Цитаты
284424
Детская жестокость – самая дикая, матерые уголовники рядом не стояли.
В глухой якутской тайге можно спрятать всё, что угодно. И маленький мешочек с золотыми самородками, и целую обезлюдевшую деревню. И только благородство и подлость утаить невозможно, даже если вокруг – только тайга, и свидетелей – нет.
«Жена – витрина семьи. Надевай побольше камушков, а то подумают, что у меня дела плохо идут».
Вот уже тридцать лет мои дни скучны и однообразны. Нет подруг, нет близких. И вдруг моя жизнь в одночасье изменилась. Судьба подарила мне подругу – Катю! Но... спустя день ее похитили. Неизвестные требовали документы, которые хранились у какого-то Кости Катукова. Найти Катю и вернуть ее в лоно семьи было моим долгом! Недолго думая, я поехала к нему домой, но хозяин квартиры был мертв. Мне так и не удалось найти те злополучные документы! Знать бы, что это стало началом моего кошмара...
- Дуся… - Аленка взяла сестрицу под руку и зашептала: - Я понимаю, что получилось нехорошо и ты на него обижаешься… но это же живая легенда!
- К сожалению…
- К сожалению, легенда? - Себастьян таки не удержался и приоткрыл глаз, на сей раз правый.
- К сожалению, живая, - поправила Евдокия и, погладив верный канделябр, добавила: - Пока еще.
Странные дела творятся в Цветочном павильоне. В зеркалах обитают призраки, да и сами эти зеркала ведут себя вовсе не так, как зеркалам положено. И красавицы все как одна с тайнами, кто проклята, кто одержима, кто и вовсе с беспокойниками дело имеет да Хельму проклятому поклоняется. И как Себастьяну понять, которая из них колдовка, ежели все подозрительны? Тут еще братец его родной с кровью волкодлачьей мешается, крысятник Гавел остатки репутации рушит, и ко всем бедам еще и королевич воспылал...
Жизнью своей всегда распоряжается сам человек. Только сам. Истина эта самая простая, проще не бывает. Но, к сожалению, этой-то простейшей истины люди иногда не понимают.
Роман «Вечный зов» посвящен истории семьи Савельевых, выходцев из далекого сибирского села, обладателей сильных безудержных характеров.
Жизнь героев разворачивается на фоне исторических событий в России, охватывающих период с 1902 по 1960 годы. На их долю выпали три войны, революция, становление нового строя… И все же они позволяют себе любить страстно и глубоко, а ненавидеть до последнего вздоха.
Не стоит разменивать свое время и жизнь на тех, кто этого не ценит. В погоне за их одобрением, можно потерять себя.
— Дыши, мать твою! — тряхнул ее, рявкнув со злостью, и больно ткнул в ее губы горлышком спрея, заставляя разжать зубы. — Будешь истерить и выкидывать фокусы, я тебя в психушку закрою, поняла? Людмила разомкнула рот, не отрывая от него глаз, из которых лились слезы. Небо обожгло лекарством, и она сделала первый вздох. Легкие будто иглами протыкали. Люся дышала с хрипом. Ее трясло. Хлопковая блузка прилипла к коже спины, ставшей липкой от пота. — Мы разведемся, Люда, — с досадой посмотрел на ее...
Я сижу на досках у сада. День настояще летний. Я сижу высоко, ветки берез вьются у моего лица. Листочки до того сочные, что белая моя курточка обзеленилась, а на руках — как краска. Пахнет зеленой рощей. Я умываюсь листочками, тру лицо, и через свежую зелень их вижу я новый двор, новое лето вижу. Сад уже затенился, яблони — белые от цвета, в сочной, густой траве крупно желтеет одуванчик. Я иду по доскам к сирени. Ее клонит от тяжести кистями. Я беру их в охапку, окунаюсь в душистую прохладу и чувствую капельки росы. Завтра все обломают, на образа. Троицын день завтра.
