— Посмотри на этот сад! — с воодушевлением начал художник. — Ты видишь в нем роскошные плоды, но не можешь насладиться их вкусом. Ты видишь диковинные цветы, но не можешь сорвать их. А если захочешь сделать это, они только больно уколют руки. Здесь все чарует глаза, и ничто не доступно для обладания… Жизнь — это тот же Золотой Сад…
Господи, что творят люди с наукой! Хватаются за нее, готовы поверить в любые научные открытия, в любые новинки - таблетки от того, от другого. Похудеть - таблетки, отрастить новые волосы - таблетки и так без конца. Верят во что угодно, как сумасшедшие.
Как хорошо известно всякому человеку, когда-либо изучавшему историю открытий, награда достается вовсе не тому, чья нога первой ступит на девственную почву новой земли, но тому, кто первым вернется домой. С ногой или без оной. Наличие всех конечностей — это уже дополнительный приз.
– Ты… приняла… дар…
При этом вид у Грехобора был такой, словно героическая стряпуха приняла кубок с ядом или, по меньшей мере, закон о массовых расстрелах.
Здоров, бабуля! Водички испить не найдется, а то так есть хочется, что даже заночевать негде.
Охотники были как мертвые: взгляды колючие, лица застывшие. И каждый в своем деле. Молчаливые, хуже покойников. Даже зверь дикий на человека больше похож, чем эти двое.
Не ошибается только тот, кто вообще ничего не делает.
На кладбище чаще оплакивает собственные ошибки и елы, чем память тех, кто спит тут мертвым сном.
Дом Неруды...на воротах объявление, что дом опечатан полицией, вход и фотосъемка запрещены.Карабинер, патрулировавший вокруг, выразился еще яснее: "Здесь запрещено все".
А как моя мама? Мне в который раз стало паскудно за свое поведение. В последний наш ночной разговор она спасла мне жизнь и теперь, наверное, безумно волнуется за меня. Наверняка пытается в истерике дозвониться до меня, а я. Я всю ночь и утро пьянствовал, читал какие-то блокноты, искал контактные линзы, делал все что угодно, только не нашел минутки, чтобы найти почту и позвонить маме. У меня возникло жгучее желание бросить все сейчас же к черту и побежать вниз с горы, найти телефон и прокричать маме, как я ее люблю и как мне плохо без нее. Самый любимый, самый хороший человек на земле сейчас страдает из-за меня, а я здесь непонятно что делаю. Я ускорил шаг и выпрямился. Мне теперь плевать стало, кого я здесь собирался встретить, теперь я спешил к ближайшему телефону позвонить маме.
Время – это волшебник, создающий иллюзию, В которой движение складывается из миллиарда отдельных кадров. Без времени мы бы застыли в моменте.
В каком моменте? - В каждом.
Разойдясь по кланам, они утратили общий язык, из людей вообще превратились в агрономов и математиков, биологов и юристов. Когда мы знакомимся с кем-то, нас интересуют прежде всего его специальность, вклад в науку или заслуги перед производством, а потом уже человеческие качества.
Вы недоумеваете: разве можно обойтись без специализации? Конечно, нет. Но одно дело разумный профессионализм и другое — тотальный. Человек не должен становиться придатком своей профессии. Профессия должна быть придатком человека.
Призраков прошлого надо оставить в прошлом.
