...женщинам надо говорить комплименты. При этом можно врать все, что угодно. Умная женщина, сразу поймет, что врешь, но приятно ей от этого будет не меньше.
Evolution selects for what we call common sense.
Многое трудно простить, но однажды ты оборачиваешься, а у тебя никого не осталось.
Тирион ненавидел слабость, особенно в себе самом. Она унижала его, а унижение порождало в нем гнев.
Правильно говорят, что незнание — иной раз благо. Вот я понятия не имел, что именно закладываю в рот, и все было нормально.
Мы можем снова и снова рассказывать наши истории и делать их лучше, глубже и трепетнее. А можем и поведать новые. Наш мир устроен так, что всегда есть другой шанс.
Перемены - один из непреодолимых законов природы, которая взимает с людей свою дань. Начинаются ошибки и сожаления - а в итоге даже такое простое действие, как встать поутру с постели, кажется на редкость трудоемким
"Меня так достало то, что меня все так достало!" (Фанни Лу Хеймер)
Зачем травить свою душу ненавистью и местью, жизнь она расставляет все по своим местам и без нашего участия.
- В этой стране суды независимы! - Суды - да. А судьи - нет.
Давай честно: сохранение семьи — наша женская доля. Нам приходится стараться и изворачиваться, идти на уступки. Семнадцать лет… Твоя заслуга.
Когда человек решает свою судьбу, то ему не до сна.
Я думаю, что мужество – это способность решиться на что то.
Поначалу Кейти хотела убить Штрассера. Именно он выкрал и извратил революцию Люксембург. Он породил династию полубогов-убийц, властвовавших над безропотными марионетками, в которых превратилось всё население земного шара.
Но Стэнтон возражал:
– Штрассер бандит. Он украл и осквернил нечто прекрасное и благородное. Это всякий сможет, и если его изъять из уравнения, любой другой займет его место – Сталин или кто-нибудь из германского ЦК.
Смерть – это глубоко личное, художник не должен вторгаться в смерть других людей. Совершенно возмутительно установившееся в мире обыкновение – наставлять объективы камер на лица раненых и умирающих.
Не торопитесь. Вот увидете: еще появится башковитый человек, который ее подлатает (цивилизацию). Попомните мои слова. Человек с душой.
Как ни странно, но на голодный желудок мир воспринимался лучше, чем был, вероятно, на самом деле.
Лишь со временем Флекс поймет за что Ирвинг так ненавидит ее, не смотря на всю страсть и любовь, с которой он к ней прикасается!
Глаза кронпринца тут же заледенели.
Вот так-то! Неужели он думал, что я буду дико благодарна за укрывательство моей скромной персоны и забуду все, что этот дроу сделал? Нет уж, не на ту напали, вашество! Я не знаю всех его грехов, но могу сказать одно: за Хана и Сатию я этому упырю светловолосому отомщу.
– Что вы с нею делаете, Ватсон? Холмс сидел ко мне спиной, а я ничем не обнаружил своего занятия. – Почему вы узнали, что я делаю? У вас, должно быть, есть глаза в затылке. – У меня по крайней мере есть хорошо отполированный кофейник, и он стоит передо мною, – ответил он.
- С детьми странно. Они растут внутри женщин. Другой, отдельный человек - внутри. Люди не могут этого понять, вот им и кажется, будто отдельного человека нет.
Смерть — наш главный учитель, но лишь когда она с тобой. Когда она далеко, о ней начисто забываешь. Те, кто способен жить со смертью, способны жить в истине, только это почти невыносимо. Учит не драма смерти — когда встречаешь ее, в этом нет драмы. Вот почему так трудно написать трагедию. Смерть — великая разрушительница всех образов и всех историй, и люди будут делать что угодно, лишь бы не видеть ее в лицо. Их последнее средство — опереться на страдание, попытаться подменить смерть страданием. А страдание, как известно, порождает образы, самые прекрасные образы из всех.
— Вот только устрой снег в салоне, и клянусь: я тебя высажу посреди первого попавшегося поселка пенсионеров и на первом же самолете вернусь в Огайо, — предупредила я.
Ведь одно мы знаем наверняка: главный герой должен активно действовать. Это закон. Если персонаж не действует, он - не герой.
- Изучаете германистику?
- Нет, я тюрколог.
- Кто, простите?
- Я занимаюсь сравнительным исследованием тюркских языков.
- Боже мой, и зачем вам это?:)