотят. По натуре кошки агрессивны и самостоятельны. В мышах, напротив, нет ни грамма агрессивности. По природе своей они уязвимые, нежные и тихие зверьки, и самое большое счастье для них – смириться и довольствоваться тем, что дает им жизнь.
– Милочка, спустись на землю уже со своих облаков! Ты хоть до конца жизни девственницей ходить можешь, а нормальному мужику, светлому или темному, нужна разрядка!
«Множество вещей ускользает от рассудка, и тот, кто, желая понять жизнь, пользуется только рассудком, похож на человека, полагающего, будто он может схватить пламя каминными щипцами. Он схватывает только головешку, которая вскоре гаснет.»
Принять свою тягу к крепким парням – это одно. Но совсем другое – смириться со своими эксцентричными соплеменниками и их неприглядными обычаями
У русских было смущение от невинности европейцев, совершенно невообразимой для насмешливости нашей природы, к тому же приперченной достоевщинкой. У нас даже в интимной беседе едва распустят чувство, как, гляди, уж прикроются наплевательством, которого, может, в таком количестве вовсе и нет.
Он не походил ни на кого из знакомых Гарри преподавателей. Казалось, главное для него — не научить их тому, что знал он сам, а втолковать им, что никакое знание, даже нечеловеческое, не может быть абсолютным.
«Красивые мужские руки – моя слабость»
ПРИНЦИП СПЕРМАТОЗИДА. Вот он:
ЧЕЛОВЕК ВСЕГДА СТРЕМИТСЯ ПОПАСТЬ В РАЙ, т. е. стать первым. И ИДЕТ ПРОТИВ ПРЕПЯТСТВИЙ, ОБХОДЯ ИХ, И ЛИШЬ НА ФИНИШЕ ПЫТАЕТСЯ ПРОТАРАНИТЬ ИХ.
- Нужно торопиться, пока очередной вампир не прилетел.
- Боишься, что не справишься?
- Боюсь, что горы трупов в лесу не украсят пейзаж.
Чувствовала я себя сейчас великой воительницей прошлого, Килтарой Огнецвет, подло захваченной коварными эльфами. Говорят, ее допрашивал сам эльфийский владыка. Долго и упорно, лет пятьдесят, не меньше, собственно, до самой своей смерти. Он даже женился на Килтаре, чтобы удобнее измываться было.
До него начала доходить простая истина: если тебе делают поблажки - значит, случилось что-то страшное.
И снова бой. А гёрл нам только снится.
-Сэр,гонка уже закончилась -Только не для меня!
-Любовь делает мужчину дураком, - заметил Акбар. - Показать лицо возлюбленной всему миру - первый шаг к тому, чтобы ее потерять.
Вера - это то, что дает нам возможность поверить в то, что мы считаем невероятным...на жизнь надо смотреть широко и не следует допускать, чтобы маленькая ничтожная истина подавляла бы великую истину, как маленький утес вагонетку железной дороги. Нам для начала нужна небольшая истина. Господи! Мы храним и ценим ее, но не следует верить, что это всемирная истина.
Лично я не уверен, что теория - такое уж благо для искусства.
Импрессионизм, кубизм - мне равно чужды.
По-моему, искусство - это прежде всего состояние души.
А душа свята у всех нас, ходящих по грешной земле.
Душа свободна, у нее свой разум, своя логика.
И только там нет фальши, где душа сама, стихийно, достигает той ступени, которую принято называть литературой, иррациональностью.
Я имею в виду не старый реализм, не символический романтизм, который принес мало нового, не мифологию, не фантасмагорию, а ... а что же, Господи, что же?
Но школы, скажете вы, только отражают прогресс .
Да уже первобытное искусство владело техническим совершенством, к которому стремятся, изощряясь и ударяясь в стилизацию, нынешние поколения.
Этот прогресс формы - все равно что пышное облачение Римского Папы рядом с нагим Христом или богослужение в роскошном храме рядом с молитвой в чистом поле.