– Ты уж прости, Сема, мы девиц красть не обучены… поперек чести-совести не пойдем…
– Дурачины вы, – говорю, – простофили! Кто ж вас настоящих девиц красть просит? Изловите мне лягушку болотную, я ее живо царевной-красой оберну, ею царю Вахрамею и поклонимся!
Обрадовались Семы, побежали лягушек ловить. Принесли полные карманы – и царевен, и царевичей, на любой вкус. Выбрал я одну лягушечку посмирней да неприглядней, бросил оземь – встала предо мной девица черновласая, в сарафанчике желто-зеленом шелковом, а по нем шитье изумрудное, разводами.
Обошел Муромец вокруг девицы, в затылке поскреб. Хороша, ничего не скажешь, а что лицом зелена малость, так то на немощь желудочную списать можно...
Только Сема нацелился перси на мягкость попытать, девица его хлоп по щеке!
Потер молодец щеку, выдохнул уважительно:
– Как настоящая…
К счастью, предательство близких избавляет от иллюзий, слепой веры и наивных заблуждений.
- Так какого упыря ты творишь?! Зачем ты все это устроил?! Почему не сказал мне раньше?
Некромант глубоко вздохнул и сел на кровать рядом со мной. Я опустила взгляд, замечая, что матрас не продавился под ним, а на простыне едва-едва появился след.
- Не знаю, Ангел, - произнес он и бросил взгляд на догорающие угли в камине. - Делаю то, что должен. Ты же понимаешь - король мертвых, вся петрушка.
"Почти" не то же самое, что "случилось".
— Наверное, трудности во всех нас выявляют лучшие стороны.
Равнодушие страшнее ненависти и презрения.
Меня могут убить, - это дело случая. Но то, что я остаюсь в живых, - это опять-таки дело случая. Я могу погибнуть в надежно укрепленном блиндаже, раздавленный его стенами, и могу остаться невредимым, пролежав десять часов в чистом поле под шквальным огнем. Каждый солдат остается в живых лишь благодаря тысяче разных случаев. И каждый солдат верит в случай и полагается на него.
Sometimes you leave because you really want to stay.
Время нещадно косит все. И в первую очередь чувства.
... женские недостатки, которые мы так любим замечать, являются теми изъянами, которые мы не хотим признавать в самих себе.
"... Когда много лет назад я обнял тебя в Пирее, не зная, увидимся ли мы вновь, я в который раз спросил тебя, зачем ты добровольно покидаешь Город. Помню, как ты снова, в который раз, ответил мне: «Я хочу каждый день удивляться»..."
— Кайра, будь моей женой! — одной рукой по-прежнему прижимая ко лбу компресс, а другой подобрав букет, решительно выпалил Доран.
— Ах! — расчувствовалась мама.
— Э?! — растерялся папа.
— Кхе-кхе! — подавилась шоколадкой Дейдра.
— Засунь свои извинения, а заодно и предложение своему батюшке… в карман! — прошипела я, до глубины души пораженная такой наглостью.
— Вы, наверное, поклонник творчества Арбузовой, лорд Драконов? — спросила Дана, хлопая длиннющими ресницами.
Больше меня оскорбить никто бы не смог! Я скрипнул зубами — но промолчал.
Не думай обо мне слишком часто. Мне не нравится представлять тебя в расстроенных чувствах. Просто живи хорошо.
Время, проведенное с другими, создает приятную, расслабленную, дружелюбную, простую, комфортную, уютную и гостеприимную атмосферу.
После храма папа провожал меня до школы и мы говорили о разных вещах. О чем именно, не помню, да это и не было важно. А важно было то, что мы были вежливы и не говорили обо всем том, что делало нас несчастными, - это был единственный известный нам способ любить друг друга.
Чарли был хороший продавец. Продал мне свою точку зрения, и она меня убедила.
Унижение не так легко перенести, особенно если совсем недавно ты был вполне собой доволен.
- Трикс, как у тебя получается беспокоиться сразу обо всем на свете? Я бы, наверное, точно повредился рассудком, если бы выстраивал в голове настолько сложные конструкции.
Бегают только дети и воры.
Люди, однажды побывавшие в объятиях смерти, часто ходят по краю. Их неизменно притягивает тонкая изломанная линия, разделяющая прочную поверхность и разверзшуюся за ней пропасть, и они раз за разом проходят по этой линии, как по ниточке, раскинув руки и балансируя на самом краю. Но дело тут не в стремлении оступиться и упасть. Зажмурившись, прыгнуть в бездну значительно легче, нежели всю жизнь балансировать на самом краю. Нет, снова и снова возвращаясь назад, эти люди хотят почувствовать, что они СПОСОБНЫ удержаться. Что в тот роковой час, когда смерть подошла совсем близко, их спасение не было делом счастливого случая, который в следующий раз может пройти стороной. Ими движет потребность в уверенности, что от них что-то зависит, что в случае необходимости они смогут сами справиться с ситуацией и, раскинув руки, сохранить почву под ногами.
В большинстве случаев, уверенность приходит лишь ненадолго. И потому они снова, раз за разом, проходят по краю, украдкой заглядывая в открытую пасть бездны.
Что-то внутри было очень радо этому его отчаянию, и я догадывалась, что это ликует моя природная вредность… здравствуй, родимая, сколько же лет мы не виделись.
Кассандра хотела, чтобы одна и та же ночь повторялась и повторялась, и втайне верила, что, если прожить ее достаточное число раз, оболочка ночи лопнет и под ней обнаружится нечто лучшее, чем любовь. Нечто лучшее, чем музыка.
Мой противник — тоже человек. Он может быть легендарно удачливым судебным адвокатом, очень заслуженным и со множеством почетных степеней, и все же он просто человек.
Видите ли, леди Тьер, тут вот в чем проблема - лорду директору вопросы задавать никто не будет, ибо чревато, а вот вас с раннего утра, с того самого момента как появились изменения в вашем статусе, дожидается вся женская часть преподавательского состава. И у них мно-о-ого вопросов. Неутоленная жажда любопытства, понимаете ли. Так что вам я могу только посочувствовать.