Сто раз сразиться и сто раз победить – это не лучшее из лучшего; лучшее из лучшего – покорить чужую армию, не сражаясь.
Поэтому самая лучшая война – разбить замыслы противника; на следующем месте – разбить его союзы; на следующем месте – разбить его войска. Поэтому тот, кто умеет вести войну, покоряет чужую армию, не сражаясь; берет чужие крепости, не осаждая; сокрушает чужое государство, не держа свое войско долго.
— Нормально! И вот эту фразу, говорит человек, который по жизни своим девизом сделал слоган «Все врут! Кто-то больше, кто-то меньше, но врут все!»
— А что разве не так? — отозвался задетый за живое Дедуля.
— Так. — печально кивнула головой я. — Но, дорогой мой, почему ты забываешь, что как ты, так и к тебе?!
Я предпочитаю Лондон ночью, потому что ночью его почти не видно.
гармонию нельзя построить на лжи
Разграничение всегда непростое дело. Мир един, жизнь едина. В самом святом и приятном присутствует и некоторая доля насилия - в любовном акте, например; да и в музыке, если уж на то пошло.
Возможно, смелость нужна мне вовсе не для того, чтобы сказать правду, а исключительно для того, чтобы уйти.
– Я веду к тому, что структура всей нашей цивилизации насквозь извращена, – объявил Чип. – Бюрократия присвоила себе право определять некие состояния разума как «болезненные». Нежелание тратить деньги – симптом недуга, нуждающегося в дорогостоящем медикаментозном лечении, а это лечение подрывает либидо, то есть вкус к единственному в мире бесплатному удовольствию, и тем самым человек вынужден тратить еще больше денег на суррогаты. Душевное здоровье как таковое определяется способностью индивида участвовать в экономике потребления. Покупая лекарства, покупаешь потребность покупать. А я, лично я, проигрываю битву с коммерциализованной, медикаментированной, тоталитарной эпохой – проигрываю сию минуту.
Гуансюй скончался в мучениях 14 ноября 1908 года. В предвечерних сумерках, или, как было объявлено, в час петуха. В момент смерти ему было тридцать семь лет. Семидесятитрехлетняя вдовствующая императрица, которая так планомерно разрушала его тело и дух, не пережила его, как ни странно, даже на сутки. Утром 15 ноября она (в общем, еще полная сил) председательствовала в Государственном совете, обсуждая создавшееся положение, но после обеденной трапезы, когда она назло придворным врачам съела на десерт свое любимое блюдо – райские яблочки с густыми сливками, у нее начался кровавый понос, от которого она уже не оправилась. Примерно в три часа дня она скончалась. Уже облаченная в саван, она продиктовала последний указ и простилась с царством, которое под ее почти полувековым регентством оказалось на грани распада. Теперь, сказала она, я оглядываюсь назад и вижу, что история состоит из сплошных бед и испытаний. Они накатывают на нас, как волна за волной накатывают на берег. На протяжении всех наших земных дней нет ни единого мгновения, сказала она, когда бы мы были действительно свободны от страха.
Убедительные доводы в пользу существования Бога отсутствуют, но и обратного тоже ничто не доказывает. А уж коль более половины жителей Земли не принадлежат к числу христиан, мусульман или евреев, то, на мой взгляд, нет и достоверного подтверждения существования единого Бога. Иначе Ему поклонялась бы вся планета.
– В нашем с вами деле существует математически выверенный закон, – спустя мгновение сказал Коваленко. – Люди, наделенные патриотизмом, верой и моралью, в конце концов терпят поражение гораздо чаще тех, кто всего этого лишен.
Аллигатор попался пегий: бледно белел и чернел морской водорослью. Двигался быстро, но неуклюже. Возможно, был ленив, или стар, или глуп. Профейн полагал, что он, вероятно, устал от жизни.
- Молчание не удовлетворит женщину, - сказала Мария. - Ей, горемычной, хочется еще и доброго слова...
- Доброе слово тоже не удовлетворит женщину, даже и не думай! - живо отозвалась Марфа, подливавшая масло в светильник, чтобы его хватило на весь вечер, когда придут для серьезного разговора старцы. - Доброе слово тоже не удовлетворит горемычную женщину: ей нужен мужчина, чтобы дом чувствовал тяжесть его шагов. Ей нужен младенец, который будет сосать молоко, облегчая ее тяжелую грудь... Женщине нужно много, Иисусе из Галилеи, много, но откуда вам, мужчинам, знать это!
Непогода будет продолжаться, говорит он. Нас ждут неслыханные потрясения, неслыханные убийства, неслыханное отчаяние. Ни малейшего улучшения погоды нигде не предвидится. Рак времени продолжает разъедать нас. Все наши герои или уже прикончили себя, или занимаются этим сейчас. Следовательно, настоящий герой — это вовсе не Время, это Отсутствие времени. Нам надо идти в ногу, равняя шаг, по дороге в тюрьму смерти. Побег невозможен. Погода не переменится.
Привычка и правда рождает страх, правда когда она пройдёт, слетят и очки, из-за которых всё вокруг виделось в сером цвете.
людям лучше не давать повода для ложной надежды, которая со временем может перерасти в непоколебимую веру
С возрастом люди не становятся счастливее — они просто опускают планку ниже, чем прежде.
Я дотягиваюсь до старой лампы и снова включаю тьму.
...имущество человека - гораздо более верный ключ к его характеру, чем все слова и поступки.
— Мой лучший друг! Я убью тебя! — Сначала поймай! — А потом воскрешу и снова убью!
Если человек не имеет лицензии на жизнь во лжи, он не сможет жить в мире и покое.
Все от одиночества. Человек ведь стадное животное: оторви его от привычного быта, от женщин, от дома и города - у него мозги начнут плавиться. До чего паршиво, когда человеку одиноко.
Сны крадут у нас жизнь. Все, что в них происходит, происходит помимо нашей воли, и вдобавок ко всему запутано настолько, что разбираться в смысле этого абсурда нет никаких сил, только настроение портить.
Настоящий ужас — это когда видишь что-то знакомое, но настолько измененное, что едва его узнаешь.
Прирожденные неудачники вызывают раздражение: бродят с видом побитой собаки и нелепой повязкой на голове. Они притягивают беду, и не столь уж важно, идет война или нет, нимб незаслуженного страдания в результате им обеспечен.
Психология тех, кто превозносит литературное произведение по неверным причинам, значительно интереснее, чем психология тех, кто ругает его по неверным причинам.