- Это необыкновенная редкость, когда мужчина и женщина действительно вместе. Рядом - сколько угодно! Рядом, но врозь...
— Кто может делать, должен сделать для тех, кто не может. Кто-то должен сказать за тех, кто не может говорить.
– Иди давай. Не спрашивай меня ни о чём. Просто убей там всех и возвращайся!
– Чтобы вместе убить всех тут?
– Ты понимаешь меня как никто, Ставр Белхорст!
Я хочу быть в безопасности. Я хочу жить в черепашьем панцире.
Солнечный луч медленно полз по ярким цветам и опавшим листьям. Девичий виноград на стенах дома отливал шелками старинного гобелена, а тонкие трубы, поймав солнечный свет, мягко сияли на фоне свинцового неба.
Внезапно лорд Рендел наклонился и чмокнул меня в нос. Ошарашенная, я дернулась и села на попу.
– Хм! А в сказках срабатывало, – несколько смущенно произнес он. – Видимо, я так себе принц.
– Но если я нравлюсь вам обоим, – обиженно смотрю на мужчину, – то зачем все эти брюнетки?
Демон пожимает плечами.
– Зверь выбрал Аврору, когда унюхал в аэропорту, – улыбаясь, признает он, и тут же улыбка лаэрда меркнет. – Кристоф не сможет остановиться на Авроре.
– Почему? – в возмущении подпрыгиваю на кровати.
– Потому что в нем помимо Зверя живет еще кое-кто.
Я округляю глаза от удивления.
Вот это да! В лаэрдах есть третья сущность? Об этом же никто не знает!
– Кто? – спрашиваю пересохшими губами.
– Кобель! – фыркает демон.
…и помни. В работе с клиентом недопустимо проявлять раздражение или, паче того, злость. Просто бьешь и улыбаешься.
Из наставлений некоего Суржика, прозванного Костоломом
Никогда не знаешь, какую пилюлю готовит тебе судьба.
Мы жаждем нового и боимся потерять старое.
...Я пытался объяснить ему, что такое стихи: что это не слова, и даже не мысль, и не рассказ, — и вообще не смысл, — а только угодивший в силок дух, который вырвался и улетел, но разноцветные перья кружат.
"Я разве требую от тебя что-нибудь?" - спрашивал он.
"Нет, не требуешь. А разве я требую от тебя чего-нибудь? - спрашивала она и отвечала сама себе: - Да, требую. Это справедливо? Да, дорогой мой, справедливо".
Это в крови у нас – тоска по раю. Тоска по иррациональному. Всегда по иррациональному.
Наш ум подобен кривому зеркалу, где отражаются сплошные иллюзии.
Где тысячи живут, - проживет еще один.
Проклятая петербургская деликатность: нет, чтобы сказать прямо: «Извините, я планировал провести этот вечер в одиночестве», ну или хотя бы: «Тут занято». Надо обязательно не возражать, а потом сидеть с надменно-кислой физиономией, как будто кто-то впереди тебя пролез в очередь. Впрочем, не исключено, что и мой сосед руководствовался схожими побуждениями, заставляющими непременно составить компанию человеку, которого увидел впервые в жизни полчаса назад и с которым едва перекинулся несколькими фразами, словно пройти мимо будет невежливо.
Зависть, наложенная на злобу, равна катастрофе.
Никто не говорил с Артамоновым старшим, и он чувствовал, что все, кроме жены, считают его виновным во всём: в бунтах, в дурной погоде, в том, что царь ведёт себя как-то неумело.
Из веку почитали в доме трех хозяев - самого, кто главный в семье, русскую печь и самовар. К ним подлаживались, их уважали, без них, как правило, не раскрывали белого дня, с их наказа и почина делались все остальные дела.
"One is doing that - one is. But one remains, all the same, but one of his ideas."
«Но она никак не назвала бы его тупым; нет, он ни в коей мере не был туп, а был всего лишь невероятно честен. А когда человек так честен, это отличает его чуть ли не от всех остальных людей, и волей-неволей приходится быть с ним честной тоже.»
Когда человеку очень хорошо, мозг его, как известно, весьма мало действует. Спокойное и радостное чувство, чувство удовлетворения, проникает все его существо; он поглощен им; сознание личности в нем исчезает - он блаженствует, как говорят дурно воспитанные поэты. Но когда наконец минует это "очарование", человеку иногда становится досадно и жаль, что он посреди счастия так мало наблюдал за самим собою, что он размышлением, воспоминанием не удвоивал, не продолжал своих наслаждений... как будто "блаженствующему" человеку есть когда, да и стоит размышлять о своих чувствах! Счастливый человек - что муха на солнце.
лучше не стремись ни к чему слишком сильно. А то окажешься там, где желала, а там окажется не так, как желала
Кто на первом месте в сердце женщины? При всем моем опыте я никогда не встречал мужчины, который был бы номером первым. Встречал номер второй, иногда номер
третий, четвертый, пятый — часто. Но номер первый — никогда! Он существует, конечно, но я его не встречал!
Нет, конечно, дети пропадали всегда. По статистике ежегодно пропадает сорок тысяч детей. И не всех удается найти. Даже днем, на глазах у десятков прохожих, чужой человек может легко увестиребенка. Пока другие будут смотреть. Пока другие будут молчать. Здесь Александр Сергеевич ощущал душащее бессилие.Храбрую собачку тоже увели именно так