С конца XII века добавился, а в XII веке необычайно усилился ещё один фактор, весьма серьезно повлиявший на итоговую судьбу крестоносного движения - так называемая война гвельфов и гибеллинов, охватившая большую часть тогдашней Европы. Формально она началась как династический спор за императорскую корону потомками Генриха Льва из дома Вельфов и потомками Фридриха Барбароссы из династии Штауфенов (сторонники Штауфенов своё прозвище "гибеллины" получили, вероятно, от замка Вейблинген в Южной Германии, принадлежавшего Штауфенам.) Однако эта династическая распря вскоре расколола почти всю Европу на две партии; причём сторонники Вельфов после поражения и гибели их светских вождей выбрали своим руководителем римского первосвященника. С этого времени война династий превратилась в войну папства и империи.
Одним из проявлений синдрома Туретта является время от времени возникающее желание как пристально смотреть на других, так и самому становиться объектом такого рода внимания. Проявлялся этот симптом болезни и у мистера Беннетта, в чем мне пришлось убедиться, когда мы возвратились домой. Нас встретил Марк, выбежавший из дома, что стоило ему небольшого переживания. Беннетт вперил в него глаза и, остервенело поглаживая усы, неожиданно гаркнул: «Смотри на меня! Смотри на меня!» Марк застыл перед Беннеттом, однако глаза его забегали в разные стороны. Беннетт схватил сына за голову и яростно прошипел: «Смотри мне в глаза!» Марк застыл, словно его загипнотизировали.Сцена была малоприятной и несколько удивительной: Беннетт любил своих сыновей. Относился он с нежностью и к жене. В тот же день, сев рядом с женой, он принялся гладить ее по голове, но при этом не сдержал легкого уханья. Однако на этот раз звуки эти не резали слух и даже были по-своему мелодичными, и все же вся эта сцена мне показалась не только идилличной, но и абсурдной. «Я люблю его таким, какой он есть, – призналась Хелен. – Ему ни к чему меняться». «Забавная болезнь – этот синдром Туретта, – вторил ей Беннетт. – Я сказал “болезнь”, но, по-моему, это неподходящее слово для моих ощущений».
Теперь мы близки к нашей цели, чтобы ни говорили нам эти часы. Но мой учитель, Ванни, бывало, говорил, что есть только одно правило без исключений: перед победой идет искушение. И чем величественнее победа, которую предстоит одержать, тем сильнее искушение, перед которым надо устоять.
По каждому поводу нырять в Сеть за справкой у современного человека стало такой же дурной привычкой, как у поручика Ржевского щипать за грудь любую даму.
В жизни мало хотеть жертвовать, надо ещё суметь это сделать с пользой!
"Если окружающие спонтанно не провоцируют вас, не оскорбляют и не пугают, вы начинаете игру, чтобы заставить их это сделать."
...полезно это – знать прошлое человечества, особенно в практическом плане. Потому что меняются времена, совершенствуются технологии и средства производства, а вот люди остаются прежними. Свита вертит корольками, фавориты опустошают казну, кланы ведут себя, как бандиты, которым дали на разграбление территорию, а решением всех финансовых проблем станет грабеж соседа. За экономическим чудом будет дешевый рабский труд, а жизнь человека легко сменяют на два ящика гвоздей.
Расплачивается в любом случае тот, кому изменили, — памятью на всю жизнь, недоверием ко всем и ко всему, постоянными сомнениями.
Поскольку капитал как таковой считается ключом к развитию, бедным странам выдают кредиты, однако производственный и промышленный строй не способен прибыльно освоить их. Начисленные проценты часто превышают норму прибыли, полученной с инвестиций. Поэтому финансирование развития может быстро приобрести черты финансовой пирамиды, которая приносит прибыль только тем, кто ее основал и находится недалеко от выхода[215]. Вложения в человеческий капитал без внесения одновременных изменений в производственную структуру, с тем чтобы создать спрос на полученные умения, не способствуют ничему, кроме эмиграции. В обоих случаях мы видим эффекты обратной волны экономического развития: больше капитала — денежного и человеческого — будет направляться из бедных стран в богатые, чем наоборот. Объяснить это можно типом экономического строя, характерным для бедных стран, т. е. порочным кругом бедности, который создается нехваткой спроса и предложения, а также отсутствием возрастающей отдачи. Промышленная политика США в 1820–1900 годы — вот лучший пример, которому должны следовать страны третьего мира, пока они не научатся получать выгоду от международной торговли
...И она рассказала о старике, который представился ее соседом. А потом она, как и положено журналистке, расспросила о нем троих своих соседей, и все они сказали, что никакой такой старик не живет ни на ее
площадке, ни вообще у них в подъезде.
