Цитаты

Масако нажала кнопку лифта. Сейчас она пойдет и купит билет на самолет. Она хотела собственной свободы, а не свободы в понимании Сатакэ, Яои или Йоси и не сомневалась, что эта свобода где-то есть. Должна быть. Если за тобой закрылась одна дверь, не остается ничего другого, как найти и открыть другую.

АУТ

Нацуо Кирино

Впервые на русском — знаменитый психологический триллер, ставший международным бестселлером, современный японский вариант «Преступления и наказания». Преступление страсти объединяет четверых работниц ночной смены с фабрики быстрого питания. Противостоит им владелец ночного клуба, мафиозное прошлое которого скрывает еще более кровавый секрет, а неутолимая жажда мести грозит, вырвавшись из узды, перейти все границы…

Вот что я хочу сказать: это были безобидные человекообразные обезьяны, с ограниченными возможностями творить злые дела — а это, поверьте на слово мне, старику, и есть единственное, для чего создан род человеческий.

Балаган, или Конец одиночеству

Курт Воннегут

Брат и сестра Уилбер и Элиза Суэйн, герои романа «Балаган, или Конец одиночеству», в глазах родных и близких внешне безобразные и умственно неполноценные люди. Но они оригинально мыслят и чувствуют, когда делают это сообща. Вместе они гениальны. После насильственного разделения их удел – одиночество. Даже став президентом страны, будучи на Олимпе власти, Уилбер не смог преодолеть барьер одиночества.

Учиться на гуманитарном факультете было странно.
В том мире я по образованию был инженером, вот там все было четко и понятно. Здесь — тащишь тубус на черчение, тут у тебя дергается глазик от матана, а здесь — страдаешь над сопроматом. Отдельным видом прекрасного был целый курс лабораторных по физике, где нам разрешали трогать всамделишные аппараты и решать задачки по полученным кривым данным.
Но у юристов не было таких проблем, как ошибка в исходных данных или превращение «плюса» в «минус» при переносе со строчки на строчку. Зато они изучали… логику. Историю права. Просто историю. Философию. И прочие вещи, в моем понимании не имеющие к реальной жизни никакого отношения.

Людям промыли мозги, чтобы они верили, что семья — это лучшее в жизни.

Пятый ребенок

Дорис Лессинг

Гарриет и Дэвиду с самого начала удается осуществить прекрасную мечту всех молодоженов: у них есть большой и уютный дом, стабильный доход, четверо счастливых и прелестных ребятишек и куча любящих родственников. Каникулы в их доме — изобильные праздники жизни и семейного счастья. А потом у них появляется пятый ребенок, ничего сверхъестественного… Но вот человек ли он?

Жизнь - это ответственность за каждое принятое решение.

Место для неугодных

Екатерина Леснова

Всю жизнь я мечтала стать свободной, только не думала, что это будет вот так. Потерять все дворянские права, родовые земли и капиталы — это ерунда! Главное, что жизнь оставили! А жить можно и на краю королевства среди ссыльных и опальных.

Иногда нужно всё разрушить, спалить всё дотла, чтобы потом начать всё сначала.

Собака, что лает, не укусит, так же и народ

День гнева

Артуро Перес-Реверте

Роман «День гнева» посвящен краеугольному событию испанской истории — мадридскому восстанию 2 мая 1808 года против Наполеона, безжалостно подавленному французскими войсками и послужившему толчком к долгой Франко-испанской войне и возрождению испанского самосознания; восстанию, известному всему миру по картине Ф. Гойи «Расстрел повстанцев в ночь на 3 мая 1808 года». С непревзойденным мастерством Перес-Реверте разворачивает перед читателем панораму охваченного бунтом города, любовно выписывает...

В любом случае, я не нашел в нем прежнего такта и характерного для молодых людей стремления доставлять радость окружающим. Качеств, надо сказать, нелишних в этом мире.

Ноктюрны: пять историй о музыке и сумерках

Кадзуо Исигуро

От урожденного японца, выпускника литературного семинара Малькольма Брэдбери, лауреата Букеровской премии за «Остаток дня», — первый в его блистательном послужном списке сборник рассказов. Эти пять поразительных историй о волшебной силе музыки и сгущающихся сумерках объединены не только тематически и метафорически, но и общими персонажами, складываясь в изысканное масштабное полотно. Здесь неудачливый саксофонист ложится на пластическую операцию в расчете, что это сдвинет с мертвой точки его...

