Зинаида Николаевна Гиппиус, новую власть ненавидевшая страстно, всеми фибрами своей души, желчно записала 5 июля в дневнике (с привычными преувеличениями): «На райскую нашу Совдепию апокалиптический ангел вылил еще одну чашу: у нас вспыхнула неистовая холера. В Петербурге уже было до 1000 заболеваний в день. Можно себе представить ярость большевиков! Явно, что холера контрреволюционна, а расстрелять ее нельзя».
Марри ушла, а я так и не могла прийти в себя. В душе бушевало столько разных эмоций , что выделить какую-то одну не представлялось возможным. И возмущение, и благодарность , и гнев, и признательность , и смех, и слезы. Невообразимый коктейль!
"Как утверждает Сергей Фрелих, представления Власова непосредственно о будущем России сводилтсь к следующим мыслям:
1. Прекращение всех боевых действий после свержения сталинского режима.
2. Перевод военной промышленности на производство ширпотреба, и в первую очередь сельскохозяйственных машин.
3. Свобода для всех.
4. Ликвидация ГПУ.
5. Свобода религий. Открытие церквей.
6. Амнистия для членов партии, которые не совершили преступлений против народа.
7. Освобождение всех политических заключенных и ссыльных.
8. Роспуск колхозов и совхозов.
9. Свобода торговли и ремесел.
10. Присоединение к свободной Европе."
Не сидите, как говорят Rooskies, arshin proglotiv, то есть осуществив введение в пищевод длинного и твердого измерительного инструмента в целях придания телу особо прямой осанки
Она обошла вокруг дерева, а Голди принюхалась, пытаясь напасть на след вонючего тролля.
– Ничего, – наконец сказала кошка.
Джесс залезла под куст, но и там не обнаружила никаких следов Драчуна и крольчонка.
– Как ты думаешь, он мог забрать Люси в наш мир? – спросила Джесс, отряхивая лосины от грязи.
Голди покачала головой.
– Я могу бывать в мире людей, ведь я там родилась. Для других животных он недоступен. Вы же единственные люди, у которых получилось увидеть Лес Дружбы. – На секунду кошка перестала хмуриться и улыбнулась девочкам. – Потому что любовь к животным делает вас особенными.
– Значит, Люси где-то в лесу, – решила Джесс. – Но где?
Лили присела на мягкий мох и задумалась. Белоснежные, как молоко, цветы-звёздочки кивали в такт тёплому ветру. Вдруг один из них стал серым, как тот цветок, который Гризельда превратила в пыль. Потом девочка увидела, как посерел ещё один белый бутон.
Удивительное дело, как много нам попадалось мужчин… И все, как на подбор, подтянутые, статные, симпатичные. И лица, облагороженные интеллектом, кажется…
мужчины часто хранят порочащие их доказательства исключительно из сентиментальных соображений.
"Смотреть на спящего человека,- думает Софи,- все равно что шнырять по чужому дому в отсутствии хозяина."
Не помню, что именно я читал тем вечером, – помню только, что во время чтения ее рассказ эхом отдавался в моем сознании. В этом рассказе отец беседовал с детьми, которые проводили летние каникулы за мучением животных. Он говорил детям, что есть черта, отделяющая убийство жука от убийства лягушки, и что эту черту нельзя переходить, даже если сдержаться невыносимо трудно.
Человеческий мозг – забавная штука. Он видит то, что ожидает увидеть.
Две важнейшие характеристики хорошего дизайна — это наглядность и понятность. Наглядность — реально ли разобраться, какие действия возможны, где и как эти действия можно осуществить? Понятность — как продукт должен использоваться? Что означают все эти регуляторы и настройки?
Грустят те, у кого слишком много свободного времени. Серьезно. Я не лицензированный психотерапевт, но обычно это означает, что у кого-то слишком много свободного времени.
Время замедляется всякий раз, стоит лишь покинуть привычное окружение и оторваться от ежедневной рутины.
