Смелость – это не отсутствие страха. Смелость – это преодоление страха.
Когда женщина приказывает — она уже глупая. Такую замуж зачем брать? А вот когда женщина на мужчину только посмотрела, а тот уже бежит выполнять, вот это ум! У нас Марине утром не успеет стол накрыть, а Гогенчик уже все сделал.
— Это как? — хмыкнув, интересовалась Горянова.
— А это он ночью по ее храпу догадался, что ей надо!
Теория без практики ничто. Нести в себе такой груз — все равно что таскать на горбу крышку от собственного гроба.
Даже если меч пригодился один раз в жизни, носить его нужно всегда.
– ...Запомни, девочка: какими бы прекрасными ни были воспоминания, нельзя жить ими одними.
Кобыла покосилась на меня, но с места так и не тронулась: “Тоже мне, всадница – толком не запрягла, а туда же – нукает”.
Подгонять ее каблуками я не осмелилась, сытая по горло козлиным скоком по болоту. Лошадь стояла, я сидела, и мы обе усиленно делали вид, что держим ситуацию под контролем.
– Могу также сварить приворотное зелье или эликсир молодости с гарантией восемьдесят процентов.
Престарелые сластолюбцы оживились.
— Двадцать – на летальный исход, – мстительно добавила я.
— Ваше непонятное упрямство поражает меня в самое сердце!
— Если бы у тебя было сердце, ты бы меня поняла.
Джером уверенно ступил на склон, убежденный в том, что через пару мгновений будет лицезреть ведьму нос к носу. Но, видимо, ему сегодня дорогу перебежала черная кошка с разбитым зеркалом и пустым ведром, из которого сыпалась соль.
Одна голова — хорошо, но, когда она еще и на плечах, а не отдельно от тела, — еще лучше.
— Так ты за едой-то пойдешь?
— А если нет? — прищурился он.
— Ну… — Я выразительно посмотрела вокруг. — Я могу и сама приготовить: наломать дров, подлить масла в огонь, потом заварить кашу и навешать лапши. Тебе на уши или на шею?
— Ведьма, у тебя совесть есть? Я тебе всего четверть удара колокола назад три золотых заплатил!
— Совесть? У ведьмы?! — искренне возмутилась я, словно меня только что оскорбили. А потом пафосно добавила: — Она сгорела на костре инквизиции!
— Сначала мужчина приводит женщину в чувство, а потом она его — к алтарю.
В себя приходила рывками, с трудом вырывая сознание из непонятных оборванных кошмаров. В них под венец меня вел ужасный монстр с рогами на голове, и у меня мелькали досадные мысли, что если рога появились еще до моей измены, то что же будет после появления любовников?
Куча кирпичей ещё не дом.
Потакание психически больным людям не делает их психически здоровыми.
Оно делает психически больными всех остальных.
Хочешь сделать что-то из ничего, сначала твердо будь уверена, что именно это должно быть.
Ну да, мы, женщины, существа добрые и милые, если только всякие мымры не пытаются у нас отбить любимых мужчин.
Любовь не выбирает, кого осчастливить взаимностью или сделать несчастным от неразделенных чувств.
— Вы кто?
— Я – добрая фея!
— А почему с топором?
— Вот видите, как мало вы знаете о добрых феях!
Вдруг чудеса все-таки случаются? А если нет, она сама их как-нибудь устроит!
«Ночь — время призраков и предателей», — крутилась у Ло в голове глупая фраза из приключенческого романа.
Глупая, потому что предательство от времени дня или ночи точно не зависит.
— ...Когда в тебе видят беспомощную калеку на краю смерти — это еще хуже. Мне нельзя беспокоиться — так вам сказал мэтр? О да! Мне нельзя радоваться, мне нельзя бояться, мне нельзя ненавидеть, плакать, любить, рожать детей… Чтобы я не умерла, мне нельзя жить, капитан!
«...Ты лишилась магии, но большинство людей и так живет без нее. Глупо и постыдно жалеть о том, что выбрала сама».
— Это сломанные крылья могут зажить, а отрубленные не вырастают.