В замечательной книге Ивана Шмелева «Лето Господне» перед читателем предстает увиденный глазами ребенка старый московский быт, раскрывается мир русского человека, жизнь которого проникнута православным духом и согрета христианской верой.
Для старшего школьного возраста.
Принцы всех мастей! Ау! Мне срочно нужен хотя бы один, пусть даже самый завалящий темноэльфийский! Или светлоэльфийский! Или хоть какой-нибудь! Спонсоры, ку-ку, я здесь!
Кто бы мог предположить, что поздние посиделки в закрытой библиотеке, схватка с книжным вором и простая деревянная швабра окажутся в сто раз результативнее ЕГЭ? И если последний не дал Кире Золотовой поступить в институт, то всё прочее в одночасье сделало ее студенткой самой необычной магической школы в Межреальности – Высшей Школы Библиотекарей. Именно там учат таких, как она, наделенных магией книгоходцев, способных перемещаться по реальностям и нереальностям с помощью обычных книг. Хотя...
Нельзя только забирать и стоять в отношениях на одном месте, нужно учиться дарить, открываться, доверять.
Богатый, властный, надменный… Алекс Гроссо. Хозяин жизни, владелец заводов, газет, пароходов, волей судьбы оказывается не только братом погибшего мужа моей умершей сестры-близняшки, но и моим первым мужчиной.
Этот запутанный клубок получается размотать слишком поздно. Я всей душой надеюсь больше никогда с ним не встречаться, но наша общая племянница, выжившая чудом, рушит все мои планы.
ОСТОРОЖНО!
Откровенные сцены секса!
Немного мата!
18+
Похоже, мой письменный доклад в Надзорный совет разошёлся неплохим тиражом по всему городу, и его читают как развлекательную литературу все, кому не лень. Вот прям хоть книгу издавай.
Кого только ни встретишь в проклятом лесу… А встретив, уже не забудешь, и от приключений не отвертишься.
О проклятии, приключениях, немножко драконах и, конечно, любви.
Странное дело: если бы близкие при жизни иного покойника хоть наполовину так заботились о нем, как тогда, когда им от этого уже нет никакой пользы, трупы наверняка охотно отказались бы от самых дорогих мавзолеев; но уж таков человек: по-настоящему он дорожит только тем, что у него отнято.
Герои романа известного немецкого писателя Э.М. Ремарка все еще живут бередящими душу воспоминаниями, которые потрясли солдат в окопах Западного фронта Первой мировой войны.
"Когда дело касается милосердия, разговоры о ложной скромности неуместны."
В 1811 году Лондон был потрясен убийствами на Рэтклифф-хайвей, где в течение недели подверглись зверской расправе две семьи. Почти пол века спустя в город возвращается Томас Де Квинси, ярко описавший эту трагедию в своем эссе «Убийство как одно из изящных искусств». Через несколько дней после его прибытия еще одну семью постигает такая же ужасная смерть. Складывается впечатление, что кто-то вдохновился книгой и пользуется ею в качестве руководства к действию. Подозрение падает на самого Де...
«К войне возвращаюсь, и к детству,
И к детству опять, и к войне,
Навечно такое соседство
Как будто назначено мне.
И каждую боль, и несчастье
С войною сверяю теперь,
А с детством – и радость, и счастье,
И невосполнимость потерь…»
Наталья Абрамова
«Дневник детской памяти» – сборник писем и воспоминаний наших современников, которые в годы Великой Отечественной войны были детьми. Среди тех, кто поделился своими переживаниями и горестями военных лет, – Евгений Леонов, Эдита Пьеха, Валерий Золотухин, Валентина Леонтьева и многие другие.
admin
добавил цитату
из книги
«Парк юрского периода»
6 лет назад
Практически любой вид могущества требует значительных жертв от того, кто этого могущества жаждет.
«Третий ангел вострубил, и с неба упала большая звезда, горящая подобно светильнику, и пала на третью часть рек и на источники вод. Имя сей звезде полынь; и третья часть вод сделалась полынью, и многие из людей умерли от вод, потому что они стали горьки…» Красивые слова. В жизни все оказалось гораздо прозаичнее и грубее.
