Он был настолько чист, здоров и доволен жизнью, что практически светился – качество, естественное в ангеле или фее, но несколько смущающее в стряпчем.
-Ныне никому из нас не доступна такая роскошь,как время,Джаред Грейс.
английский конструктор Сидней Камм запустил в серийное производство свой истребитель «Харрикейн» с таким же мотором и таким же вооружением, выполненный по той же классической схеме. И хотя он весил на полтонны больше и имел меньшую на 50 км/ч максимальную скорость, но трудоемкость его изготовления составляла всего 50 тысяч человеко-часов и была в шесть раз меньшей, чем у «Спитфайера».
Вежливость не в ладу с правдивостью.
Когда на рассвете Фредриксон сменил меня у руля, я мельком упомянул об удивительном и полном безразличии Юксаре к окружающему.
- Гм! - хмыкнул себе под нос Фредриксон. - А может, наоборот, его интересует все на свете? Спокойно и в меру? Нас всех интересует только одно. Ты хочешь кем-то стать. Я хочу что-то создавать. Мой племянник хочет что-то иметь. Но только Юксаре, пожалуй, живет по-настоящему
Всякая школа, прежде всего, должна показать человеку то, что в нём есть самого драгоценного, заставив его познать себя частицей бессмертного и живым органом мирового, духовного развития человечества. Без этого все фактические познания — иди они даже до глубочайших математических и микроскопических исследований — не только не принесут пользы, но нанесут положительный вред самому человеку, хотя, может быть, и сделают его полезной, а иногда и очень вредной машиной в общественном устройстве.
Одним из необходимых условий личного счастья является праздность.
Мне плохо.
Мне совсем плохо.
Со мной подобного никогда не случалось. Плохо себя чувствуют только слабые люди. Это они придумали себе тысячи болезней и предаются им, попусту теряя время. Это слабые люди придумали для себя головную боль, приступы слабости, обмороки, угрызения совести. Ничего этого нет. Все эти беды – только в воображении слабых. Я себя к сильным не отношу. Я – нормальный. А нормальный человек не имеет ни головных болей, ни сердечных приступов, ни нервных расстройств. Я никогда не болел, никогда не скулил и никогда не просил ничьей помощи.
Но сегодня мне плохо. Тоска невыносимая. Смертная тоска. Человечка бы зарезать!
Он давно уже понял, что легче всего уходить не оглядываясь.
"Странно, - подумал Ваймс, возвращаясь в караулку, - но я, скорее всего, правда могу на него положиться. Шнобби может спереть что угодно или выкинуть ещё какой-нибудь фортель, однако он не плохой. Ему можно доверить собственную жизнь, но только дурак доверит ему хотя бы доллар".
Только лишения учат наслаждаться маленькими праздниками.
Человеку, думающему о самоубийстве, следует твердо усвоить два неизбежных правила смерти:
1) родителю не позволено умирать, пока его дети не достигли 18 лет;
2) детям не позволено умирать, пока живы их родители.
Самый безнадежный тупица – как раз тот, кто не знает, что он мудр.
Все мы шлюхи. Просто одни изначально честны в этом, а другие до поры маскируются. Хотя финал в любом случае один и тот же, как при игре в наперстки – как внимательно не приглядывайся – все равно промажешь, отдашь все до копейки и уйдешь, обиженно повиливая покрытой лишь одними трусами задницей!
Мудрость охотно посещает женщин, когда от них бежит красота.
Знаете, там, где я... Там, где я жил, с просвещением всё в полном порядке. Его, считай, уже нет. По гражданской профессии я преподаватель, насмотрелся - особенно когда каждый год приходится встречать очередных первокурсников. Я часто пытался понять, с чего всё началось? Почему-то кажется, что с отмены преподавания логики. <...> В гимназии её когда-то читали, но потом заменили рисованием. Не эстетикой, не историей живописи даже - именно рисованием. Плоскостное изображение мира - без всякого анализа...
Иногда жесткость — это и есть помощь. Хотя со стороны выглядит иначе.
Плоть ничем нельзя обмануть - ни мудростью сна, ни соблюдением светских приличий. В плоти - средоточие и самого человека, и его прошлого.
То, что она считала незыблемым настоящим, свелось к ограниченному отрезку истории.
«Историком бы я назвал не того, кто записывает случившееся, а того, кто извлекает из него уроки» Ttata
Жаль, что ребенок теряет открытость вместе с молочными зубами, словно прозрачное окошко закрывается в нем, заставляя забыть язык духов, птиц и зверья…
Я был всегда так чертовски уверен в том, что никогда себе не изменю, что никто не заставит меня перестать быть самим собой, не принудит делать то, чего я сам не хочу, и вот чем все это закончилось. Если подумать, я не так уж и отличаюсь от моего старика. На самом деле таких людей, которые сильно отличались бы от других, нет, все похожи на всех, так что нечего оригинальничать и заниматься самообманом.
Нет смысла о чем-то жалеть, да? Это всего лишь самоедство.
...жадность - это не только порок, но и тяжёлые мешки.
Не торопитесь. Вот увидете: еще появится башковитый человек, который ее подлатает (цивилизацию). Попомните мои слова. Человек с душой.