- Мелкий, а ты страшен в гневе. Чем тебе некромант досадил? Я понимаю, что у нас их многие не любят, но впервые видел, чтобы их прилюдно секли. Хотя мечтают об этом многие. Ты бы подумал о том, как будешь ему зачёт сдавать.
«Что?!» - услышав это, я глухо застонала.
«Разве люди в большинстве своем не хотят уйти куда подальше от навязанной им никудышной жизни? Но не уходят, и это делает их тем, что они есть…»
Я шмыгнула носом, представляя глубину женского разочарования после того, как они на утро слышали: “дорогая, я тебе пришлю почтового голубя!”. А если вдруг не долетел – пеняй на соседскую кошку. Это она разрушила наше хрупкое счастье.
Я думаю, месть людям, которые лишь косвенно или в силу обстоятельств со злодеями, служит только для того, чтобы мстящие чувствовали себя лучше. То же и со смертной казнью: ты хочешь ее применения к кому-то, потому что тогда ты чувствуешь себя лучше, а потому, что она предупреждает преступления или тому подобный нонсенс.
– Подожди, эта рыжая, как проснется, еще и есть затребует. А после обязательно будет что-нибудь ломать: комедию, психику, на крайний случай – руку.
— Некоторые исторические персонажи такие скучные.
— И не говорите, — согласился Тальк, готовый участвовать в любых кампаниях против фигур английской истории, столько лет уже терзавших все его существование. Головная боль начиналась уже от того, что приходилось всех помнить.
Запасливый лучше богатого.
Лично я всегда руководствовался теорией, что, живя в достатке и изобилии, надо быть настороже и ждать от будущего подвоха. Ведь никогда не угадаешь, Лу. Можно проснуться утром и обнаружить, что приняли закон против достатка. И он будет антиамериканским.
Из всех слов, вошедших за последнее время в моду, слово "резолюция" он ненавидел всего сильнее; может быть, потому, что стоило только заменить в нем одну маленькую буковку другой, и оно превращалось в ненавистнейшее ему слово "революция". Это последнее он искоренял всячески. В его лексиконе, домашнем и служебном, оно не встречалось; и если в докладе кого-нибудь из подчиненных ему попадалось обозначение "революционный агитатор", относящееся к активному социал-демократу, он зачеркивал это слово и красными чернилами надписывал "подозрительный субъект".
Прием от 12 до 4; я опоздал на целый час, время милосердия истекло!
Соблаговолите сказать, над чем вы смеетесь, и мы посмеемся вместе!
Все бабы нынче – мужики. И только тогда им на свете хорошо, покойно и уверенно, когда они мужики на сто процентов!
Знание убивает непосредственность.
– История – это просто список сюрпризов, – сказал я. – Она может научить нас только одному: готовиться к очередному сюрпризу.
При хорошей бабе - и нелюдь человек!
В тот вечер она тоже была на празднике, в алом платье с черными кружевами — остроумная карикатура на костюм фламенко. Из этого коктейля испуганно выглядывала ее голова.
Женщины рождены быть более сильными, чем мужчины. Что бы те ни думали на этот счет.
Соберись. Сосредоточься. Не пуская их внутрь. Никогда.
Любовь не вернулась ко мне. Ах, как далека любовь от зависти, от страха, от злости. Как мало нужна людям любовь. Любовь приходит тогда, когда все человеческие чувства уже вернулись. Любовь приходит последней, возвращается последней, да и возвращается ли она? Но не только равнодушие, зависть и страх были свидетелями моего возвращения к жизни. Жалость к животным вернулась раньше, чем жалость к людям.
Ведьмы не решают проблемы, они их создают!
И фантазия его, таким образом, есть не более чем смиренный цемент, скрепляющий отдельные кирпичи постройки.
Лично я недоверчиво отношусь ко всем красивым мужчинам. Сомнительные удовольствия будто сами находят их, и по миру они идут, словно лично ответственны за свою привлекательную внешность.
Я рассказываю об этом, потому что придумал - и хочу поделиться своим открытием, - как понять разницу между правдивой историей и ложной. Правдивое чаще всего неопределенно, хлипко-расплывчато, а ложное по большей части доподлинно известно
Люди терпят то, что терпят.
не жди, пока тебя ударят — бей первой; не прогибайся никогда и ни перед кем; лучше умереть стоя, чем жить, ползая на коленях; всегда защищай то, во что ты веришь…