— Так-так-так, — проговорил Спаситель. — Он сказал тебе, чем занимается?
— Только назвал фамилию. Жовановик.
Спаситель открыл рот, чтобы воскликнуть: «У меня есть пациентка с такой фамилией!» Но прикусил щеку изнутри и сохранил информацию для себя.
— Может, у старого господина начинается Альцгеймер?
Вечером, когда Спаситель просматривал газету «Репюблик дю Сантр», его удивило еще одно совпадение.
Любовь – это больше чем постель, мальчик. Если любовь не приходит вначале и не остается надолго потом, если она не может ждать и вынести боль разочарования и разлуку, значит, это не любовь. Любовь не требует постельных утех в качестве доказательства, что она истинная. Она даже не нуждается в ежедневных свиданиях.
Неприятности, по-моему, лучше разрешаются сами собой, без вмешательства извне.
Небылицы свободно распространяются там, где нет знаний.
Теперь он осознал, каким же невинным был на самом деле, — никогда он не думал, что это слово применимо к нему самому.
Любое будущее характеризуется неким уровнем неопределенности, с которым мы ничего не можем поделать. Именно это и приводит к ошибкам даже в самых лучших планах.
Умные люди порой бывают поразительно глупы в самых простых вещах. Они ищут сложные объяснения там, где все предельно ясно. И упускают очевидное, потому что боятся в него поверить.
Каро продолжала, будто не слыша меня:
- Ты милый, Марк. В том-то вся беда. Меня привлекают подонки.
- Я могу стать подонком.
- С каких это пор? – хмыкнула Каро.
- С сегодняшнего утра. Я прошел мимо нищего и не подал ему.
- Да, только наверняка ты ему улыбнулся.
Я пожал плечами.
- Воспитание не пропьешь.
Муж был из тех людей, которые меняют машины каждые два года, а жён - каждые десять.
И в ту же секунду Эмилия засунула два пальца в рот, совсем как Педриньо, и пронзительно свистнула.
Носорог издалека услышал этот свист. Он неохотно поднялся, сделал серьёзное лицо и бросился чёрной лавиной на своих преследователей.
С ней все просто. Она плохой человек, но и хорошим не притворяется.
Моя мама совсем не умеет врать. Из всех людей, каких я знаю, она врет меньше всех. Может, потому, что чаще всего молчит?
— Что же такое я вспомнил? Лучше больше не вспоминать. Не забудь забыть. Сумасшествие?
Хуже сумасшествия. Здравый смысл.У безумия нет центра разума. Ничего общего с тем «я», что сидит сейчас на скале, отодвигая мгновение, которое вот-вот наступит. Последнее повторение. И потом черная молния.Во тьме, в его черепе, существовал некий Центр, тьма тьмы, самосущая и нерушимая.— Всегда остается еще сумасшествие — как спасительная щель в скале. Лишившись всякой защиты, человек может спрятаться в сумасшествии, как эти, в панцирях, которые тотчас ныряют в водоросли, туда, к мидиям.
Любовь, девка, штука тонкая. Тот, кто любит, тот не берет, а отдает. Без меры, без счету, ничего взамен не требуя. А вам только дай, дай, дай, да побольше. Вот и посмеялась над вами богиня. Коли вы поклонения ищете, а сами любить слишком гордые — получите.
Травля от взрослого к ребёнку — самая подлая форма власти, какую только можно себе представить.
Насилие над одной женщиной есть преступление против всех женщин.