Цитаты

Семья, разговоры, тихая диковатая красота шотландских гор, дети, которых она любила бы… Честность, преданность, духовная связь с человеком, который не поцелует другую женщину, если будет женат. Она чувствовала, что Друстан почти такой же «необитаемый остров», как и она.

Поцелуй горца

Карен Монинг

Жрица погрузила в сон могущественного друида Друстана, пытаясь отвести опасность от своего сына. Через пятьсот лет очаровательная Гвен пробуждает его от сна. Сердце друида охватывает пламя страсти. Однако там, в далеком прошлом, его клан на грани гибели. Как ему спасти своих людей и сохранить любовь?

Прислушайся к их стону под водой:
"Мы светлый день бездумно омрачали
Души своей преступной чернотой
И нынче здесь терзаемся в печали".
(у нас обед. Мы вас попозже звали)

– Это кто? – автоматически спросила я.– Королевская кобра, – охотно пояснил Клим и положил руку на стол (рядом с моей). – Анастасия, – укоризненно добавил он. – Нужно знать тех, с кем ты живешь.

Бешеные страсти

Юлия Климова

Если девушка очень богата, то, будь хоть Средние века, хоть нынешнее время, замуж ей по любви не выйти! Судьба определится точным расчетом и сговором родственников, и даже самая бешеная страсть тут не оправдание… Анастасия Ланье – деревенская девчонка, неожиданно оказавшаяся наследницей огромного состояния, – испытала это на собственной шкуре. Потому что посмела влюбиться «не в того парня». Так что ей нужно быть весьма осторожной, иначе… золотая карета любви очень скоро превратится в тыкву!

В каких-то вещах нужно обходиться мягкой силой. Но очень редко, иначе посчитают слабостью.

Королевская кровь. Стальные небеса

Ирина Котова

У меня необыкновенная семья. Одна моя сестра спасла мужа и короля, отстояв его у смерти. Вторая – помогла пустыне превратиться в зеленую страну. Третья вошла в легенды, оседлав гигантского огненного духа и закрыв портал в другой мир. Четвертая – помогает вернуться в наш мир изгнанному богу, а пятая оказалась носительницей редчайшего пророческого дара. Это все о моих сестрах – но я другая. Мне остается только заглушать чувство вины работой и плакать ночами. Потому что рядом нет того, кого я так...

- Один шанс на миллион, - заверила она, - выпадает девять раз из десяти.

Не жаворонок я и не сова,
и жалок в этом смысле жребий мой:
с утра забита чушью голова,
а к вечеру набита ерундой.

Гарики на каждый день

Игорь Губерман

Как многие талантливые художники, выехавшие на Запад в период так называемого застоя, железной рукой удушавшего все ростки свободной мысли, он покинул СССР, чтобы иметь возможность свободно заниматься своим творчеством. Ироничные на первый взгляд строчки его стихов проникнуты поистине сыновней болью за свою униженную Родину – за Россию, за ее терпеливый страдающий народ, обреченный вот уже 70 лет нести тяжкий крест искупления за грехи своих предков.

Правда редко бывает чистой и никогда не бывает простой...

Константин

Лана Морриган

Он забыл, каково это — что-то чувствовать. Древний вампир, проживший века, смирился с тем, что его сердце никогда не будет биться в унисон с чьим-то другим. Она — смертная, чья жизнь стремительно уходит сквозь пальцы. Просто пациентка. Одна из многих. Так думал Константин. До момента, пока не коснулся хрупкой руки — и его сердце сделало первый болезненный удар.

— Что это было? — Мы его не называем по имени, боимся, что он откликнется на это имя.

... а вообще кони - хорошие люди, с ними можно идти в дело...

Тайна Кутузовского проспекта

Юлиан Семенов

Кто он — палач, убивший декабрьским днем 1981 года народную любимицу, замечательную актрису Зою Федорову? Спустя годы после рокового выстрела полковник Костенко выходит на его след. Палач «вычислен», и, как это часто бывает, правосудие оказалось бессильно. Но не таков Костенко, чтобы оставить преступника безнаказанным…

Когда умных голов слишком много, мысли порой получаются слишком легкие.