Они рассчитывали обойтись точечными ударами. Безнаказанно стереть в порошок страну, которая по недоразумению ещё владела ядерным мечом. В глобальном кризисе природные ресурсы жертвы пригодились бы «золотому миллиарду». Когда на руках козыри в виде 20 000 крылатых ракет и аэрокосмического оружия, всё выглядит несложным. Они просчитались. Залпа одного подводного ракетоносца списанной в расход державы хватило, чтобы отплатить агрессору сполна. Это было только начало. Никто не предполагал, что...
Думай, прежде чем сделать, всегда попытайся представить последствия своего поступка. Не надейся на чужую помощь. Слушайся только своего разума и никогда не поддавайся на призывы толпы, ибо это всего лишь слова, а когда дойдет до дела, то каждый вспомнит лишь о собственной выгоде.
Земля Радости больна бесконечной войной, ведь никто и не предполагал, что противостояние между Империей и Северным Княжеством затянется на долгих двадцать лет. Лжебог-Предвечный разоблачен, но не побежден. Проклятье снято, а ненависть осталась. Не забылись прежние обиды, но уже накопились новые. И неясно, кто выстрелит тебе в спину – вчерашний враг или нынешний союзник.
admin
добавил цитату
из книги
«Белая обезьяна»
6 лет назад
— Ну конечно. Я опять перечитывал Фрезера. Удивительно, как далеки от нас всякие суеверия теперь, когда мы поняли высшую истину: что цивилизация не завоюет мира.
Майкл перестал раскуривать сигару.
— Вы действительно так думаете, сэр?
— А как же еще думать? Кто может сомневаться в том, что сейчас, при таком развитии техники, настойчивость человечества приведет его к самоуничтожению? Это неизбежный вывод из всех последних событий. «Per ardua ad astra» [24] — «Под градом ударов увидим звезды».
— Но ведь так всегда было, сэр, и все же мы живем.
— Да, говорят — живем, но я в этом сомневаюсь. Я считаю, что мы живем только прошлым. Я не думаю, нет, не думаю, что о нас можно сказать, будто мы надеемся на будущее. Мы говорим о лучшем будущем, но, по-моему, мы едва ли надеемся на него. Как будто можно возражать против такого положения, но подсознательно мы делаем этот вывод. По той путанице, что мы натворили в течение последних десяти лет, мы ясно чувствуем, насколько большую путаницу мы можем натворить в течение ближайших тридцати лет. Человек может спорить о том, есть ли у осла четвертая нога, но после этого спора осел все-таки будет стоять на четырех ногах.
Майкл вдруг выпрямился и сказал:
— Вы просто беспощадный и злой старый Барт!
Сэр Лоренс улыбнулся.
— Я бы рад признать, что люди действительно верят в человечество и всякую такую штуку, но ты сам знаешь, что это не так, — люди верят только в новизну и в то, чего им хочется добиться. За редкими исключениями все человечество — еще обезьяны, особенно ученая его часть. А если ты дашь в лапы обезьянам порох и горящую спичку, они сами себя взорвут, чтобы посмотреть, что из этого выйдет. Обезьяны в безопасности, только когда они лишены всякой возможности подвергать себя опасности.
— Весело, нечего сказать, — проговорил Майкл.
— Не веселее, чем все остальное, мой милый.
Легче черепахе под панцирем вызвать симпатию существа другого пола,чем женщине,закованной в злобу.
Лара всегда мечтала жить на Сретенке и, когда ей предложили купить комнату, согласилась без раздумий. Но в день новоселья в этой большой и недружной коммунальной квартире прямо на ее глазах произошло убийство… Нина давно потеряла дочь, однако неожиданно обрела ее в соседке Лиде. Женщины стали почти родными, когда Лида вдруг бесследно исчезла. И это была далеко не единственная странная история, случившаяся в их квартире… Когда внука погибшей женщины застрелили, частный детектив Сергей Кольцов...
