Будь у Иисуса горб, им вряд ли удалось бы пригвоздить его у кресту
Я показалась тебе красивой от того, что вся дышала счастьем.
На корабле, полном дьявольского разврата, надежда казалась самым смертоносным грехом.
– Любовь? – говорю я ей. – Что такое любовь?
– Вы не знаете, что это такое? Когда-нибудь узнаете. Когда-нибудь и вас скрутит.
Говорят, в жизни случается только одна истинная любовь. Вам повезло, что он вообще у вас был.
...ни полицейский, ни закоренелый мерзавец, ни извращенец, ни убийца не обладают правом на приставку "экс".
Да в подвале нашего дома Армен недавно магазин ГУЧЧИ открыл.
И изменив свою жизнь в лучшую или худшую сторону, человек просто не может не повлиять на жизни окружающих. Разрушая свою жизнь мы не в праве говорить, что это никого не касается, ведь в той или иной степени мы всегда влияем на людей, связанных с нами таинственными нитями. Каждый человек просто обязан взять на себя ответственность за свою судьбу. Только так люди смогут изменить мир в лучшую сторону, объеденив усилия и начав отвечать хотя бы за самих себя. Ведь только счастливый, любящий себя человек способен любить и уважать других людей, признавать их право на уникальность, принимая их такими, какие они есть.
Сегодня нейронные сети, действующие на основе графических процессоров[34], повсеместно используются компаниями, занятыми в области облачных технологий, например компания Facebook использует их для определения ваших друзей на фотографиях, а Netflix – для адекватных рекомендаций пользователям, которых больше 50 миллионов.
Мы пришли сюда не спасаться, а воевать! Спасаются только в монастырях!
...мы должны ценить цветок независимо от его корней.
Как же появляется культурная память? Как из индивидуальных воспоминаний, деяний, достижений возникает тот целостный комплекс, который не конструируется заново каждым поколением или каждой эпохой, в сохраняется на протяжении многих веков? Чтобы ответить на этот вопрос, следует вновь обратиться к индивидуальным воспоминаниям и их меняющемуся социальному горизонту
Если ты просыпаешься преисполненный сожалений, значит, что-то в жизни делаешь не так. Единственным утешением может быть лишь понимание, где именно облажался.
Берегись! – возразила она. – Когда мне говорят, не делай этого, я тут же все делаю наоборот.
"Ну что ж, хорошо начинается неделька!" - сказал один чудак, которого должны были повесить в понедельник.
— И поэтому вы желаете пойти замуж за меня? – уточнил Алекс. — Да, – с готовностью кивнула Лиза. – По крайней мере, вы мне не отвратительны. — Приятно слышать, – хмыкнул Алекс. Ситуация начала его забавлять.
В полдень амазонки делали вот что: они расходились поодиночке или по двое, чтобы в стороне отправлять естественные потребности. Скифы, приметив это, начали поступать так же. И когда кто-нибудь из юношей заставал амазонку одну, женщина не прогоняла юношу, но позволяла вступить с ней в сношение. Разговаривать между собой, конечно, они не могли, так как не понимали друг друга. Движением руки амазонка указывала юноше, что он может на следующий день прийти на то же место и привести товарища, знаком объясняя, что их будет также двое и она явится с подругой. Юноша возвратился и рассказал об этом остальным. На следующий день этот юноша явился на то же место вместе с товарищем и застал там уже ожидающих его двух амазонок. Когда прочие юноши узнали об этом, они укротили и остальных амазонок.
«В этом мире люди были далеко не единственными и уж точно далеко не самыми могущественными существами. Оказавшись в клетке смертного тела, Хизаши познал эту истину в полной мере. Злые духи, мелкие демоны-акумы, ëкаи, ками и боги - среди них лишь люди страшились смерти, и это же делало их опаснее самых жестоких демонов и самых кровожадных ëкаев. »
Как только я увидел ваши несимпатичные физиономии, я сразу заподозрил, что вы попали не туда.
Etwas Neues kann man nur finden. wenn nab das Alte kennt.
Закон Мерфи - житейский постулат, который формулируется следующим образом: если есть вероятность того, что какая-нибудь неприятность может случиться, то она обязательно произойдет; аналогичен нашему "правилу бутерброда".
Если боль ненадолго заглушить, она станет еще невыносимей, когда ты почувствуешь ее вновь.
— Эй, а куда это вы? – почти обиженно окликнула сильфида. – Вы что, уже раздумали нас пожирать?
— Вот именно – раздумали, – обернувшись, бросило последнее чудовище. – Вас есть себе дороже! Как бы бешенством не заразиться.
В этом ничего не будет удивительного: отчего бы и не поговорить Льву, когда столько ослов разговаривают?
Вино за ланчем — прекрасная вещь.