Дом, не наполненный музыкой, - это смерть для музыканта.
Постоянная деградация человеческого мира неизбежна, ибо лучшие рождающиеся в нём существа мечтают лишь об одном - покинуть его безвозвратно. Игрок, понявший, что заведение жульничает всегда, встаёт из-за стола. Рано или поздно в человеческом мире остаются только тупо заблуждающиеся особи, подверженные самому убогому гипнозу. И не просто подверженные, а с радостью готовые передавать гипноз дальше...
Хорошая книжка делает своё дело, даже если её некому прочитать.
С человеком, который лжет так непринужденно, как Коринн, надо дружить. Пусть лучше лжет ради тебя, а не тебе.
Именно в это утро она впервые подумала, что, когда птицы громко поют, это, наверное, просто от радости.
Оттуда послышался голос – высокий, чистый женский голос, который произнес:
– Ой! – а потом совсем тихонько добавил: – Вашу мать. – И еще раз: – Ой…
Нахожу странным, что один человек любит меня за добро, которого я никогда не совершал, и столь многие ненавидят за лучший в моей жизни поступок
Пути Господни неисповедимы, но как же они справедливы!
Хорошие люди не делают меньше ошибок, просто они умеют извиняться.
Когда человек действительно особенный, ты понимаешь это быстрее, чем кажется возможным. Ты распознаешь это инстинктивно и начинаешь верить: что бы ни случилось, другого такого, как он, не будет.
" Главное, что на столе был тортик и сок. Остальное — сущие мелочи, недостойные её внимания. "
Эндокринологи не только поддерживали его экспедицию. Они аплодировали и его выступлениям, и напряженно ждали от него главного -материала для трансплантаций. И как только материал достиг пределов СССР, им уже не терпелось побыстрее осуществить омоложение кремлевских старцев и таким образом повысить свой научный статус. Их не волновали проблемы эволюции обезьян, их беспокоила собственная эволюция в коридорах советской власти. По этим гулким коридорам каждый день проносились целые стада Homo futuris'ов. И стать членом их краснознаменной популяции считалось величайшим подарком судьбы.
Но я убежден до глубины души, что дух противоречия принадлежит к извечным побуждающим началам в сердце человеческом — к неотторжимым, первозданным способностям, или чувствам, которые определяют самую природу Человека. Кому не случалось сотню раз совершить дурной или бессмысленный поступок безо всякой на то причины, лишь потому, что этого нельзя делать? И разве не испытываем мы, вопреки здравому смыслу, постоянного искушения нарушить Закон лишь потому, что это запрещено?
Если вам нечего делать, то не надо делать это здесь.
Когда культура и ценности слишком большого числа людей радикально отличаются от ваших собственных, доверие утрачивается.
— Да, время бежит незаметно, начинаешь стареть, — отозвалась Пеппи. — Осенью мне стукнет десять лет — лучшие годы уже позади!
Нет смысла спешить, если человек не знает, что должен делать, кроме как ходить туда-сюда.
Ее мать из рода Резерфордов. Семья прибыла в страну на ковчеге и связана узами брака с Генрихом VIII. Род по линии отца уходит корнями дальше Адама. На самой верхушке ее семейного древа пребывает недосягаемое племя обезьян с нежной, шелковистой шкуркой и безмерно длинными хвостами.
Мертвецам страх неведом? Вот уж не уверен…
Женщина теряет свою ценность пропорционально количеству покрывавших ее самцов. И это не опыт – это бл*дство и хождение по рукам.
«Сместить языковые понятия — Отрезать словесные линии — Отрезонировать туристов — Освободить входы и выходы — Бильярд увел улицы — Гибнет слово — Гибнет фото — Ворваться в Серую Комнату — Башни, открыть огонь»
Именно от таких нереальных явлений, сказал Альфонсо, от этих вспышек ирреального в реальном мире, от некоторых световых эффектов, наблюдаемых нами в природе или же в глазах любимого человека, и возгораются в нас глубочайшие чувства
Зло никогда не выглядит как зло. Оно всегда старается принять форму чего-то безобидного.
Может быть, впервые в этот день и в этот час Юрий Бойцов понял, как важно человеку знать то, что его окружает. Знать и понимать. И ясно себе представлять, как и что делается. Пусть даже кажется, что эти знания никогда не пригодятся и что они никому не нужны. Всегда может случиться так, что как раз они-то и пригодятся, как раз они-то и потребуются.
Он вернулся, закаленный в огне сделанного выбора, и в этом же огне сгорели все дедовы причуды. Все дедово безумие сгинуло навсегда и теперь уже не сможет снова воскреснуть в нем. Он спас себя от той судьбы, которую предвидел, стоя в гостиной учителева дома и глядя в глаза слабоумному мальчонке; предвидел, как будет тащиться вслед за кровоточащей вонючей безумной тенью Иисуса, не имея ни малейшего представления о том, что ему нужно.