На иных ветрах

Урсула Ле Гуин

Деревенский колдун, явившийся к бывшему Верховному Магу Земноморья Ястребу-Перепелятнику, становится вестником грядущих великих событии. Рушится стена, отделяющая мир живых от Темной Страны не нашедших успокоении мертвецов. Чем это грозит миру, не знает никто. Искать ответ предстоит королю Лебаннену и Мастерам Рока, но уже без Ястреба. Самый мудрый и сильный из них, однажлы уже спасший Земноморье от гибели, он потерял свое могущество.

Путь занял около часа. Серый асфальт стелился под пикап. Мимо бежали макдональдсы, бургеркинги, вэндис, пиццахаты и волмарты. Сверху синело горячее небо штата Вирджиния.

Как мы бомбили Америку

Александр Снегирев

Действие романа Александра Снегирева разворачивается в Америке, куда два московских студента отправляются на лето: один — «Срубить бабки», другой — попутешествовать. Это динамичная авантюрная история, написанная живо и остро, с предельной откровенностью, на которую способен настоящий талант. Александр Снегирев — лауреат премии — «Дебют» 2005. Роман «Как мы бомбили Америку» отмечен в 2007 году премией Союза писателей Москвы «Венец».

На что только не готов мужчина ради сияющих глаз любимой

Академия Проклятий. Сборник

Елена Звездная

Никогда не проклинайте собственного директора проклятием неизвестного вам свойства, да и еще и десятого уровня! Никогда! Особенно - если вы простая адептка Академии проклятий, а он самый могущественный лорд Темной империи! Ведь совершив подобную глупость, вы можете запустить целую цепь странных событий... К примеру, проклятый вами лорд Риан Тьер внезапно начнет вас преследовать, оказывая недвусмысленные знаки внимания, смертельные проклятия одно за другим как из рога изобилия посыплются на...

Хотя нарушить слово, данное гному, все равно как и не нарушить вовсе…
Джайр вздохнул. Нет, почему-то не все равно. Даже слово, данное гному, есть слово. Не зря ведь оно называется “честное”. Сдержать его — дело чести. Нельзя им бросаться впустую: хочу — даю, хочу — забираю назад. Это тебе не плащ: дождик — надел, солнце — спрятал в шкаф. Стоит всего только раз не сдержать слово, и пошло-поехало. И всегда отыщутся оправдания.

Песнь Шаннары

Терри Брукс

Брин называла Песнь Шаннары волшебной песнью желаний. Пожелай что-нибудь, спой об этом — и оно твое. Именно так Брин открыла в себе магическую силу. Она просто пела, и все, что желала, происходило. Слова и мелодия рождались сами собой, всегда неожиданно — будто нет на свете ничего проще и естественней. Песнь желаний — это проклятие и благословение, а тот, кто несет в себе ее силу, может стать и спасителем, и разрушителем…

Мучиться виной — не значит совершенствоваться. Это лишь признак сделанной ошибки.

— Сидр из Ривии, как вы хотели. А еще жена просила узнать, как вы находите свининку?
— Мы находим её среди каши, — ответил Лютик. — Время от времени. Не так часто, как хотелось бы.

- Меня бросает в дрожь при одной только мысли об отрешении от всего, что я знаю, - сказал я.
- Ты, должно быть, шутишь! Тебя должно бросать в дрожь не от этой мысли, а от того, что впереди у тебя нет ничего, кроме рутинного повторения одних и тех же действий в течение всей жизни. Представь человека, который из года в год выращивает зерно, и так до тех пор, пока силы не покидают его, и он не падает, подобно старому облезлому псу. Все его мысли и чувства, все, что в нем есть самого лучшего, принесено в жертву одному - добыче еды, производству пропитания. Бессмысленная жертва, пустая трата времени - жить, чтобы питаться, и питаться ради жизни, и снова жить, чтобы питаться, и так - до самой смерти. Развлечения, придуманные людьми, как бы они при этом ни изощрялись, - всего лишь жалкие потуги забыться, не выходя за пределы порочного круга - питаться, чтобы жить, и жить, чтобы питаться... Как по мне, то не может быть страшнее потери!