Неужели у меня какие-то родственные связи с этим человеком? — удивился Бейнес. — Какое-то родство во всех отношениях? Значит, и у меня тоже такой же психический сдвиг? Мы живем в умственно неполноценном мире, у власти — безумцы. Как давно мы столкнулись с этим, осознали это? Сколько нас это понимают? Разумеется, Лотце не входит в это число. Пожалуй, если знаешь, что ты сумасшедший, то тогда ты еще не до конца сошел с ума. Или же к нам в конце концов возвращается рассудок, просыпаясь в нас. Скорее всего, пока еще совсем немногие осознают это, отдельные личности там и здесь. Но массы, что они думают? Неужели они воображают, что живут в психически нормальном мире? Или у них все-таки есть какие-то смутные догадки, проблески истины? Но, — думал он, — что же, собственно, обозначает это слово — безумие — юридически? Что я имею в виду? Я его чувствую, вижу его, но что же это такое? Это то, что они делают, это то, чем они являются. Это их духовная слепота, полное отсутствие знаний о других, полная неосознанность того, что они причиняют другим, непонимание разрушения, причиной которого они стали и являются сейчас. Что, они игнорируют реальность? Да. И не только это. Посмотрим на их планы. Завоевание космоса и планет, такое же, как Африки, как Европы. Их не интересует ни какой-то человек здесь, ни какой-то ребенок там. Только абстракции будоражат их: народ, земля, расовая чистота, — Фольк, Ланд, Блут, Эрде. Абстрактное для них реально, реальность невидима. Это их чувство пространства и времени. Они глядят сквозь настоящий момент, сквозь окружающую действительность в лежащую вне ее черную бездну неизменного. И это имеет самые роковые последствия для живущих. Так как совсем скоро они перестанут существовать. Когда-то во всем космосе были лишь одни частички пыли, горячие пары водорода и ничего более, а скоро снова наступит такое же состояние. Мы — это только промежуток между двумя этими состояниями. Космический процесс убыстряется, сокращая жизнь, превращая живую материю снова в гранит, в метан. Колесо его не остановить. Все остальное преходяще. И эти безумцы стараются соответствовать этому граниту, этой пыли, этому страстному стремлению к мертвой материи. Они хотят помочь Природе. И я знаю, почему: они хотят быть движущей силой, а не жертвами истории. Они отождествляют свое могущество со всемогуществом Бога и верят в собственную богоподобность. И это главное их безумие. Они одержимы какой-то одной идеей, архетипической идеей. Их эгоизм настолько разросся, что они уже не понимают, откуда они начали, что они вовсе не боги. Это не высокомерие, не гордыня, это раздувание своего «я» до крайнего его предела, когда уже нет разницы между теми, кто поклоняется, и теми, кому поклоняются. Не человек съел Бога, это Бог пожрал человека. Чего они не могут уразуметь, так это беспомощности человека. Я слаб, я мал. Вселенной нет до меня никакого дела. Она не замечает меня. Я продолжаю вести незаметную жизнь. Но почему это плохо? Разве это не лучше? Кого боги замечают, тех они уничтожают. Будь невелик — и ты избежишь ревности сильных.
У Кушнера есть стихи о том, что ни один взрослый смельчак не вынесет такого страха, который ребенок выдерживает во время контрольной. Детство – огромное увеличительное стекло. У детства глаза велики.
" ...Вежливость не в ладу с правдивостью. Из вежливости стало быть, можно поступаться правдивостью..."
Принять на себя ответственность за свои решения - это значит быть готовым умереть за них.
Рахитичный, тупой, но сильный и ловкий. Неплохое сочетание для начала игры за чародея. Хуже не бывает.
Не все опытные наблюдатели способны излагать факты с логической последовательностью.
Он сел обратно, посмотрел в сторону и взъерошил волосы, которые, впрочем, тут же улеглись в привычном правильном порядке. Даже волосы у него послушные и воспитанные.
Мужчина должен хорошо изучить женщину, прежде чем открыться ей в чувствах и мыслях, не приукрашая их. Ребяческие выходки вызывают улыбку нежной и великодушной возлюбленной, и она все понимает; но иная, в ветреном своем тщеславии, не простит любовнику ребячливости, легкомыслия или мелочности. Многие женщины чересчур преувеличивают свои чувства и желают из кумира создать бога; между тем как другие, любящие мужчину более из любви к нему, нежли из любви к себе, равно обожают и его слабости и его достоинства.
– Сначала нужно внимательно выяснить все обстоятельства, а потом делать выводы.
Есть одно странное противоречие: в своем отношении к космосу человечество демонстрирует удивительную наивность. На Земле, вступая на новый континент, люди не задумываясь уничтожали существующие там цивилизации при помощи войн или болезней. А обращая свой взгляд к звездам, мы впадаем в сентиментальность и верим, что если там где-то есть разумные существа, то их цивилизации живут, руководствуясь универсальными, благородными нравственными законами. Мы почему-то полагаем, что ценить и лелеять иные формы жизни — это нечто само собой разумеющееся, часть всеобщего кодекса поведения..
Я полагаю, что следует вести себя противоположным образом. Надо обратить доброжелательность, которую мы выказываем звездам, на собратьев по расе здесь, на Земле, выстраивать доверие и понимание между разными народами и цивилизациями, составляющими человечество. Но в отношении космического пространства за пределами Солнечной системы следует быть постоянно настороже, быть готовыми к тому, что у Иных будут самые злостные намерения. Для такой хрупкой цивилизации, как наша, это наиболее ответственный путь.
Делай что должно, и пусть случиться, что суждено...
Хайс не согласился:
- Почему все начинают вставать на дыбы при одном лишь намеке на управление поведением? Вас уже программируют разными методами - от рекламы до кинофильмов. Программирование мышления - часть современного общества. Как говорит китайская пословица, вы насмехаетесь над отступившими на сто шагов, кода сами отступили на пятьдесят.