Цитаты

Остался последний боевой прием, применимый в настолько неравной схватке: бежать и визжать.

Скандал на драконьем факультете

Тальяна Орлова

Мне очень нужно поступить в академию, ведь я одна из драконов! И пусть все утверждают, что это не так. Однако принимают туда только элиту, а я, крестьянская дочка, даже грамоте не обучена. Встреча с благородной дамой решила мою проблему: ей как раз в академии учиться незачем, ее туда богатые родители пристраивают, чтобы дочка удачно замуж вышла – разумеется, за молодого дракона. Так почему бы нам не помочь друг другу? И ничего, что факультет другой – важно оказаться как можно ближе к мечте!

Я плохо разбираюсь в психологии оборотней, но они способны отыскать оскорбление даже в манной каше.

Скандал на драконьем факультете

Тальяна Орлова

Мне очень нужно поступить в академию, ведь я одна из драконов! И пусть все утверждают, что это не так. Однако принимают туда только элиту, а я, крестьянская дочка, даже грамоте не обучена. Встреча с благородной дамой решила мою проблему: ей как раз в академии учиться незачем, ее туда богатые родители пристраивают, чтобы дочка удачно замуж вышла – разумеется, за молодого дракона. Так почему бы нам не помочь друг другу? И ничего, что факультет другой – важно оказаться как можно ближе к мечте!

МОГУЩЕСТВО ЦИФР: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10. Только своей формой цифры уже рассказывают нам об эволюции жизни. Изгибы означают любовь. Прямые линии говорят о привязанности. Пересечения напоминают об испытаниях. Рассмотрим их. 0: пустота. Первоначальное замкнутое яйцо. 1: стадия минералов. Одна линия. Неподвижность. Начало.…

Революция муравьев

Бернар Вербер

Жюли Пинсон, девятнадцатилетняя лицеистка, которая уже третий год не может сдать выпускной экзамен, находит в лесу в пещере третий том «Энциклопедии относительного и абсолютного знания» Эдмонда Уэллса. Из него она узнает о том, как сложен и необычен мир муравьев, как многому можно у них научиться. Тем временем особь номер 103 из Бел-о-Кана, муравьиного города, пытается понять людей. Что же произойдет, когда две цивилизации наконец услышат друг друга?

Мы больны оба.
Только я – его единственная, жизненно важная доза вакцины, а он - мое лекарство, и этого уже не изменить…

Сердце Зверя

Евдокия Гуляева

Он – Зверь – стал моей бесконечной зависимостью, дикой страстью, сумасшедшей одержимостью и… моим проклятием. Я – стала его сердцем. Слабым местом в, казалось бы, непробиваемой броне этого циничного и жестокого человека, стала его даром и наказанием. Приняв его жизнь, я окончательно и бесповоротно изменила свою, полностью растворившись в нем. Правильный ли выбор я сделала? Я узнаю об этом очень скоро, сейчас еще не предполагая, как жестоко обойдется со мной судьба…  Вторая книга дилогии.

Ну что толку реветь в подушку и разводить сырость? Кому от этого легче? А вот уборка сразу убивает несколько зайцев. Во-первых, руки заняты - это чтобы глупостей не натворить в виде звонков и смс-ок коварному подлецу и обидчику. Во-вторых, злость и ярость выходят миролюбивым путём, не причиняя увечий. В-третьих, чистая комната действует успокаивающе.

Совсем не Золушка

Татьяна Бегоулова

Когда ты засыпаешь Люсей Берёзкиной, а просыпаешься Золушкой, главное- не разочароваться! Принцы они тоже разные бывают. А горячо любимая фея- крёстная может, совсем неожиданно, оказаться в сумасшедшем доме. И такая неразбериха в этой сказке, что так и хочется унести подальше ноги!

Наше молчание - это цена, которую от нас требуют платить за наше спокойствие.

