— Провоцируешь?
Ответ? Шикарен, я считаю:
— Нет. Просто хочу довести наше знакомство до логического конца.
«Слонику» стало немного обидно — уж как, а логическим его ещё не называли.
Моя старшая кузина Барлин всегда считала, что когда мужчина не способен любить женщину, он начинает любить что попало: родину, императора, защиту от темных сил, пирожки с мясом… Α в том, что знатная сердцеедка и кокетка Бар разбиралась преотлично в существах, которые когда-то вылезли из женщины и до самой смерти стремятся залезть в нее обратно, сомневаться не приходилось.
После пятьдесят седьмой овцы я всё ещё чувствовала себя как морская свинка на кофеине.
Ты для меня самый лучший. Не вопреки твоим ошибкам, а со всеми твоими ошибками.
- Приятно знать, что тебя можно подкупить.
- Ага. Вообще-то кофе всегда срабатывает, - серьезно объяснила я, спускаясь по ступеням. - Но шоколад тоже у меня в фаворитах.
Ничто не происходит без причины. Судьба - художник, который создаёт свои шедевры терпеливо и изысканно.
Политика - это ничто иное, как игра. Бесконечная игра за власть и влияние.
И, в конце концов, добравшись до места, не жрамши и спавши на песке, героиня обязательно потрясет своей красотой местного героя, какого-нибудь начальника экспедиции или главного археолога. Обязательно молодого и столь же прекрасного что в анфас, что в профиль. И этой же ночью, не испытывая дискомфорта, героиня предастся бурной страсти на толстом тканом коврике под звездами. А читателя обломают как раз в тот миг, когда любовники, сжигаемые страстью, сольются в поцелуе. И никто так и не узнает ни про неудобства жесткой подстилки, ни про песок во всех мыслимых и немыслимых местах, ни про холод ночи – ведь это невозможные подробности для книги с погонями, интригами, тайнами и большой и вечной любовью.
Тот, кто не ценит чужую жизнь, не в праве бояться за свою.
— Дана, пойдем, пусть блудный сын воссоединится с матерью, – шепнул Дэн.
Я перехватила сковородку и так же тихо прошептала:
— Пусть они воссоединяются подконтрольно! Скоро очередная квартплата, и если Шмулик свинтит, то я всю сумму не потяну…
От моей практичности закашлялись и Дэн, и Шмулик.
У цьому й полягає суть брехні: вона зобов‘язує. Збрехавши один раз, мусиш триматися своєї легенди до кінця.
Великой критики не случится, если у критика отсутствует великая ущербность. Они были сплошь тяжелоранеными культуры - все те, кто в великом стремлении найти какое-нибудь исцеляющее средство, продолжали вертеть колесо критики.
Ей казалось, что если она ест на ужин то, что предназначено для завтрака, то нарушает правила и становится независимой и храброй.
Отец как–то сказал, что в человеке есть всё, в каждом человеке. Каждый из нас способен сделать практически всё, просто люди не знают об этом. Нужно лишь прислушаться к себе. Прислушаться не к тому, что тебе говорит разум, подёрнутый страхом, сотней различных желаний и некоей логикой, рождённой мнением окружающих тебя…
Друиды обыкновенно не принимают участия в войне и не платят податей наравне с другими [они вообще свободны от военной службы и от всех других повинностей]. Вследствие таких преимуществ многие отчасти сами поступают к ним в науку, отчасти их посылают родители и родственники. Там, говорят, они учат наизусть множество…
- Я понимаю. Но все равно спасибо, ваше императорское высочество. - За что? - За мечту. - Ну… Тогда пожалуйста, - отозвался я.
Таковы нравы «Лесной рощи». Одно неверное движение, и для местных жителей ты умер
Нет такого волка, что не смог бы приручить человека».
Иногда хочется сделать сюжет, который немножко пугает тебя самого – это хорошо. Это значит, что ты подгоняешь себя, стараешься выбраться из зоны комфорта.
В конце концов, зачем нужны власть и деньги, если нельзя послать всех нах*й, когда хочется?
...человек, не взирая на эволюцию, все то же животное, присыпанное красивой пудрой социальных норм.
Мама права: мужиков надо убивать, как только бахнул кризис среднего возраста, иначе они убьют вашу нервную систему.
Это другие люди. С другой планеты. Иная форма жизни, основанная не на углероде, а, например, на кремнии. И этические нормы — если таковые имеются — у них совершенно другие. И ему их не понять.
— Вот Тюлька твоя такая же сотона упертая, как ты! Весь матч терпела, хотя там уж схватки вовсю. Ну а как выиграли вы — заорала. Аркадий орет. Левка орет. Тюлька орет. Они-то перестали потом, а она все орет. А чего не орать, если парень-то уже почти наружи? Устроила мне аттракцион под названием «роды на дому».
Не опускай руки, что бы с тобой ни случилось. Никогда