Не может быть родным тот, кто прикрываясь красивыми фразами, бьет в спину.
Лилиан Иртон в кои-то веки повезло. После похищения, она смогла спастись, спрятаться и спокойно родить ребёнка. Приобрела новых друзей и знакомых. Но ей нужно домой, в Иртон. Хорошо, что есть вирмане, которых отправил на поиски его величество. Они и до дома доставят, и в паре авантюр поучаствуют, и себя не забудут. А дома продолжается кошмар. Так же лютует неизвестный маньяк, и нет на него управы. Или есть? Маньяк это или жертва чужого коварства и глупости? Решать вопрос придётся графу Иртон. И...
admin
добавил цитату
из книги
«В полушаге от любви»
7 лет назад
– Но вы все-таки постарайтесь не умереть. Я – единственный человек, умеющий общаться с призраками в этом дворце. Так что в случае чего вы все равно придете именно ко мне.
Я снова шагнула к двери, но Эстли меня опередил.
– Не беспокойтесь, – безмятежно заверил он, проходя мимо. И, наклонившись к самому моему уху, пояснил: – Меня не убьют. Впрочем, – добавил он, оказавшись у выхода, – это не дает гарантии того, что я не стану преследовать вас по ночам.
Чем меньше строк в сенсационной новости, тем сильнее ее воздействие.
Убийца признался. Все улики налицо. Но расследование только начинается… Скандал?.. Позор?.. Катастрофа?.. Нет, все еще хуже. Инспектор японской полиции совершил убийство — задушил свою жену, причем по ее собственной просьбе. При этом сам не покончил жизнь самоубийством, чтобы спасти свою честь, а совершил явку с повинной. В Стране Восходящего солнца такое невозможно представить. Поэтому и полиция, и прокуратура, и суд стремятся как можно скорее закрыть это токсичное дело и хоть как-то сохранить...
Дед, как вскоре выяснилось, тоже банально заскучал. В отличие от меня, он собирается написать мемуары и уже не единожды приступал к работе, но всякий раз ему что-то мешало. Сперва обширная практика, затем, после гибели моих родителей, необходимость воспитывать малолетнюю внучку (меня то бишь) и обучать ее всевозможным премудростям, которые необходимо знать хорошему судебному магу, а теперь, я полагаю, исключительно отсутствие литературного дарования. Увы, опусы моего деда более всего напоминали отчеты о вскрытии мертвого тела: тот же сухой наукообразный язык, внимание к мельчайшим деталям и полное отсутствие какой бы то ни было интриги. Читать это смогли бы разве что подлинные энтузиасты сыскного дела, и дед не мог этого не понимать, потому регулярно и бросал свои писательские экзерсисы, впадая в мизантропическое настроение.
Добро пожаловать в Арастен! У вас проблемы? Бесследно пропали семейные ценности? Вам кажется, что в доме завелось привидение? Обратитесь к судебному магу – он сумеет разобраться даже в самом запутанном деле… Судебная магия – штука тонкая и опасная. Она требует не только досконального знания магических практик, но и личного мужества. Адепту судебной магии Флоссии Нарен ни того ни другого не занимать. Службу свою она знает. Перед трудностями очередного расследования – не пасует. Угроз и...
Тот, кто хочет, чтобы у него была более счастливая и наполненная жизнь, должен изменить самого себя. Деньги сами по себе этого не обеспечат. Они никого не делают счастливым или несчастным. Они не хороши и не плохи. Только когда деньги принадлежат кому-либо, они оказывают на владельца хорошее или плохое влияние. И он использует их в хороших или не очень хороших целях. Счастливый человек с деньгами станет еще счастливее. Пессимист, который из всего делает проблему, с деньгами получит еще больше проблем.
"Детская книга для взрослых?" - удивленно спросите вы. А почему бы и нет, если за дело берется такой финансовый гений, как Бодо Шефер? На примере детской истории он указывает нам путь к богатству. Даже вышедшие из детского возраста читатели очень быстро заметят, что советы и идеи Шефера вполне применимы и к миру взрослых, что человек любого возраста может реализовать их и научиться чему-то новому. Маленькая Кира и ее друзья учатся обращаться с деньгами, беречь их, преумножать и избавляться от...
