Разумеется, я знал, что в те времена, когда женщины носили корсеты, для дамы было обычным делом шнуровать себя, однако я почему-то полагал, что в наши дни для них остается лишь диета
— Черт меня под руку толкнул, как говорил мой папа. Подурачиться захотелось, не удержался.
— У черта в дураках служить не годится. Особенно человеку, который почти у всех успел походить в дураках.
Счастье дается не каждому, а тебе свое придется выгрызать зубами»…
- Серж, послал бы ты эту девчонку. Она тебе мозг ест. - Она мне карандаши точит.
... как можно простить, не забывая?
С другой стороны, какой прок в прощении, если — не помнить?..
плохая литература - как плохая баба: с ней ничего нельзя поделать.
Почему люди цепляются за жизнь — она же досталась им непрошенно?
Время… дать нам достаточно времени — и все наши самые твердые решения покажутся шаткими, а убеждения — случайными.
– Чем больше знаю я людей, тем больше я люблю животных…
Может быть, в этом все дело. Не думать, где выход, а понять, что жизнь – это распутье, на котором ты стоишь прямо сейчас. Тогда и лабиринт исчезнет – ведь целиком он существует только у нас в уме, а в реальности есть только простой выбор – куда дальше.
Подозрительным и крайне настораживающим является то всё увеличивающееся влияние государства на сферу здравоохранения, оправдываемое чаще всего предлогами социальной заботы. К тому же вследствие всё большего освобождения врачей от требований соблюдения врачебной тайны, следует посоветовать всем во время консультаций сохранять осторожность. Никогда нельзя знать, в какую статистику вас вносят, причём это касается не только медицинских учреждений. Все эти лечебницы с их наёмными и малооплачиваемыми врачами, это лечение под наблюдением бюрократии, всё это внушает подозрения, и всё это внезапно, за одну ночь, может превратиться в нечто пугающее, причём не только в случае войны. То, что в этом случае все эти содержащиеся в образцовом порядке картотеки снова станут источником документов, на основании которых можно будет интернировать, кастрировать или ликвидировать – это, по меньшей мере, не является невероятным.
"... чем ревностнее охраняет фокусник свои секреты, тем тривиальнее оказывается их сущность".
... шутки людей, посвятивших себя медицине, пожалуй, самые грубые. Близость к страданию других порождает юмор скорее жестокий, нежели по-настоящему комический. Он возникает как защитная реакция на ужасы болезни, но постепенно становится у этих джентльменов чем-то обыденным.
".... столько пар разошлись после рождения ребенка. Что из этого следует?
Неужели мы стали так эгоистичны, что не можем вынести всего, что связано с этим?
Неужели мы полностью утратили представление о жертвенности?
Уничтожила ли нас тирания наслаждения?"
— S'pose heaven's not like a painting that's just hanging there forever, but more like... like the best song anyone ever wrote, but a song you only catch in snatches, while you're alive, from passing cars, or... upstairs windows when you're lost...
« – О, и кстати. – Мимоходом, как мусоровоз.
Чанкинг — это способ, позволяющий уменьшить количество запоминаемых объектов, увеличив размеры каждого из них. Он причина того, что номера кредитных карт делят на четыре фрагмента, а телефонные номера — это несколько частей плюс код города. И конечно, чанкинг имеет самое непосредственное отношение к тому, почему у экспертов такая хорошая память.
Ничто не вызывает у нас столь мучительных страданий, как резкая и внезапная перемена.
Ты — самый добрый подлец и ханжа из всех, кто продавал совесть ради гибели Англии
"Старших надо уважать", - любила твердить бабушка Виты, посылая в очередной раз провинившуюся внучку в огород или соседский коровник, на трудотерапию. Мол, через труд лучше всего усваивается в чём именно была не права, и как поступать не нужно. И как нужно - тем более.
Чем меньше женщину мы любим, Тем легче нравимся мы ей И тем ее вернее губим Средь обольстительных сетей.
Нет, думал он, когда делаешь все слишком долго и слишком поздно, нечего ждать, что около тебя кто-то останется. Люди ушли. Прием окончен...
И я сел на подоконник и принялся ничего не делать.
Исстари повелось, что женщины заведуют домом, очагом, постелью. А мы — кораблями. Вот на корабле — они и не пискнут! А тут — мы на их территории. Таковы обычаи у ардов. По нашему - викингов.
Хотел сделать ей сюрприз, а получил цветочным горшком по голове... Да, хрупкая она была, а рука тяжёлая.