Между прочим, отсюда был слышен разговор молодой парочки и продавца. Парень как раз говорил:
– Вне сомнения, Уилльям Бэрроуз пишет как Бог.
– Его "Голый завтрак" – это нечто! – подхватила девушка. – Не сравнить с...
И оба посыпали именами и названиями книг. Ян не мог не усмехнуться про себя. В их возрасте он грешил тем же – любил блистать поверхностной литературной эрудицией. Он обожал играть в этот псевдоинтеллектуальный пинг-понг из названий и авторов. Читал он много, но литература, даже классическая – это такой обширный континент, на обследование которого нужно сто жизней. А ведь надо еще и за новинками следить. Поэтому юношей Ян больше читал о книгах, чем сами книги. Источником его информации были статьи в энциклопедиях, где в нескольких фразах излагались романы, или аннотации на обложках книг. Он панически боялся того, что в разговоре с друзьями возникнет какое-то имя или название произведения – а он не в курсе. Однако в такой же степени стыдно попасться на незнании книги, которую ты якобы читал. В итоге Ян навострился запоминать такие детали из аннотаций и энциклопедических статей, чтобы искусно имитировать близкое знакомство с непрочитанной книгой. В быстрой болтовне о литературе он неизменно вызывал восхищение товарищей, и ему все сходило с рук.
Однако с возрастом он понял, что это глупость. Литература – это не названия и авторы. Недостаточно знать тему, сюжет и идеи, заключенные в произведении. Поверхностное знание – есть не что иное, как вульгаризация литературы, святотатство. Теперь он не уставал повторять своим студентам: лучше меньше, да внимательнее! Читайте книгу от корки до корки! Никогда не пользуйтесь информацией о ней из вторых рук. Пусть вы забудете содержание книги, имена героев, ее идеи, ее тему, но в процессе чтения она будет работать, незаметно преображать вас. Бог с ними, с деталями и прочим. Важно чтение само по себе, а не запоминание прочитанного.
«У старых грехов длинные тени»
То, что человеку дается по силе его, и есть наилучшее.
Днем происходят ужасы, и ночь полна кошмаров.
Да, такое гадкое слово «запрет». Его ненавидят дети и режиссеры.
Внешность – не залог порядочности.
Ложь звучит наиболее достоверно, если рассказчик верит в нее сам.
Результатом нашей жизни на земле всегда является смерть. Жизнь-это движение в одну сторону, однако варианты ухода могут быть самыми разными.
Не верь словам, как бы убедительно они ни звучали. Верь только результатам. Слова, не ведущие к нужным результатам, рано или поздно превратятся в пыль.
Злоключения бывают только с людьми злыми, а всякому доброму человеку любое приключение, пусть даже жестокое, должно представать доброключение, ибо оно чему-то поучает и укрепляет душу.
Правда, Максим Георгиевич, как и большинство современных младенцев, большую часть времени спал или улыбался. Это позволяло кормящему отцу через компьютер периодически консультировать кого-то в далёком Екатеринбурге. За консультации из Екатеринбурга платили. Немного, но регулярно.
Следовало признать, что кормящий отец Валентине Григорьевне нравился, чем дальше, тем больше. Спокойный, рассудительный, умелый, уверенный в себе мужчина, а самое главное, без комплексов. Никаких тебе домостроевских идей типа, мужик всему голова, или место бабы на кухне.
Скончался честный человек.
Он правде присягал навек.
Друзьям надежда всех надежд;
Наставник молодых невежд;
Был, как немногие, учен;
Достойной жизнью увлечен.
Коль есть тот свет, пускай сей муж
Живет в кругу чистейших душ.
А нет, так что же? – Наш кумир,
Как мог, улучшил этот мир.
"Императоры вкладывают ложь в свои воспоминания с большей охотой, чем поэты и историки." (с)
Океан – это магнит для людей, находящихся в депрессии.
Они напомнили ему о тех далеких днях, когда он был еще не так одинок, не так подл и гадок, и тем самым испортили ему настроение.
– Такая маленькая девочка должна знать, в какую сторону она едет, даже если она не знает, как ее зовут!
Пройдите мимо нас и простите нам наше счастье!
...ничего не бывает даром.
Нам стыдно, Риа, до сих пор, всем троим. Потому что на нашу низость ты ответила благородством, и от этого постыднее раз в сто. Я восхищаюсь тобой, малышка, искренне восхищаюсь, Эдвин, он просто потерял голову, а Норт… Знаешь, если он поймет, что ты счастлива с Риком, он ведь без слов уйдет в сторону и даст тебе быть счастливой. Я это понял тогда, когда были разборки с Тарном. Не поверил сразу, а потом понял – Норт ставит твое счастье выше своего. Он любит, действительно любит, причем той любовью, что между нами, мужиками, признак слабости.
у меня сногсшибательная идея! – А может, не надо?
Ты не боишься смерти. Совсем не боишься.
когда я счастлив, я непременно мурлыкаю что-нибудь про себя, как и всякий счастливый человек, у которого нет ни друзей, ни добрых знакомых и которому в радостную минуту не с кем разделить свою радость
Какая необычная женщина! Какая сложная и загадочная личность! С одной стороны, она выглядела ловкой и проворной, но временами Нат замечал в ней узколобость, которая раздражала его. Потрясающая находчивость сочеталась в ней с качествами девочки-подростка: упрямой, обремененной нелепыми предрассудками среднего класса, неспособной мыслить самостоятельно и отрицающей известные истины. Эдакая жертва домашнего обучения, напуганная неудачами других людей и желающая обычных вех благополучия: большого дома, детей и мужа. К сожалению, ее представление о муже являло собой сказочное существо, которое помимо выполнения супружеского долга должно было зарабатывать кучу денег, заниматься огородом и мыть посуду. Идею о существовании образцового мужа девочки черпали в комиксах журнала «На этой неделе» широко распространившийся предрассудок, который передавался в мире буржуазного быта из поколения в поколение.
Джинны вообще во многом похожи на людей: если обращаться с ними достаточно сурово и не давать им ни малейшей возможности причинить тебе зло, им можно найти немало полезных применений.
Лучшие отходы – это те, которые не образуются.