принц возлежал на кровати. Да-да, он самым что ни на есть наглым образом валялся поверх одеяла и даже не подумал принять более пристойное положение при моём появлении! Далее, одет его высочество тоже был не вполне цивилизованно. Начать с того, что он был разут. Брюки, по счастью, присутствовали, зато рубашка не была в них заправлена, что являлось грубым нарушением приличий. В придачу на ней была расстёгнута добрая половина пуговиц, открывая вид на грудь и частично — плечи принца.
— Ты не могла бы подойти на минутку? — с ленцой в голосе обратился он ко мне.
Чувствуя, что нечто определённо идёт не так, ибо подобное поведение совершенно не свойственно Орвину, я всё же приблизилась. Приподнявшись на локте, принц схватился за моё кольцо, то самое, крупное, в котором скрывалось небольшое зеркальце, и стянул его с моего пальца. Это было уже слишком.
— Ты говорила, чтобы я не приходил к тебе в парадной одежде, не вставал на колени и не надевал на палец кольцо, — напомнил он. — Я поступил с точностью до наоборот. Не пришёл, а вызвал тебя к себе. Оделся не в парадное, а — ну, в общем, сама видишь. Не встал на колени, а разлёгся на кровати. Не подарил кольцо, а стащил твоё. Теперь ты выйдешь за меня замуж?
Говорят, в древности, на Земле, кочевые племена привязывали приговоренного за руки, за ноги к лошадям, а тех направляли в разные стороны. В результате преступника просто разрывало. Именно благодаря этой казни, родилось выражение "послать на четыре стороны". Вот и мне хотелось послать, причем именно тем, исторически верным способом.
Аня радостно улыбнулась и потянулась к собакам.
- Ваш хозяин самодур, - смешно выпячивая губы дудочкой, покривлялась она.
- Я всё слышу! - донеслось из глубины дома.
- Ваш хозяин слышащий самодур, - ничуть не смутилась она...
Когда с рождения живешь с отличным слухом, учишься честности. Либо говоришь все, что хочешь, чтобы услышали другие, либо держишь свои мысли при себе.
Ты имеешь надо мной власть. Ты — моя слабость. Я не могу отпустить тебя, сколько раз не пытался. Не могу забыть. Убеги ты от меня на край света, я нашел бы тебя по следам. Так может, хватит этому сопротивляться?
— Почему ты дал себя ударить?
— Потому что тебе это было нужно.
— Какого беса тебе весело?
— Ты великолепна! — говорит он, приподнимаясь на локтях.
— Как это понимать?
— Когда злишься, ты превращаешься в настоящую волчицу.
— Я не волчица!
— По поведению и не скажешь.
— Ты надрываешь спину?!
— Нет, ты почти ничего не весишь. Тебе нужно больше есть.
— С этого дня ем столько, чтобы ты точно спину надорвал, когда в следующий раз решишь таскать меня на руках.
— Не настолько больше.
— Милая, скажи мне честно — сколько у тебя было мужчин?
Верея растерянно захлопала глазами и побледнела.
— Один, — неуверенно протянула она.
— Когда?
— Минут десять назад…
— Ваше сиятельство, я вчера и сегодня утром долго думала.
— Мне уже страшно.
— Шеф, нам с вами нужна любовница.
Обиды нельзя копить,они отравляют сердце.
Но уж если я что и извлёк из жизни после пятнадцати лет варки в большом бизнесе, так это то, что никогда не нужно останавливаться на достигнутом.
Ну, какой азарт, если любая даст? Любая, кроме Любы, ералаш, мать вашу.
— Красиво то как, — сказала гренадерша Клава и всхлипнула. — Как в кино.
Ага, только в кино все по хорошему заканчивается, если фильм хороший… а у нас тут триллер с эротическим уклоном
— Неудивительно, что мужика нет! Ни рожи, ни кожи! Я в твои годы куда справнее была, а ведь на овощебазе горбатилась, трое детей и муж алкоголик!
— Ну и зачем мне нужен алкоголик? — попыталась урезонить бабушку.
Не тут то было.
— Чтобы был!
Но вот тебе мой совет — не пропадай на работе, вместе с тобой пропадает жизнь.
Я ненавижу, когда люди так со мной говорят. С жалостью, нежностью. Мне проще огрызаться и шипеть в ответ, а столкнувшись с заботой, я теряюсь и превращаюсь в маленькую девочку, готовую прятаться в объятиях первого встречного.
Только вот беситься, наверное, невозможно, если желаешь счастья. Это все равно, что злиться на сестру, которая выходит замуж или на сына, который поступил в университет мечты. Ничего общего с искренностью не имеет.
Голод и жизненная неопределенность делает из меня психа.
Не знаю почему, но я всегда находила насекомых завораживающими. Думаю, дело в том, что их на планете гораздо больше, чем людей. Планета принадлежит им, а мы знаем о них всего ничего.
...ярлыки не стоят даже того, чтобы ими подтереться.
Да, я - альпинист, инженер, меломан, турист. Но я не только все вышеперечисленное, я еще и человек, который обогащает жизни других людей и чья жизнь обогащена другими людьми - теми, кому я это позволяю.
Эй, погоди! В каком кастюме будешь? Спросила Сабрина Суприз, ответила. Карли Бет повесила трубку.
Оставлять мыслящих людей в рядах экипажа – означает сеять ересь…