Рони долго сидела молча, потом сказала: -Знаешь о чем я думаю? О том, как легко всё разрушить, и из-за чепухи... -Вот и давай теперь, - сказал Бирк, остерегаться чепухи...
- Я думала у вас пациентка!
- Я пациентка, - спокойно ответил Тимур.
- Ну вы же… мужчина?! – Не то утверждала, не то спрашивала наша Лида.
- Пока да. – Ничто не могло сбить его невозмутимый настрой. - Но я в стадии перехода, в толерантное время живем, сегодня я мужик, а завтра победительница конкурса Мисс Мира. Вот и гинеколога себе подбираю, чтобы быстрее проникнуться нашими общими женскими проблемками.
Некромантка, которую Игорь в палату буквально приволок, смотрела на него со всей печалью всех главврачей мира, которых просто заколупали неадекватные родственники пациентов.
Ужасные вещи заставляют задуматься о том, что значит быть человеком и чем мы отличаемся от животных
— Ты ведь не хотел воевать, я помню.
Алекс только устало улыбнулся.
— Иногда судьба не спрашивает, чего мы хотим, а чего нет. И иначе просто нельзя.
— Вздор,— закатил свои глаза призрак. — Сказать тебе, как это называется? Черепизм!
— Черепизм? Это что еще за хрень?
— Что такое расизм ты знаешь? А сексизм? Ну вот, а то, чем вы занимаетесь, — это черепизм в самом чистом виде. Вы судите обо мне по моему внешнему виду и не принимаете на веру ни единого моего слова только потому, что я не похож на вас. Потому что я череп, посаженный в банку с зеленой слизью. Ну согласись, что это так!
...закон должен служить людям, а не люди закону.
Всем спасибо за внимание, бой окончен, победитель уносит добычу в логово.
Зеркала врут. Бессовестно и беспощадно. В них нет ни сочувствия, на жалости, ни любви, ни превосходства. Замечали ли вы, насколько по-разному отражаетесь в зеркалах? Как стройнят они в примерочных дорогих магазинов, как до безобразия уродуют в дешевых парикмахерских, как преувеличивают каждое несовершенство в пудреницах, как равнодушно честны в родных ванных комнатах.
...каждый палач хотя бы раз в жизни побывает под пытками.
— Ты думал то, что тебе подсунули... И я не стал оправдываться. Потому что ты бы все равно не поверил. А унижаться и доказывать, что я не совершал того, чего не совершал, я не собирался. Считай, что сегодня я сделал исключение.
Ты дурака-то из себя не строй, и так не больно умный.
Бездарностей вообще гораздо меньше, чем кажется. Просто плохих учителей больше, чем принято думать. Собственно, почти все никуда не годятся. Объяснять правила, хвалить способных и сетовать на бестолковость остальных любой дурак может. А вот найти подход ко всякому новичку, познакомить его с самим собой, объяснить фундаментальные вещи так, чтобы он понял, мало кто умеет.
Почему она второй облик получила, а ребенка рожать – все равно мучиться? Почему боги ЭТО не могли предусмотреть? Почему она не может в облике змеи отложить яйца?
Или гюрза живородящая?
Под эти размышления в матюгах, Мария и родила.
А то, что соединил Бог, человек не должен разлучать.
Женщины, - выдохнул он сквозь зубы. – Иногда ваша честность в разы страшнее вашей лжи. Ещё бы вы это понимали. Так нет! Обязательно нужно в чём-то признаться. «Прости, милый, но ты у меня не второй, а сто второй», «Знаешь, я написала ту записку не тебе, а твоему другу», «В первую встречу ты показался мне полным придурком»… Считаете, мы приходим в восторг от таких откровений? Может, твой муж годами гордился, что сумел очаровать лучшую девчонку в Расселе до такой степени, что она примчалась за ним через полстраны, а ты хотела сказать, что это было частью твоего грандиозного плана? Что он – не твоя любовь с первого взгляда, а альтернатива овечьей ферме?- Он бы понял…- Обязательно. И до конца жизни потом сомневался бы в каждом твоём слове. Поверь, лучшее, что ты могла сделать, оставить его в счастливом неведении. Оно ведь было счастливым, да?
Интеллект против фарта бессилен.
...осознать, что ты чмо по жизни, не страшно. Страшно, таким и остаться.
– О, мужчина... мужчина... за дверью! – возопила мисс Смитерс.
Едва леди-настоятельница услышала этот устрашающий вопль, она ретировалась в свою спальню, заперла дверь, дважды повернув ключ, и комфортабельно упала в обморок.
Никому не заставить умных людей бороться с системой, которая предоставляется им вполне разумной.
Эксперименты могут быть весьма разрушительны.
Почти все люди хорошие, когда их в конце концов поймешь.
Но с годами я совершил открытие, что родство ещё не есть гарантия любви и что у меня нет никаких поводов отвечать за Харальда и его судьбу.
– Я молчу! Я молчу... Погоди, я сейчас только скажу, что ты за тип, и буду молчать!
– Лучше молчи сразу! Молчание вовремя – не просто золото, а ещё и средство выживания! – солидно посоветовал Терентий.
«Скорее понимала, что покалечиться до смерти мне не позволит тот же Диар — ему же наследников подавай. Но и просто так упасть с лошади — удовольствие небольшое. Так что тело было напряжено до предела, а голову я старалась занять молитвами».