Любовь к космосу — это как любовь к женщине: она или зарождается с первого мгновения и владеет тобой до последнего вздоха, пока не погаснут звёзды в галактике, или не рождается вовсе.

Академия Космического Флота: Дежурные

Селина Катрин

Дилогия. Книга 1 Восемь браков матери научили меня одной простой вещи: на мужчин рассчитывать нельзя — только на себя. Именно поэтому я решила пойти на авантюру и поступить в Академию Космофлота. Говорят, у кадетов отличное жалование, а значит, я смогу высылать деньги семье. Поступить — полдела, надо как-то там и удержаться… Ох, если бы ещё один лейтенант не пытался выгнать меня всеми силами! Первый том дилогии.

— Когда происходит чудо, не подвергай его сомнению. Боже праведный, может, эти прелестные создания напевали свои неподражаемые мотивы уже долгие месяцы или даже годы, но не были услышаны. Сегодня кто-то впервые обратил на них внимание. И это был я! Как мне распорядиться этим подарком судьбы?

В мгновение ока

Рэй Брэдбери

Впервые на русском! Новый сборник Брэдбери после десятилетнего перерыва! Великий мастер, зачаровавший миллионы читателей во всем мире, доказывает, что Муза не изменила ему и на восьмом десятке лет, с блеском демонстрируя весь свой творческий диапазон — от теплой человечности, сентиментальности в лучшем смысле этого слова до густо замешанной на черном юморе трагикомедии.

Мозг - чувствительный инструмент и требует соответствующей заботы.

Призрак дома на холме

Ширли Джексон

«Дом, недремлющий, безумный, стоял на отшибе среди холмов, заключая в себе тьму… И то, что обитало внутри, обитало там в одиночестве…» Начало книги как нельзя более соответствует духу знаменитого сочинения Ширли Джексон, признанного многими, включая Стивена Кинга, важнейшим произведением литературы ужасов XX века. Старинный особняк на холме приносит его обитателям только горе. Владельцы отказываются в нем жить, пожилая чета, присматривающая за домом, не рискует оставаться здесь на ночь. За...

вот, собственно, и все. курильщики поднимают слишком много шума вокруг своей треклятой травы, а народ поднимает слишком много шума вокруг курения этой треклятой травы, и полиция при деле, курильщиков вяжут и требуют их распять, а спиртное разрешено законом, пока не выпьешь его слишком много и не попадаешься на улице, после чего тебя волокут в тюрьму, что ни дай роду людскому, все он исцарапает, искромсает и обосрет.

Истории обыкновенного безумия

Чарльз Буковски

Чарльз Буковски — культовый американский писатель XX века, чья европейская популярность всегда обгоняла американскую (в одной Германии прижизненный тираж его книг перевалил за два миллиона), автор более сорока книг, среди которых романы, стихи, эссеистика и рассказы. Несмотря на порою шокирующий натурализм, его тексты полны лиричности, даже своеобразной сентиментальности. Буковски по праву считается мастером короткой формы, и его классический сборник «Истории обыкновенного безумия» — яркое тому...

— Я спросил Валтасара, не увлечен ли он мною, — сообщил за ужином Джошуа.
— Только не это, — вымолвила Радость. Мы трапезничали у девчонок в покоях. Еда пахла восхитительно, а девчонки массировали нам плечи, пока мы ее вкушали. Как раз то, что нужно в конце трудного учебного дня. — Ты не должен был ему показывать, что мы за ним следим. И что он ответил?
— Что он только оправился от очень тяжелого разрыва и не готов к новым отношениям, ему нужно провести некоторое время одному, чтобы лучше понять себя, но ему очень хочется, чтобы мы были просто друзьями.
— Врет, — сказала Радость. — У него никаких разрывов не было уже лет сто.
Я сказал:
— Джош, ты такой легковерный. Парни всегда про такое врут. Вот, оказывается, почему тебе не разрешено познавать женщин. Ты не понимаешь самой основы мужской природы.
— И какова она?
— Мы — лживые свиньи. Мы что угодно наплетем, лишь бы своего добиться.
— Это правда, — подтвердила Радость. Остальные девчонки закивали.