Санктуарий

Вик Джеймс

Санктуарий – идеальный город, чтобы хранить тайны. Молодой Дэниел Уитмен умирает на вечеринке по случаю окончания учебы. Его смерть кажется трагической случайностью, но все знают, что его бывшая девушка Харпер Фенн – дочь ведьмы, и она была там, когда он умер. Была ли смерть Дэниела несчастным случаем, местью – или чем-то более зловещим? Люди обвиняют друг друга, город охватывает паранойя, и начинается… охота на ведьм. Книга содержит нецензурную брань

Мама все еще немного дулась. – А я вот в школу никогда не опаздывала! – заявила она. – А дедушка почему-то говорил, что ты приходила только к третьему уроку… – мелочно вспомнила Ева. Каждый подросток начинает жизнь с того, что собирает компромат на родителей, для чего заводит в голове особую папочку. В эту папочку…

Последний стожар

Дмитрий Емец

Магический мир отделяет от обычного стена настолько тонкая, что порой она становится проницаемой. Есть Москва и есть Магсква – и миры эти совсем рядом! С Евой Дедятой никогда не происходило ничего необычного: живёт с мамой, учится в школе. Но однажды при стечении очень странных обстоятельств Ева попадает в другой мир… С джиннами – водителями такси, с гномами, работающими в автомастерской, с русалками, драконами и другими мифическими и сказочными существами. Оказывается, Ева обладает...

У меня такое чувство, что мой мозг - мой злейший враг.

Тебе не спрятаться

Дэн Поблоки

Как только Дэш, Дилан, Маркус, Поппи и Азуми разгадали тайну детей в масках, Дилан исчез. Теперь он такой же пленник Дома Теней, как и другие призраки. Ребята не знают, как его освободить, и не понимают, как найти выход из особняка. Но кажется, не все духи этого страшного дома желают им зла. Некоторые молят их о помощи и оставляют подсказки. Возможно, следуя этим знакам, ребята смогут выбраться из Ларкспура? В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Иногда ,когда мы узнаем правду, хочется по-прежнему жить во лжи. Надежда может жить в незнании.

Новая ловушка

Дэн Поблоки

Когда Лу подарили кукольный домик, ей начали сниться кошмары. По ночам девочка слышала жуткий скрип дверей, приближающиеся шаги и пронзительные крики. Каждую ночь кто-то звал её из темноты… Она была так напугана, что бросила играть со своими куклами. Обеспокоенные родители Лу пытались избавиться от злополучного домика, но он всё время возвращался. И однажды, когда она проснулась, то обнаружила, что заперта… в своём кукольном домике! В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

— Ксёныч… Какая же ты все-таки девочка у меня. Надо было тебе шов рюшами оформить.

Все мы хотим любви. Хотим, чтобы нас любили, носили на руках, исполняли желания. Но кто мы? Эгоисты. Каждый думает только о себе. Даже любовь наша эгоистична. Мы делаем кого-то счастливым, потому что это делает счастливыми нас самих. Когда нас покидают, мы в первую очередь жалеем себя — бедных, несчастных, одиноких. А тот, кто готов жертвовать, кто готов поступаться своими интересами, кто умеет по-настоящему скорбеть… из-за своих чувств он становится уязвим, и окружающие эгоисты спешат этим воспользоваться. Мир не будет идеальным, пока в нём не будут жить идеальные люди; но если среди них найдётся хоть один эгоист, он обратит блаженство в кошмар. Наш мир, мир, в котором мы живём…

Кукольная королева

Евгения Сафонова

Таше было всего шестнадцать, когда загадочный незнакомец разрушил всю её жизнь. Жестокий некромант решил развеять скуку, затеяв игру живыми людьми. По его прихоти Таша теряет семью и вынуждена кидаться в погоню за теми, кто похитил её маленькую сестру. Однако сложно победить в игре, правила которой тебе неизвестны. Особенно если ты оборотень, и в случае разоблачения тебя ждёт костёр. Особенно если ты дочь свергнутой принцессы, вынужденная скрываться от узурпатора, завладевшего твоим престолом....