— Моя! — с трудом прервав поцелуй, хрипло прошептало мое синеглазое наваждение.— Мой? — игриво поинтересовалась я в ответ.— Твой…— А доказательства?— А какие нужны? — с любопытством спросил тар, очерчивая пальцем контур моих губ.— Рука, сердце и роспись в брачных документах.— А как я смогу без руки и сердца расписаться? Вы нелогичны и непоследовательны, лия.— А вы возмутительны!— Но логичен.— Нахальны!— Но мил.— Бессовестны!— И очень… очень коварен!
И было в этом взгляде все: и горечь, и немой упрек (за что?), и нежность, и покрытая привкусом горечи благодарность. И отражение тихого «прости», и миллионы вариантов, которые могли бы случиться, но не случились, потому что для того, чтобы идти по одной дороге, люди должны держаться за руки. А мы все боялись… боялись сблизиться слишком сильно.
Зря боялись.
А теперь поздно.
Our potential is one thing. What we do with it is quite another.
После того как вернулись, видел лицо Чернецова — сосредоточенно, сдержанно-весело, — за преферансом сидит, а не в седле; после убийства человека. Далеко пойдет сотник Чернецов. Способный!
Если вы вцепитесь во что-то слишком сильно, оно может сломаться.
Если вы вцепитесь в кого-то слишком сильно, вы рискуете сломать этого человека. Вы ведь будете напрягать связующее звено до предела прочности.
Королевство Αтэя заботится о гостях, хотят они того или нет.
О правительственных концертах
Каждый раз в Большой театр съезжалась специальная высокопоставленная комиссия, главной целью которой было угадать, что может понравиться или не понравиться Сталину. Номера снимались или возвращались, пока чиновники не принимали соломоново решение: лучший вариант - повторить предыдущий, уже одобренный Сталиным концерт.
За нами – мучительное и ужасное прошлое. Перед нами – чистое, как белый лист бумаги, будущее.
Я больше не собираюсь оглядываться назад.
Европейцев часто называли «океанскими дьяволами», причем это прозвище сохранялось за ними до самого последнего времени. В буддийской религии демоны ада изображались с рыжими волосами и зелеными глазами. Неудивительно, что к европейцам относились как к представителям сатаны, ведь многие из них были блондинами со светлыми глазами.
—У нас есть прекрасный, развитый мозг. Мы изобретаем конструкции, которые умеют летать. Летать. Мы пишем стихи. Вероятно, ты ненавидишь поэзию, но сложно не согласиться с тем, что эта строчка прекрасна: «Сравню ли с летним днём твои черты? Но ты милей, умеренней и краше». Мы способны прожить великую жизнь. Способны творить великую историю. К чему делать окончательный выбор? К чему выбирать нечто практичное, прозаичное? Мы рождены для того, чтобы мечтать и воплощать свои мечты в жизнь.
– Вот кто я? Я есмь чёрт! – не спеша объяснял не особенно пьяный, но уже не такой уж трезвый Байстрюк. – Живу себе в Запорожской Сечи и души христианские на грех толкаю. Работа такая, шо робить? Но ежели я вас не хочу забить, ну не хочу, и всё?!! Запали вы мне у сердце! Мы ж з вами и горилку пили, и супротив ляха на шаблюках рубилися, и в пекле вы до меня в гости захаживали, як промежду добрых соседей водится.
Молодые люди молча кивнули. Верно, было, не сотрешь.
– Так и кто ж я теперича? Я чёрт али запорожец?! А може, я запорожский чёрт и на том стоять буду! Не позволю своих сотоварищей своей же рукою в могилу извести, нет на то моей козацкой воли и правды! И нехай они там в своей Раде на навоз изойдут…
– В пекле? – на всякий случай уточнил Николя.
– Та тьфу, не велика разница, – сплюнул Байстрюк
Зануда-библиотекарша была просто вне себя от волнения. Должно быть, ей не приходилось так сильно переживать с тех пор, как она впервые прочитала "Джейн Эйр".