Агнец

Кристофер Мур

У большинства людей есть друзья детства. Иисус Христос некогда тоже был человеком, и друг детства у него имелся — по прозванью Шмяк. Что очень кстати, ибо детство и юность Сына Божьего окутаны мраком. Точнее, были окутаны — до того момента, как силы небесные решили вернуть Шмяка на землю, дабы он написал правдивую историю первых тридцати трех лет жизни своего божественного друга. С младенчества Джошуа (более известный как Иисус) знал, что избран и что папа у него не из рядовых. Не знал юный...

Возможно, существует непроходимая граница между теми, кто познал войну, и остальным человечеством.

Это моя война, моя Франция, моя боль. Перекрестки истории

Морис Дрюон

Морис Дрюон — один из самых знаменитых французских писателей — никогда не запирался в башню из слоновой кости, не был писателем-отшельником. Всю свою долгую жизнь он был окружен столпами искусства, политики и просто неравнодушными людьми. Вместе с ними он искал пути в будущее. Он видел войну, разбивающую романтические мечты, и понял, что многие носят внутри себя чудовище, которому нельзя давать пищу. Он наблюдал за своим временем не только с восторгом, но и с тревогой. От Мориса Дрюона,...

Давным-давно она поняла - точнее, впитала из окружающей среды путем социального осмоса, - что женщина призвана разговорить мужчину, победить его скованность: тогда он развлечет тебя, расскажет, как устроен свет, впустит в свой внутренний мир и в итоге женится на тебе. К тридцати годам Марта осознала, что этот совет никуда не годится. В большинстве случаев последовать ему означало допустить, чтобы собеседник долго нудел тебе в ухо; а предполагать, будто мужчины могут кого-то впустить в свой внутренний мир, - вообще верх наивности. У многих внутреннего мира и в заводе нет - один внешний.

Англия, Англия

Джулиан Барнс

Джулиан Барнс – один из самых ярких и оригинальных прозаиков современной Британии, лауреат Букеровской премии 2011 года за роман «Предчувствие конца», автор таких международных бестселлеров, как «Артур и Джордж», «Попугай Флобера», «История мира в 10 1/2 главах», «Любовь и так далее», «Метроленд» и многие другие. Возможно, основной его талант – умение легко и естественно играть в своих произведениях стилями и направлениями. Тонкая стилизация и едкая ирония, утонченный лиризм и доходящий до...

«Мой отец говорил, что счастье и горе — это две собаки, которые гоняются друг за другом. Если видишь одну, то и другая недалеко. На самом деле он не верил в счастье. Как во что-то, за чем гоняешься всю жизнь.»

Кислород

Эндрю Миллер

Англия, конец 90-х. Два брата, Алек и Ларри, встречаются в доме матери, в котором не были много лет. Первый — литератор и переводчик, второй — спортсмен и киноактер. Тень былого омрачает их сложные отношения. Действие романа перемещается из страны в страну, из эпохи в эпоху, от человека к человеку. Один из тончайших стилистов нашего времени, Эндрю Миллер мастерски совмещает в своем романе пласты истории, просвечивая рентгеном прошлого темные стороны настоящего. Роман заслуженно вошел в...

Люди ставят искусство слишком высоко, а историю недооценивают.

Семейная жизнь весом в 158 фунтов

Джон Ирвинг

Действие романа разворачивается в университетской среде одного из восточных штатов. Автор переплетает судьбы двух супружеских пар самым причудливым образом, вскрывая на глазах читателей слой за слоем самые глубинные и темные тайники человеческой личности. Пытаясь вернуть остроту своим эротическим ощущениям, герои идут на смелый эксперимент. Но человеческие отношения не поддаются планированию как простая игра.

На мелководье стояла серая цапля, повернув ко мне склоненную набок голову, одна ее нога застыла в воздухе, словно рука пианиста, забывшего ноты исполняемой им музыки.

Писательская болезнь, моя внутренняя гидра.

