Они очень гордятся тем фактом, что никогда не разлучались больше чем на сутки, за исключением тех дней, которые мама провела в клинике, рожая нас. Люди затем и вступают в брак, чтобы быть вместе, разве нет?
Если предупредить человека, чтобы он чего-то не делал, обычно получается, что ровно это он и сделает.
Почему нельзя быть хорошим человеком не потому, что иначе тебя накажут, а потому, что ты просто хочешь быть хорошим человеком?
Ни успех, ни благополучие не являются достижением каждого отдельного человека: всегда есть другие, менее заметные, окружающие. Те, кто способствовал, подставил плечо.
Есть победители, знаменитые и блестящие триумфаторы, а есть те, кто им помогал. Их имена никому не известны. Их забывают, про них не сочиняют песен и легенд.
Помните: никакой великий подвиг не вершится в одиночестве.
Плохим манерам потакать нельзя, нужно давать отпор, вежливо, но твердо.
She and I had both worked as baristas, and shared the same contempt for people who ordered nonfat no-foam decaf like it was a sacrament. "Like, what is the actual point? Everything that is delicious in the drink is gone."
- Спасибо.
- Не за что, - он резко повернул голову, пугающим до сих слишком стремительным жестом, улыбнулся мне и добавил: - Не справишься с миссией - возьму тебя в наложницы. И во всех позах оторвусь за все эти трое адовых суток.
После чего вернулся к ужину, оставив меня в догадках на счет - это сейчас серьезно было или очередная шутка в энерийском стиле?
- Я надеюсь это сейчас была шутка? – нервно поинтересовалась в итоге, у с аппетитом ужинающего сахира.
- Надейся, - милостиво разрешили мне.
Например, мы можем воплощаться за дни лишь ограниченные времена. Мы предпочитаем сомнительные ночные часы, поэтому стараемся принимать формы на часы с половин вторых. Заниматься сим в светлые часы для нас утомительно. Все остальные времена без воплощений отдыхаем тамотут, как бесформенные идеи. Как филины на чердаках. Затем, у нас такие конституции, что мы не можем пойти туда, куда нас не приглашают. Однако вы, судари наши, открыли крышки и принесли эти погремушки, потому мы и смогли войти в сии дома.
— Тоже мне, маньяк, — фыркнула, слегка покраснев. — Мог и воспользоваться невинной девушкой, так некстати оказавшейся у постели второй раз. Второй раз! И вообще, не маленький уже, пора бы знать основы! Если дама не убегает и не лягается копытами, когда к ней недвусмысленно пристает мужчина, значит, она как минимум — не лошадь, а как максимум — он ей тоже понравится!
Фыркнула еще раз.
— Что за недогадливые маньяки пошли…
Вероятно, умом мисс Саксон была столь же тверда и вынослива, как телом. Но это не значило, что она чувствовала меньше, раз могла вытерпеть больше.
К пониманию нельзя принудить.
Конечно, между нами все кончено. Но Майка, по-видимому, этого не знала. То есть не знала, что между нами все кончено. Действительно, откуда ей это знать? Я ей не говорил, а сама она могла не догадаться
наука - это защитная система общества, она придумывает, как спасать нас от голода, болезней, бедности, зимы и вселенской скорби
Этот выигрыш все исправил. Он покрывал все прошлые ошибки и все будущие, которые еще произойдут в моей жизни.
Преступление из благих побуждений остается преступлением.
...мужчины с мягкими голосами не убивают, они умные. Творимое ими насилие не оставляет видимых следов.
Самое лучшее, что вы можете сделать для близких, - остаться живой и здоровой.
Любое неприятное дело, отложенное до завтра, на следующий день начинает казаться вовсе не нужным.
Внешний и внутренний облик человека неразрывно связаны между собой! У красавчика, которым все с пелёнок восхищаются, формируется совсем другая душа, чем у человека незаметного и невзрачного.
В то же время папа страдал: во время рыбалки он жалел, что не фотографирует, а когда фотографировал, жалел, что не рыбачит. В день, когда он фотографировал рыбалку на мушку, он ликовал как мужчина, которому удалось подружить жену и любовницу.
Впервые в жизни Света чувствовала бешеную, беспредельную страсть. Внизу живота выстукивало будто второе сердце - главное сердце. Этой страстью была ненависть.
Никого не интересует чужое горе, ведь история у всех одна и та же.
... мусор действительно старается заполнить любое свободное пространство.
-Ой, бли-и-ин,- схватилась Ася за голову. - Гелька, мне не нравится выражение твоего лица. После него обычно начинается такой треш, что врачи дурки заранее заводят на нас карточки.
Но ничего не произошло. Не было больше ни слез, ни криков, ни причитаний. Словно искра жизни покинула Ленор вместе с ее сестрами, оставив лишь пустую оболочку. Она засыпала и просыпалась, ела и купалась, но была где-то не здесь. Она молчала, даже когда я ложилась спать с ней в обнимку: я просто не могла оставить ее одну, ведь ее душа болела в десятки тысяч раз сильнее моей. Наблюдать такую отстраненную, молчаливую скорбь оказалось совершенно невыносимо.