Все говорили, мол, я потеряла маму, но ведь мама не потерялась. Просто ее больше нет, и сколько бы я ее ни искала — в другом городе, в другой стране, в Гномьих Пещерах или в Царстве Фей, — я ее не найду.
Время. Вообще всё, чего ни коснись, в результате оказывается всего лишь вопросом времени, разве не так?
когда побываешь на пороге смерти, резко умнеешь. А те, кто не умнеют, быстро оказываются там вторично.
Людям на войне антидпрессанты тоже не помогают. Потому что от таблеток они не перестают оставаться на войне.
Моя задача была самая сложная - сгенерировать идеи, остальные пусть думают, как воплотить их в жизнь.
Счастливая женщина всегда красивее той, что несчастна.
Нужно найти уязвимую девушку, которой легко управлять. Желательно страхом. Деньги и магия нынче как валюты сильно просели в ценности.
Официант, забирая счет, подмигнул ей. Какой-то старый хрыч с испачканными пивной пеной усами поцокал вслед языком, а по дороге до машины неопознанный объект ущипнул за задницу. Лиза решила, что быть блондинкой – занятие не для слабонервных, и избавилась от парика, спрятав его в багажник.
Чтобы изуродовать свою жизнь, людям ни ангелов не надо, ни чертей. Вполне хватает собственной глупости.
Наши привязанности, как бы они не были похвальны, не должны в сей бренной жизни управлять нами; наоборот, мы должны руководить ими, даже управлять ими.
Одиночество – губительное состояние, оно приводит к панике, и ты начинаешь сдавать позиции, потому что страх сковывает тебя и не дает дышать.
Я икнула и решила про себя: на демонов не орать, не смотреть, общаться исключительно с адептами и на лицо натянуть маску тролля.
Даже одна маленькая деталь, один случай могут повлиять на всю вашу жизнь.
Однажды он сказал, что, если бы снимал "Золушку", из золоченой кареты вывалился бы труп.
Люблю. Просто за то, что ты есть в моей жизни – люблю.
С женщинами в принципе лучше никогда не спорить-всегда останешься виноватым.
Люся спрашивала тогда, люблю ли я Блока. Смешная девочка. Надо было спросить, любил ли я Блока, в прошедшем времени. Да, я его любил. А сейчас я люблю покой. Больше всего люблю покой. Чтоб меня никто не вызывал, когда я спать хочу, не приказывал…
Люди всегда входили в раж при виде своих имен в прессе. А как же, это ведь доказательство их существования.
«Уйти я не могу. Если мама заметит, решит, что мы поругались».
Джейн, чуть приподняв брови, стояла посреди гостиной и ожидала, когда я забулькаю от восторга. Я набрал побольше воздуха в грудь.
-Это одна из самых омерзительных гостиных, в какие мне доводилось попадать за всю свою жизнь. Точно такого уродства я и ожидал, она в точности так же уродлива, как десять тысяч других гостиных, до которых добьет отсюда струя мочи. Это оскорбляющий зрение коктейль из дорогих клише, за пределами Беверли-Хиллс такого почти и не сыщешь. Да я скорее собачью какашку съем, чем опущу мою задницу на эту софу с ее нелепо разномастными, кричащими подушками. Прими мои поздравления – тебе удалось образцовым способом пустить на ветер твое недешевое образование, кучу денег и всю твою горестную жизнь. Всего хорошего.
Вот что я сказал бы, будь у меня в животе на два пальца виски больше. А так удалось лишь проблеять.
-Боже мой, Джейн…
-Вам нравится?
-«Нравится» - не то слово… это, это…
-Многие говорили мне, что у меня хороший глаз, - призналась она. – На прошлой неделе здесь были фотографы из «Домов и интерьеров».
-Вот уж в чем не сомневаюсь, - сказал я.
-Видели бы вы эту квартиру, когда я в нее въехала.
-Какое чувство пространства и света, - со вздохом вымолвил я. На редкость безопасная фраза.
-Мужчины такие вещи обычно не воспринимают, - одобрительно сообщила она, подвигаясь к столику, на котором стояли бутылки.
«Отскребись от меня, сумасшедшая, жалкая сучка, - сказал я – мысленно, - между тем как мои трусливо разведенные в стороны руки говорили совсем другое: «Такое искусное, исполненное вкуса сочетание этнического и своего, родного, способно свалить с ног даже мужчину».
Не выносишь жары — не суйся на кухню.
Какой-то ловкий слабак с уныло-заумными способностями. Из всех объяснений Рос понял, что его персонажу сражения не светят, а расовые способности заточены в основном под боевую составляющую игры и, значит, вряд ли ему помогут.
А еще тут к интеллекту единичка полагается, а это почему-то греет душу. Умному человеку трудно смириться с тем, что его персонаж окажется полным тупицей.
Бусому было очень плохо, но это и радовало: если человек страдает, значит – он жив. И жить будет.
Ну вот. Самое главное сделала: ушла. Теперь другой вопрос: куда идти?
Взаимная любовь между людьми есть основной закон жизни человечества.