Дублинеска

Энрике Вила-Матас

Энрике Вила-Матас – один из самых известных испанских писателей. Его проза настолько необычна и оригинальна, что любое сравнение – а сравнивали Вила-Матаса и с Джойсом, и с Беккетом, и с Набоковым – не даст полного представления о его творчестве. Автор переносит нас в Дублин, город, где происходило действие «Улисса», аллюзиями на который полна «Дублинеска». Это книга-игра, книга-мозаика, изящная и стилистически совершенная. Читать ее – истинное наслаждение для книжных гурманов.

Ведь никто любви не избежал и не избегнет, пока есть красота и глаза, чтобы ее видеть.

«Если выбирать худший миг этих дней, вот он: когда я под проливным дождем шел по лужайке перед домом с охапкой отцовых галстуков – закинуть их в фургончик «Миссии доброй воли». Галстуков было не меньше сотни, многие я помнил с детства: узоры, цвета, очертания, отпечатавшиеся в самом раннем моем сознании так же ясно, как само отцово лицо. Выбрасывать их, как просто мусор, мне было невыносимо, и вот в тот самый миг, когда я швырнул их в фургон, слезы подступили как никогда близко. Даже не гроб, опускаемый в землю, – воплощение похорон, казалось мне, а – выбрасывать вот эти галстуки. Я наконец понял, что мой отец умер.»

Измышление одиночества

Пол Остер

«Измышление одиночества» – дебют Пола Остера, автора «Книги иллюзий», «Мистера Вертиго», «Нью-йоркской трилогии», «Тимбукту», «Храма Луны». Одиночество – сквозная тема книги. Иногда оно – наказание, как в случае с библейским Ионой, оказавшимся в чреве кита. Иногда – дар, добровольное решение отгородиться от других, чтобы услышать себя. Одиночество позволяет создать собственный мир, сделать его невидимым и непостижимым для других. После смерти человека этот мир, который он тщательно...

Скорбь настоящего дня — или воспоминание о минувшем блаженстве, или мука смертная, рожденная восторгом, который мог быть.

Гость Дракулы и другие истории о вампирах

Проспер Мериме, Джозеф Шеридан Ле Фаню и др.

Они избегают дневного света и выходят из своих укрытий лишь с наступлением сумерек. Они осторожны, хитры и коварны; они не отражаются в зеркалах, могут как тень скользить мимо глаз смертного и легко менять свой облик — например, оборачиваться летучей мышью или каким-либо хищным животным. Они испытывают регулярную потребность в свежей крови, посредством которой продлевают свое необычное существование. Их можно узнать по гипертрофированным клыкам. Их можно остановить с помощью распятия или связки...

Мюррей Гелл-Манн: «Только представьте себе, насколько сложно было бы изучать физику, если бы элементарные частицы умели думать».

Предсказуемая иррациональность. Скрытые силы, определяющие наши решения

Дэн Ариели

Эта книга о том, что формирует мировую экономику: о мотивах, установках и импульсах, определяющих наше экономическое поведение. Люди привыкли представлять себя рациональными существами. Но профессор университета Дьюка Дэн Ариели пришел к выводу, что наши решения нередко предсказуемо иррациональны: мы действуем по одним и тем же неочевидным сценариям. Книга окажет существенную помощь в их понимании. Как мы оцениваем то, что имеем? Почему, имея дело с наличными, люди действуют честнее? Каким...

Совершенный человек всегда должен сохранять спокойствие духа.

До сих пор наблюдения показывали, что миллионы раз человек копал картошку; но не исключено, что один раз из миллиарда случится наоборот и картошка будет копать человека.

Звёздные дневники Ийона Тихого

Станислав Лем

«Настоящее издание сочинений Ийона Тихого, не будучи ни полным, ни критически выверенным, является все же шагом вперед по сравнению с предыдущими. Его удалось дополнить текстами двух не известных ранее путешествий — восьмого и двадцать восьмого… Вместе с тем в настоящий том не вошло путешествие двадцать шестое, которое в конце концов оказалось апокрифом… Постскриптум. В настоящее издание не вошли также путешествия двенадцатое и двадцать четвертое Ийона Тихого, поскольку во время перерыва...