Дело, видите ли, в том, что город, этот современный молох, требует ежедневных человеческих жертв. Каждый день, с непреложностью законов природы, в городе гибнет от уличного движения несколько человек, не считая несчастных случаев на заводах, фабриках, постройках. Ну и вот эти обречённые, жизнерадостные, полные сил и здоровья люди сегодня спокойно уснут, не зная, что их ожидает завтра. Завтра утром они встанут и, весело напевая, будут одеваться, чтобы идти, как они будут думать, на работу, а на самом деле — навстречу своей неизбежной смерти. В то же время в другом конце города, так же беззаботно напевая, будет одеваться их невольный палач: шофёр или вагоновожатый. Потом жертва выйдет из своей квартиры, палач выедет из противоположного конца города из своего гаража или трамвайного парка. Преодолевая поток уличного движения, они упорно будут приближаться друг к другу, не зная друг друга, до самой роковой точки пересечения их путей. Потом на одно короткое мгновение кто-то из них зазевается — и готово. На статистических счетах, отмечающих число жертв уличного движения, прибавится одна косточка. Тысячи случайностей должны привести их к этой фатальной точке пересечения. И тем не менее всё это неуклонно совершится с точностью часового механизма, сдвигающего на мгновение в одну плоскость две часовые стрелки, идущие с различной скоростью.
Ставя свои дерзкие эксперименты, профессор Доуэль и не предполагал, что однажды в роли подопытного животного окажется он сам, а его бывший ученик получит в полную собственность голову своего учителя, чтобы безнаказанно распоряжаться его гениальными мыслями.
– Кто здесь?!
И моментальный настороженный ответ.
Упс. Как говорит дочь, «мама ты…». Дальше она не говорит, она выразительно смотрит.
– Хм… Никого. Вам показалось. – Почему-то ежам очень захотелось пошалить. А еще, чтобы «он» включил свет. Хоть капельку.
– Да ну? И сейчас мне тоже показалось? – В голосе прорезалось ехидство, и появилось ощущение, что говорящий стал ближе. Черт, ну почему ничего не видно! – Где ты? И кто ты?
– Хм… ну-у-у… – на всякий случай сделав шаг назад (чур меня!), неуверенно предположила, умудрившись при этом глупо хихикнуть. – Я – твоя любовь. Большая и чистая.
– Да? – О да, я его удивила. Очень. По крайней мере, замолчал он надолго. Ну почему я его не вижу?! – Так. Звать тебя как, любовь моя? И насколько ты большая?
А у него есть чувство юмора.
– Э-э-э… тебе в килограммах?
– Шутишь?
– Вроде как…
Как жить, если тебе уже слегка за тридцать, в наличии лапочка-дочка, а личная жизнь все не складывается? Может, стоит съездить в Египет и зайти в лавку провидицы, чтобы узнать, что и тебе положена большая и чистая любовь? Положена? Точно? Так дайте! О-о-о… дали? Хм, а точно чистая? То, что большая, это и невооруженным глазом видно… Отмыть самой, говорите? А стоит? То есть как это «сама решай»?! А вот и решу! И даже отмою. Только для начала его еще со своими ежами познакомлю: если не...
...если на тебя лает собака, не опускайся до её уровня. Просто сделай прививку от бешенства и иди дальше...
Алёна: Я стала врачом, чтобы за чужой болью спрятать свою. Новая больница — последний шанс остаться в профессии. Я готова ко всему. К кромешному аду приёмного покоя, к ночным дежурствам, к вечному недовольству заведующего. Но не готова к тому, что произойдёт, когда он узнает самую страшную тайну моей жизни... Демьян: В моём отделении всё подчинено трём вещам: порядку, дисциплине и моей воле. Я не терплю слабости. Не терплю слюнявых оправданий. И уж точно не собирался нянчиться с новым врачом,...