Но что поделаешь с былыми ошибками? Скажешь себе: «Больше я так не влипну» – и двинешься вперёд.
Повторение - не мать учения , а злая мачеха.
Есть женщины, возможно, вполне достойные, хорошие женщины, которые не по своей вине приносят беду. Чего бы они не коснулись, все оборачивается трагедией.
Человека не на своем месте всегда видно. Как собаку на заборе.
Китайская пословица гласит: нашей жизнью управляют ветры судьбы, вынуждая следовать в определенном направлении.
- Может, ты мне расскажешь что-то, чего я не знаю? - спросила Рози.
Я не совсем понял, зачем ей это понадобилось. Но быстро выхватил из памяти интересный научный факт:
- Э-э-э... Известно, что у трутней и осиных пауков гениталии отламываются и взрываются во время оргазма.
Мой друг, раввин Хаим Энджел, отправляясь на встречу, всегда берет что-нибудь почитать. Почему? «Потому что, — сказал он мне, — согласно Талмуду (своду иудейских законов), опоздавший на встречу совершает грех воровства — крадет время другого человека. И это самая серьезная кража, ведь время нельзя вернуть. Я не хочу, чтобы из-за меня кто-то согрешил, поэтому на случай, если придется ждать, забочусь, чтобы другой человек не оказался в роли вора».
Не Вы даны ребёнку — ребёнок дан Вам. Так будьте добры быть его достойным.
Из десяти волов упряжка
не тянет нас к себе так тяжко,
Как слабый женский волосок.
/Генри Лонгфелло /
Ладно утром, я отчетливо поняла, что было ночью и с чего угорали мои умертвия. А говорят у мертвых нет чувства юмора.
Мыслить - значит создавать!
— Разве приличным девушкам не положено просто падать в обморок? — как-то задумчиво спросил диқарь.
— Что? — невежливо переспросила я, продолжая выбирать место для костра. — В обморок? А, не знаю, наверное. Но я не могу в обморок. У меня Линк. Ну и потом… Мне много раз говoрили, что я к приличным не отношусь.
Эйвери рассмеялась, поднимая стакан с колой.
– В прошлые выходные я вырубила Терезу, – призналась она.
Я пораженно взглянула на темноволосую красавицу.
– Я требую подробностей! – воскликнула я.
Рассмеявшись, Тереза повернулась на барном стуле.
– Я нашла у Джейса боксерские перчатки, – объяснила она. – Мы устроили спарринг. Я поддавалась, конечно, и била ее только по рукам.
– Неважно, – заметила Эйвери и взглянула на Кэма, который вместе с Джейсом и Джексом не давал Броку прохода. – Когда мы начали, Кэма чуть удар не хватил.
– Да, он чуть службу спасения не вызвал, – фыркнула Тереза. – Что довольно забавно, потому что Джейс наблюдал за нами так, словно сбылась его извращенная мечта. Девчонки надели боксерские перчатки.
Рассмеявшись, Калла налила стопку выпивки.
– Бедный Кэм. Должно быть, не слишком приятно, когда одна из девчонок – твоя сестра, – заметила она.
– А знаете, можно было бы устроить это шоу в клубе. Одеть девчонок в бикини или оставить их топлес… – Кэти одним глотком опрокинула выпивку. Причмокнув губами и довольно вздохнув, она поставила стопку обратно. – Я точно предложу это Ларри. Он обожает мои идеи, – сказала она, вильнув бедрами.
По непонятным причинам в жизни всегда что-то идет не по плану. Достаточно пустяка ― жеста, слова, абсолютной мелочи, чтобы все взлетело на воздух. Словно ты не вправе ничего решать, такова судьба.
— Мам, — тяжело вздохнула женщина, — курение вредное для здоровья.
— Да-да, я читала на пачках предупреждение о потенции и угрозе плода. Только я не мужик и беременеть не собираюсь!
Самое важное не утопает в потоке Времени
– А начинается это со злости. Сначала приходит страшная злость, и хочется кусать и рвать. Хочется убивать всех, кто рядом с тобой. После начинается тошнота.
Колька говорил медленно, тихо и чётко, не отрывая взора от братца. Второй мальчишка, не такой наглый и шустрый, замер, сморщился и попятился.
– Тебя начинает тошнить, – продолжал Колька. – Но ты всё равно желаешь убивать. Тебя рвёт, у тебя жар, тебя ломает. Всё тело ломает. Приходит сильная боль, но никто не может дать тебе обезболивающее, потому что никто не может к тебе приблизиться. Ты убиваешь всех, кто рядом с тобой. Ты превратился во фрика. Ты забыл своих родных, забыл своё имя, забыл свою историю. Теперь ты – зверь. Ты хочешь этого?
Раз люди обрели возможность уничтожить самих себя, значит они себя непременно уничтожат.
Нет на земле силы большей, чем мать, сражающаяся за свое дитя
Сделали ли книги мир счастливее? Не знаю. Ведь реальность всегда вне книг.
И ничто не делает отдых и тепло столь глубоким, как то, когда прислушиваешься к звукам уборки снега и, уже проснувшись, переворачиваешься на другой бок и снова засыпаешь. Иногда я лежу поперёк на моей широкой кровати, иногда наискосок, мне нравится, когда вокруг много места.
("По весне")
Булгарский хан впервые видел словен так близко и по-дружески. И чем больше смотрел, тем больше нравился ему этот народ, не скоро возгоравшийся любовью или гневом, но зато уж любивший и ненавидевший одинаково - до смертного часа...
Родители, учителя и ученики знали ровно столько, сколько требуется, чтобы представить себе, насколько умна моя речь, и по завершении ее наградить меня смущенными, сочувствующими, ободряющими улыбками, которые англичане привычно приберегают для тех, кто страдает от неизлечимого рака или наличия мозгов, – причем наличие последних – вещь, на их взгляд, куда более прискорбная. В конце концов, люди, в большинстве своем, способны представить себе, что больны раком, но не способны и близко подобраться к представлению о том, что у них есть мозги.
– Чует мое сердце, мы вступили в полосу невезения, – заявила она. – Тебя угораздило наткнуться на преступников, а Вовчика – ногу сломать. Теперь моя очередь.
– Что еще за очередь?
– Беда не приходит одна, – вздохнула Клавдия.
Страдал он только от какой-то опустошенности: еще никогда предмет его любви не являлся ему до такой степени ничтожным, выброшенным из его жизни, растоптанным, грязным. Но любовь его притом не проходила - будто мельница вертится вхолостую: вертится... вертится...