Давно заметил — люди как-то сразу резко чернеют. Хоть тихо плачут, хоть бьются в истерике, хоть молчат. Они чернеют неизменно и неминуемо. Четкий признак, по которому понимаешь — это здесь беда.

Глеб никогда не был бабником, кроме совсем уж ранней юности, когда хочется трахать все, что имеет признаки противоположного пола.

С Верой они были на равных когда-то. Одни и те же цели, одни и те же желания, общая постель, общие планы. С Ксенией — разница в двадцать четыре ступеньки делала свое дело.

«Сейчас» — штука неопределенная и одновременно не имеющая срока давности, потому что может длиться годами. Мучительное осознание — сам он едва ли далеко ушел от «сейчас» того периода, когда медленно сходил с ума. Падать больно, если мнишь себя сидящим где-то очень высоко.

Познание друг друга — физическое познание — увлекательнейший процесс. 

Когда к человеку относятся по-человечески, он расслабляется.

Провести весь вечер в компании стероидного принца без лишних извилин — совершенно левая перспектива. Нет, он был хороший, добрый. Но недалекий. Из тех, кто прочитал лишь две книги — синюю и вторую, как в анекдоте. Зато все знал о тренажерных залах столицы и ведущих мировых футбольных командах. Он даже отпуска подгадывал под какие-нибудь чемпионаты.

Нет, он отдавал себе отчет, что вся эта бодяга в его голове — не иное, чем плод бессонницы и раздражения. Но вместе с тем, стоило только решиться — отпустило. Превратить жизнь из артхаусной драмы в легкий водевиль. Про фельдшера и стюардессу. Даже несмотря на то, что ноябрь — месяц, совсем не располагающий к водевилям. Но органично захлебнуться жалостью к себе он тоже теперь уже не мог.

только животные способны принять своё страдание

Африканец

Жан-Мари Гюстав Леклезио

«Африканец» – это больше чем воспоминания о тех годах, которые Жан-Мари Гюстав Леклезио провел в Африке, где его отец работал врачом. Это рассказ об истоках его мыслей, стремлений, чувств. Именно здесь, в Африке, будущий нобелевский лауреат почувствовал и в полной мере осознал, что такое свобода – бескрайняя, безграничная. Свобода, которую можно ощутить только на этом континенте, где царствует дикая природа, а люди не знают условностей.

Утро — это катастрофа. Утро — это ежедневная катастрофа, которая не имеет просвета, и солнечные лучи из-за занавесок не в счет, поскольку они лишь усугубляют мучения. Час расплаты за все деяния: за разврат, возлияния и просто ночные бдения. Утро — не время обновления и не повод начать сначала жизнь. Утро — это время пожинать плоды прожитого и пережитого. Пятый всадник Апокалипсиса и ничуть не меньше. Хуже, чем мор. Страшнее чумы.

А мимо цели он, к сожалению, пролетел как… Дракон над пустошью.

Почему иномирянки оказались так привлекательны для них, они ведь уступают по красоте их местным женщинам. А все просто, женщины другого мира сильны духом, несгибаемы и упорны. И бесстрашны как настоящие воины. Они берут за глотку и побеждают. Их женщины — слабые существа, нуждающиеся в защите, а эти…
Они же как стихия! Как стихийное бедствие!

Гайдиар, на которого сейчас обратились все взгляды, стоял, широко расставив ноги и расправив плечи. И невозмутимо посматривал по сторонам, всем своим видом давая понять — кто засмеется, тот покойник.

Потому что у бездны свои взгляды на мировой баланс. И юмор. Все, кто, так или иначе сталкивался с этой вечно голодной глубинной сутью всего и вся, могли признать, что юмор у нее есть. Большой и черный.