Я вспомнила сотни трогательных роликов, которые массово распостраняются в сети. Люди плачут, когда смотрят их, и клянутся себе, что прямо завтра начнут вести себя точно также. Но сентиментальность рассасывается вместе с ночью. Утро напоминает нам, что мы хотим новый телефон, а не новую улыбку от прохожего. И так продолжается до тех пор, пока жизнь не ударит нас по голове.
... Мучительные вопросы, на которые не находишь ответа, надо заспать.
У старых грехов длинные тени.
Хай живе вильна Украина!
Мы живём, мы любим. В жизни нам даётся выбор, какие двери открывать, а какие закрывать без сожаления. Это все, что у нас есть, но этого достаточно для счастья.
Ведь чтобы что-то обрести, нужно сначала отдать все силы, а потом уже и пожинать плоды.
Я думаю, по-настоящему красивые женщины, раздеваясь, испытывают не стыд, а торжество - они получают в этот момент награду за все свои диетические муки. Стыд - удел тех, кто вынужден скрывать под одеждой безобразие. Но красивые женщины, раздеваясь, все равно имитируют смущение и прикрываются ладонями, чтобы вдобавок к телу невзначай обнажить перед клиентом еще и кусочек стыдливой, непорочной и бесконечно прекрасной души.
Ни одна книга не сравнится с тем, про что она написана. Жизнь всегда уходит вперед.
«Слово «народ» слышал я, конечно, и раньше, но куда реже, чем «подданные», «рабы», «чернь»…» (рассказ «Возвращения»)
Совершенно против нашей воли нас задерживает весь мир. Ожидай нас в день нашего прибытия.
Никогда не верьте тому, что поётся в песнях, миледи. (Тирион)
— Идеальная жена! — закатил студент свои бесстыжие глаза. — Прекрасна, как богиня, и молчалива, как мрамор.
Ничего не делать - это тоже поступок.
В любой точке романа его перечитыватель уже знает, что должно случиться дальше, и оттого может разорвать или даже повернуть вспять обманчивую цепную реакцию причин и следствий, в которую безповоротно закован Цинциннат. Вместо этого опытный читатель может заняться изследованием этиологии высшего порядка, того порядка, в котором обычные с виду предметы и события оказываются метинами, привлекающими внимание к той или другой подробности основного чертежа книги, а значит, и к ее конструктору, присутствие которого в хорошо устроенном мире этой книги незримо, но непременно сказывается везде и во всем.
У каждого своя судьба, но не каждый решает следовать ей. Мне повезло ‒ я доверился своей судьбе.
Невозможно настолько бояться того, что может случиться, чтобы отказаться от своих намерений.
Все эти подпольные печальники народа были рады всякому несчастию в России и не только не жалели народ, а утверждали, что «чем хуже, тем лучше», а потому рекомендовали не кормить голодных, а предоставить их в полное распоряжение голодной смерти.
Бабушка. Какое это приятное слово. Оно такое уютное, теплое и родное
История, — усмехнулся ведьмак, — это реляция, в основном лживая, о событиях, в целом несущественных, оставленная нам историками, в основном идиотами.
"После этих моих слов наступила гнетущая тишина.
Еще перед своей речью я знал, что некоторые сидевшие передо мной читатели считают себя выдающимися деятелями мировой истории.
А я взял и безжалостно разрушил все их иллюзии.
А сколько таких «разочарованных» будет по всей стране после выхода этой книги!
Но для оздоровления общества это необходимо.
Когда человек витает в облаках и наотрез оказывается снимать розовые очки, то ему в какой то степени легче жить. Порхает в своем виртуальным мире, отрезанным от реальности и наслаждается своей исключительностью, ожидая когда окружающие наконец признают его несуществующую гениальность и значимость.
Ему хорошо.
Окружающим тяжело.
Сами, наверное, замечали, как неприятно и сложно общаться с людьми, которые неадекватно воспринимают действительность.
Они все вокруг видят по своему, у них непредсказуемая реакция на происходящее, и, самое главное, в их словах сквозит нескрываемая обида на окружающих, которые почему то упорно не хотят смиряться с их фантазиями".
Ренат Гарифзянов. «Откровения Ангелов-Хранителей. Как найти свою любовь»
Чем примитивней человек, тем больше он собой доволен
Потеряв всех родных, всех до единого, я будто заново родился, – рассказывал Инатими Ричарду своим неизменно тихим голосом. – Я стал новым человеком, потому что некому было напоминать мне, кем я был до сих пор
Чем дальше продвигается духовная эволюция человечества, тем более определенно мне представляется, что путь к истинной религиозности проходит не через страх жизни, страх смерти и слепую веру, но через стремление к рациональному знанию. В этом смысле я верю, что священник должен стать учителем, если он хочет оправдать свою высокую образовательную миссию.
Фильм всё упрощает, такова природа кино. Оно пишется широкими мазками, и с этим ничего не поделаешь
Прекрасная книга для майских праздников, чтобы отдохнуть и весело провести время.