Уверенный в себе человек не стремиться во что бы то ни стало заполучить внимание окружающих. Он не будет использовать свои ораторские способности в качестве способа потешить свое самолюбие.
Жизнь — это прежде всего наша возможная жизнь, то, чем мы способны стать, и как выбор возможного — наше решение, то, чем мы действительно становимся. Обстоятельства и решения — главные слагаемые жизни. Обстоятельства, то есть возможности, нам заданы и навязаны. Мы называем их миром. Жизнь не выбирает себе мира, жить — это очутиться в мире определенном и бесповоротном, здесь и сейчас. Наш мир — это предрешенная сторона жизни. Но предрешенная не механически. Мы не пущены в мир, как пуля из ружья, по неукоснительной траектории. Неизбежность, с которой сталкивает нас этот мир — а мир всегда этот, здесь и сейчас, — состоит в обратном. Вместо единственной траектории нам задается множество, и мы, соответственно, обречены… выбирать себя. Немыслимая предпосылка! Жить — значит вечно быть осужденным на свободу, вечно решать, чем ты станешь в этом мире. И решать без устали и без передышки. Даже отдаваясь безнадежно на волю случая, мы принимаем решение — не решать.
Папа уверен, что весь такой загадочный и таинственный, и что никто не в курсе, как он строчит по ночам свои шедевры, а потом печатает их за собственные деньги и рассовывает по книжным магазинам.
Но бабуля самолично ведет список его псевдонимов и отправляет обновления всей родне в ежемесячной смс-рассылке. А мама даже создала пару фан-сайтов, дабы потешить мужнино самолюбие. Остальные лишь регулярно скупают тиражи, поддерживая видимость читательского интереса и ограждая невинных людей от пагубного воздействия воображения моего отца.
Чехов - кремень-человек и жестокий талант по своей суровой объективности. Избалован, самолюбие огромное.
Воюют не числом, а умением...
(Суворов).
Любовь бывает разная.
Бывает как удар молнии...
А бывает медленная, терпеливая... когда вроде бы ничем тебя таким и не било, а жить без этого человека ты все равно не сможешь.
Без хозяина дом – сирота.
Бросать все умеют, любить сложнее. Любить надо уметь.
«Человек верит в то, во что хочет верить».
Как жаль, что наши чувства нельзя зафиксировать. Нет, как на видеомагнитофоне, красной кнопки записи, которая сохранит концерт на кассету и позволит смотреть снова и снова. И даже если в зале шла съёмка, и потом будет телевизионная трансляция, всё это уже не то.
Война – это игра, начатая еще с детства. Люди жестоки с пеленок. Разве вы не замечали, господин генерал, как возбуждаются, как блестят глаза у подростков при виде городского пожара? При виде любого бедствия. Слабенькие люди утверждаются насилием, когда чувствуют себя богами, когда разрушают… Это парадокс, это чудовищно, но это так.
Определение повеселило, и до самого позднего вечера мы развлекались тем, что упражнялись в красноречии, придумывая всевозможные названия для всего, что нас окружало. Так мы переименовали холодильник в хладный схрон, духовку в пламенный короб, стиральную машинку в чистилищный ларь, столовую в едальню, а полотенце в рукотер. Прошлись практически по всем вещам и комнатам первого этажа, хихикая и подначивая друг друга, как подростки, но когда речь зашла о втором, Олаф многозначительно прищурился и выдал:
— А не соблаговолит ли барышня пройти в опочивальню?
Что касается герцога Орлеанксого, то он был таким управителем, который, по словам мудрого историка Ювенала, сам нуждается в управителе.
Просить - значит унижаться... Добиться - это значит быть униженной.
Предрассудками удивительно удобно объяснять и оправдывать что угодно.
Мы не можем застраховаться от неудач, не можем знать , что будет завтра. Но если судьба дает шанс, неразумно его упускать.
Виверна? Под водой? Чудны дела ваши и помыслы, а также смеси, которые вы курите, господа сценаристы игры.
Любовь и совесть правят миром людей. Мы не всегда это замечаем, как не чувствуем воздуха, которым дышим, но испытываем удушье, когда его не хватает.
Везде свои сказки есть, только кто их сейчас слушает? Это ж не аниме или модная манга, это свое, родное, вот и морщит молодежь спесивые носы, фыркает на стариков. И теряется самое ценное - память поколений
Всему должно быть рациональное объяснение. А если объяснения нет, значит, ничего и не было. Показалось...
Обычно предают именно те, кому подобает быть верными. Семья. Друзья. И тогда начинаешь думать - что-то не так с тобой или с ними? То ли ты переоценил свою значимость, то ли они недооценили. А может статься, ты просто дурак, который дорожил не теми, кем следовало.
В природе все взаимосвязано, и бездумное вмешательство в ее законы не проходит бесследно.
Как же все хорошо когда-то было на Земле: и укроп, и платье, и вода проблемой не была.
Как говорили древние римляне: Industriae nil impossibile – для прилежного нет невозможного.
- Сьюзен, тащи ведра с водой от колодца! А ты, госпожа Едина, подноси смазку.
- А ты что будешь делать? - спросила Сьюзен, схватив два ведра.
- Очень сильно переживать! И это, поверь, совсем не простое занятие!