Женщина - не женщина, а бабища - из Отто получилась такая, что я бы без единого сомнения доверила такой дуэнье своего ребенка. Или двух.
Выглядела она так, словно некие боги задумали создать безупречное тело, а потом слишком устали, чтобы вложить в него достойную душу.
— Идиотка, — мрачно сообщил муж, раздвинув ветки над головой.
«И тебе не хворать», — ответила про себя Марина.
— Какого шортаса ты оказалась в Нечистом лесу?! Шею захотела свернуть?!
— Почему нет, — была бы возможность, Марина обязательно пожала бы плечами, но не в таком положении, — может, тогда домой вернусь.
-Всё будет хорошо,-шепнул мальчишка,тем не менее хватаясь за сердце и вжимая голову в плечи.Если он хотел меня успокоить-получилось очень плохо.
Каждый из нас с малых лет вцепляется в какую-нибудь частичку своего Я, которая им выбрана, выучена, получила признание окружающих, и вот мы холим ее, лелеем, совершенствуем, души в ней не чаем; так что каждый из нас - частица, притязающая на полноту, жалкий обрубок, выдающий себя за целое.
Его сильные руки обхватывают ее и вытаскивают наружу. Они стирают слезы с ее щек, гладят, успокаивают. А его горячие губы согревают ее губы.
Они снова вместе.
Она снова жива.
Мир - прекрасен.
А некоторые идиоты совершенно зря оскверняют его своим присутствием.
Так называемое становление человеческого характера для своего завершения, несомненно, требует объективных условий, но если нет внутренних условий, то все объективные насмарку.
Восставший может уйти в бездну, а опустившийся в бездну может вновь восстать. Воплощение вселенской мерзости спит в глубине, ожидая своего часа, а смрад гниения расползается над гибнущими городами людей. Настанет время – но я не должен и не могу думать об этом! Молю об одном – коль мне не суждено будет пережить эту рукопись, пусть мои душеприказчики не совершат безрассудства и не дадут другим людям ее прочесть.
«Не уверен — не засовывай, не спустил — не вынимай!» — гласит старое правило, предостерегающее как от ошибочной установки трубки в пищевод вместо трахеи, так и от поспешного извлечения ее без спуска воздуха в фиксирующей манжете.
– Как ты думаешь, он способен нарушить слово?
– Почему бы нет? – вскинулась девушка.
– А клятву, данную себе на пороге смерти? Когда душа пуста, когда сердце сгорело дотла, когда тело рвётся пополам, не хочется жить, а единственное твоё желание – это покой, в котором больше нет этой боли? И в котором тебя уже не терзают воспоминания? Думаешь, так просто пережить Эиталле? Думаешь, он легко перенёс потерю любимой? Полагаешь, он мог бы лгать, видя перед собой её окровавленное тело и понимая, что это по его вине она так жутко погибала? Мог бы не исполнить данную на ЕЁ крови клятву?!
Все хорошее надо делать втихаря от очень умных и особенно от очень хороших людей
...холодный рассудок щедрому сердцу не указ.
Обольщение - наша суть. Соблазнение - вторая натура. А постель - это поле боя, на котором мы раз за разом должны безоговорочно побеждать.
Человеческая мысль — величайшая сила, или, как это там, Качинский, сказано у Аррениуса?..
«Самый великий источник энергии это — человеческая мысль… Электромагнитные колебания, которые возникают в клеточках человеческого мозга, — это величайшая сила, которая владеет миром».
— Видите, какое могучее оружие заключено в нашем мозгу! — сказал Дугов.
Я очень нуждаюсь в нежном прикосновении женских рук и женских губ.
Экзамены для меня – как эшафот для бессмертного. Убить не убьет, но по шее бьет больно.
Реставрация – всегда чуть-чуть помесь Диснейленда с кладбищенским памятником.
Ведь всё равно, чем дальше, чем взрослее становится человек, тем меньше можно и нужно его контролировать.
Иногда линию поведения диктуют именно обстоятельства, не спрашивая нашего желания. И только мы решаем — поддаться и смириться, либо бороться и выйти победителем.
Музыка и танец — вот что ближе всего к настоящему искусству, но и то лишь до тех пор, пока они живут сами по себе, а не на пленке. Ноты — это еще не музыка, а всего лишь мертвые чернильные жучки на белом листе. Хореография — только план танца, а не сам танец.
– Внутри каждой палочки находится мощная магическая субстанция, мистер Поттер, – пояснял старичок, проводя свои измерения. – Это может быть шерсть единорога, перо из хвоста феникса или высушенное сердце дракона. Каждая палочка фирмы «Олливандер» индивидуальна, двух похожих не бывает, как не бывает двух абсолютно похожих единорогов, драконов или фениксов. И конечно, вы никогда не достигнете хороших результатов, если будет пользоваться чужой палочкой.
и даже эта задавака Кейт Миддлтон, которая до сих пор упрямо уверяет всех, что непременно выйдет замуж за принца, даже она прикусила бы язык
Отрывок из книги «История магии» Батильды Бэгшот
В Средние века люди, в чьих жилах нет волшебной крови (более известные как маглы, или простецы), очень боялись колдовства, но отличать настоящих ведьм и колдунов не умели. Иногда им все же удавалось поймать волшебника, но простецы не знали, что волшебникам огонь не страшен: они умели замораживать огонь и притворяться, что им очень больно. На самом же деле они испытывали не боль, а лишь приятное покалывание по всему телу и теплое дуновение воздуха. Так, Венделина Странная очень любила «гореть» на костре. И чтобы испытать это ни с чем не сравнимое удовольствие, сорок семь раз меняла обличье и предавала себя в руки маглов.
Никакие сюрпризы не ожидают человека, который два года как женат и живет в дешевой квартире.