Как я мог тебя ревновать, если все это время ты тосковала обо мне, Данте?

В каком печальном мире мы живем! Вокруг нас столько лиц, и как же мало тех, кого хочется видеть.

Клеопатра

Генри Хаггард

А потом пришел ответ. Боги ответили на мой призыв. Оконная створка вдруг с грохотом распахнулась, и в комнату, бесшумно взмахивая крыльями, влетела та огромная летучая мышь, которую я последний раз видел висящей на подбородке мертвого евнуха, когда мы с Клеопатрой были в недрах пирамиды Херу. Трижды она облетела комнату, потом зависла над мертвой Ирас, а после порхнула к умирающей Клеопатре и опустилась ей на грудь, вцепившись в изумруд, извлеченный из мумии Менкаура, где покоился много...

Пусть тысяча хлопает, а двое – нет: эти двое важнее, потому что они могут донести, в то время как ни один из тысячи и пальцем не шевельнет, чтобы защитить того, кем только что восторгался, – а впрочем, ведь это все равно невозможно.

Каллокаин

Карин Бойе

«Каллокаин», последний роман шведской писательницы Карин Бойе (1900-1941), был написан в 1940 году, в период могущества в первую очередь двух крупных тоталитарных государств на территории Евразии. Это произведение с подзаголовком «Роман из XXI века» было неоднозначно истолковано современной литературной критикой, которая в споре о прототипе изображенного в романе Всемирного Государства (Världsstaten), в основном, разделилась на два лагеря.

«Почему в мире все происходит так... как будто люди растут на грушах?! Почему их по-прежнему так много, если... родить одного - хуже камеры пыток? Как человек... то есть женщина... может обрекать себя на это, еще и радоваться?!»

Даже абстрактное научное открытие — это акт агрессии, подобный взлому… Открытие — всегда насилие над природой. Всегда!

Долг-то долг, но не всякий долг честный человек станет выполнять, пусть даже ему приказывают все царицы Египта, вместе взятые!

"Ну и что будет, если я побегу? думал он. - Умру? Эка важность! А вот то, что
перед смертью, - это важно по-настоящему. Мы славно поработали сегодня,
такую работу даже смерть не испортит. Ребята вон как дунули... почему бы и
мне... не последовать?"

Самые знаменитые произведения писателя в одном томе

Рэй Брэдбери

Мастер мирового масштаба, совмецающий в литературе несовместимое. Создатель таких хрестоматийных шедевров, как «Марсианские хроники», «Вино из одуванчиков», «451 по Фаренгейту» и так далее, и так далее. Лауреат многих литературных премий. Это Рэй Брэдбери. Магический реализм его прозы, рукотворные механихмы радости, переносящие человека из настоящего в волшебные миры детства, чудо приобщения к великой тайне Литературы, щедро раздариваемое читателю, давно вывели Рэя Брэдбери на классическую...

Судьба держит в руках карту каждого из нас, и линии порой располагаются не так, как хотелось бы.

100 великих авантюристов

Игорь Муромов

Новая книга серии «100 великих» посвящена авантюристам. Одни из них испытывали судьбу, становясь пиратами, другие появлялись под чужими именами. Одни строили финансовые пирамиды и плели политические интриги, другие создавали новые религии, подделывали произведения искусства, шпионили... Но так или иначе, все они пытались влиять на ход мировой истории. представим самых известных – граф Калиостро, Емельян Пугачев, маркиз де Сад, Ванька Каин, Наполеон Бонапарт, Григорий Распутин, Сонька Золотая...

Не шрам делал его таким устрашающим, а тот ад, что жил в его душе