— Не извиняйся с такой легкостью. Пускай пыль в глаза, даже если не уверен. Кто бы ни был перед тобой, не раскрывайся противнику.
Ты женщину во мне унизить хочешь. Мы к битвам за любовь не рождены: Не мы просить, а нас просить должны.
Она будет по ним скучать. Внезапно нахлынуло чувство утраты. Сестры брали без спросу ее платья, портили помаду, царапали пластинки, но Лорел не представляла, как проживет без шума и гвалта, вечных ссор и бурных примирений. Они напоминали щенят из одного помета. Приводили в смятение чужаков и гордились этим.
Почти каждый человек ежедневно делает что-то такое, что ему совершенно не нравится. Нужно просто найти приятную сторону в таком занятии, а занимаясь им, не думать о том, с какой бы радостью вы занялись чем-то другом.
Не было ниндзя! Как такое возможно? Вырастить пятерых дочерей без единого ниндзя!
Однако в её глазах есть что-то...черти какие-то там водятся, причем в немаленьком количестве.
– Неужели так трудно понять, что человеку иногда нужно побыть одному?
Чудес не бывает. Есть причина и следствие, мечта и реальность, жизнь и смерть — а эта твоя надежда нелепа. Ну а романтичность — вообще курам на смех.
Ха очень много видит внутри головы!
- Знаете, что самое лучшее в разбитых сердцах?...То, что разбить сердце можно только один раз. потом на нем остаются лишь царапины.
Хотя, если бы дошло до такого разговора, я сказал бы Элен, что затем-то полицейские и нужны: чтобы законопослушные люди могли спокойно ходить в картинные галереи и разглядывать, что там висит. И всем остальным заниматься. Втыкать себе в носы булавки. На что иначе цивилизация?
- Хьюстон, у нас проблемы! - громко сообщила я своему отражению и тяжело вздохнула.
ну вот как так вышло, что вместо среднестатистического, а лучше - вообще страшненького старого коротышки в качестве жениха мне подсунули невероятно красивую и сексуальную особь мужского пола? Где это видано, чтобы и умный, и хитрый, и сильный, и красивый?
- Нет в жизни справедливости! - пришла я к выводу и ещё раз придирчиво оглядела себя в зеркале.
For better or worse, there are few things so disarming as one who laughs well at her own expense.
Наши истории — вот то, что мы таскаем за собою в наших странствиях через океаны и границы, через жизнь. Небольшой запас забавных случаев, всех этих «а потом случилось вот что», наших личных «жили-были когда-то». Мы — это наши истории, а когда мы уходим, то, если повезет, наши истории обеспечат нам жизнь вечную.
"Ничто так не убеждает в существовании души, как ощущение того, что в неё насрали"
Мы — то, что мы делаем, а не то, что думаем.
Знаете, в чем корень всех ваших бед? Люди думают только о себе. О своем брюхе, кошеле, положении. (...) вы озабочены лишь собственным благополучием, причем как первую очередь, так и во все последующие, в лучшем случае вы еще способны ратовать за своих детей, но не более того. Именно поэтому ваши самые знатные представители в действительности суть воры, беспринципные торгаши, двуличные подлецы и интриганы.
…Тут что-то в «эфирах» аэропортных блымкнуло, народ мгновенно замер, как африканские сурикаты, которые застывают столбиками, заподозрив близкую опасность, и замолчал в ожидании приговора, так что повисла абсолютная тишина. И в этой тишине по громкой связи объявили об отмене всех рейсов на неопределённый срок, о котором будет сообщено отдельно.
«Целуем, администрация», — уныло подумала, выслушав объявление, Настасья.
... Смерть - это не конец всему, просто начало чего-то нового.
Движение в одном и том же направлении по кругу с ограниченным выбором возможностей приводит к возникновению устойчивой галлюцинации, широко известной под названием "жизнь", со всеми сопутствующими ей ограничениями, бедствиями, несчастьями, превратностями и странностями.
Во время войн победителей не бывает. Страдают все.
Необязательно соответствовать принятым стандартам красоты, чтобы ощущать себя привлекательной. Важнее быть полноценной, самодостаточной, сохранять внутреннюю гармонию.
Прошлое — это такая специальная штука, которая никогда не отпускает и не даёт забыть о себе, всплывая в самый неподходящий момент.
На что я гожусь, если фортуна повернулась ко мне спиной? Но вот я выиграл – и вроде бы все в порядке. Можно задрать хвост трубой и снова чувствовать себя человеком, а не побитой собакой. Деньги – это тоже важно, но дело не в них, а в том, как я себя чувствовал.
И велите лекарю дать вам снотворного, иначе не уснете. Или мне на вас епитимью наложить? За преступное небрежение своим телом, которое принадлежит Церкви?