В процессе сбора данных может возникнуть множество ошибок и перекосов, а это, в свою очередь, может привести миллионы людей к неправильным выводам.
Все духовные объекты, мерцающие сегодня в гуманитарной вселенной, сделаны из денег. И основной - вернее, единственный - вопрос философии звучит в наше время так: из чего сделаны деньги? Но философы умные ребята и молчат по этому поводу в тряпочку.
Смерть меняет и живых.
Конечно, родителем быть непросто. Но быть ребенком иногда намного труднее.
Люди, которые не пьют, не курят, никогда не матерятся и не говорят о сексе, вызывают у меня какие-то подозрения. Уверен, по ночам они разделывают трупы маленьких детей или еще что-то в этом роде.
Ждать - мучительно. Забывать - больно. Но горшее из страданий - не знать, какое решение принять.
Жінкам, які ігнорують межі статевих відмінностей, завжди на превелику силу доводилося завойовувати собі місце в історичних працях, але ніде цю межу не видно так виразно, як у питанні військових дій та застосування зброї.
Катастрофа, меня начальник убьет, ремней из спины нарежет. а из зубов сделает ожерелье и повесит на шею!
Добро должно быть с добротой.
– Красоту можно найти во всем и везде, не важно освещена она ярким светом или нет. Порой она скрыта, и чтобы увидеть, нужно закрыть глаза и посмотреть сердцем.
Фил хихикнул и Люк понял, что тот смотрит на Дома. Ему что, тоже влепить? Он пристально посмотрел на Фила.
- Но вас это очень волнует. Вас бесит, что я не сижу, погрязнув в долгах, с какой-нибудь унылой сукой на шее. Вместо этого вы пиарите свою жизнь, будто хотите, чтобы я вам завидовал. Кто хотел бы такого, парни? Посмотрите, вы выглядите, как старые пердуны. Вы оба. Жирные, седые, а вам еще сорока нет. Это семья с вами такое сделала? И брак? Я тоже должен к этому стремиться? Завидовать? А если нет, значит, я не в деле? Почему? Я скажу вам почему. Потому что я напоминаю вам о том, чего вы не можете делать. Да, не можете. Потому что вам никто не позволит.
За все свои потуги он получал считаные гроши да мелочь, а стало быть, жене и троим сыновьям бедный Айк Фергусон завещал лишь истории, какие рассказывал им о своих скитаниях юности. Если брать по крупному счету, истории, наверное, так же ценны, как деньги, а вот если по мелкому – имеются у них бесспорные ограничения.
– Ну а у тебя как дела? Обустроился тут? Какие планы на будущее?
– Да нормально все. Вот чуток учусь у Васы магии. Что дальше делать, пока не решил. Никто не выгоняет, но чувствую себя, как в болоте: затягивает потихоньку, и тепло вроде – нигде не давит, – но вниз засасывает.
Леон покивал:
– Мне знакомо это чувство. Оно возникает у людей с деятельной натурой или у тех, чья работа – постоянно что-то делать, путешествовать, сражаться. А ты такой?
— Почему у меня ощущение, что ты злишься, Патрик? — тихо спрашивает она и отпивает еще вина. — Может быть, потому что я злюсь, — цежу я сквозь зубы.
- А что, смерть заразная?
- Очень заразная, - ответил Джуд. - Сейчас настоящая эпидемия. Рано или поздно все ее подхватывают.
Эстетика гранджа нанесла непоправимый ущерб облику американского мужчины, зайка.
Да-да, временами Цурукава представлялся мне алхимиком, способным превратить свинец в чистое золото. Если я был негативом жизни, он был ее позитивом. Сколько раз с восхищением я наблюдал, как мои грязные, замутненные чувства, пройдя сквозь фильтр его души, выходили наружу чистыми и сияющими! Пока я пыхтел и заикался, он брал мои мысли, выворачивал их наизнанку и являл в таком виде миру. Благодаря поразительному этому превращению я постиг одну вещь: нет различия меж чувством наиблагороднейшим и наиподлейшим, эффект их один и тот же, и даже желание убить неотличимо от глубочайшего сострадания. Цурукава не поверил бы, даже если б я сумел ему все растолковать, но мне эта мысль явилась пугающим откровением. С помощью Цурукава я перестал бояться лицемерия - оно теперь представлялось мне грехом незначительным.
Лицо миссис Уэлч выражало угрозу близкой тошноты; Диксон ограничился милостивым кивком. (Где-то он читал, что успех делает человека кротким, терпимым и добродушным.)
Удивительно, как много не сказано, хотя мы постоянно говорим.
Миры существуют рядом, но повседневный хотя бы соблюдает правила. А тот, что за гранью, правил не знает – твоя жизнь для него столь же важна, как осенний листок в костре, как отражение стрекозы на водной глади, как прошлогодний билет в кино. Если забудешь об этом, если возомнишь себя бессмертным эльфом – что же, твои проблемы…
Рукоять меча держали другие — и они не расслышали слов кремлевского тирана, сказанных на одиннадцатый день войны тому самому народу, над которым он всласть наиздевался. А ведь, очухавшись, этот азиат сказал самое простое, гениальное, безотказное: «Братья и сестры!..» Может быть, потому не расслышали, что этими же словами так дешево бросался Гитлер; в устах угрюмого Иосифа Сталина они звучали весомей и обещали некую перемену. На самом же деле он ничего не обещал, не признал никаких своих преступлений и жестокостей, он только приспустил один флаг и поднял другой. Но и месяцы спустя Гитлер не заметил этой перемены флага — его разгневал наглый ноябрьский парад на Красной площади, но того, что он был обязан предугадать, он опять не расслышал, не внял речи, после которой ему противостояла уже не Совдепия с ее усилением и усилением классовой борьбы, противостояла Россия.
Он считал, что на пути к лучшей в мире женщине — той, что встречается б жизни лишь раз, — непременно стоит смерть. Это она зовет и притягивает друг к другу ничего не подозревающих влюбленных.
Если я когда-нибудь высплюсь, то этот день объявят национальным праздником. Будут пускать фейерверки, угощать всех пивом на главной площади и бурно делиться мнениями: выпадет ли еще на нынешний век такой дивный праздник.
Подумав- решайся . а решившись - не думай.
...теперь, когда он знал, что сын жив, он боялся встретиться с ним.
Он не видел его почти три года и боялся найти совсем другим. Война проложила пропасть между отцами и детьми, и трудно ее перейти. Сколько нужно мужества, чтобы обнять Эмилио и сказать: «Все мы так или иначе отвечаем за то, что было, и теперь должны постараться, чтоб никто ничего не забыл. Мирную жизнь надо отвоевывать каждый день, если хочешь быть ее достоин».