Впрочем, что - животные! Русские гораздо омерзительнее. Под Херсоном осколком артиллерийского снаряда была убита собака командира разведывательного батальона лейбштандарта СС штурмбаннфюрера Мейера. За свою собаку Мейер отомстил как за истинного арийца: согнал свыше тридцати местных жителей на площадь и лично расстрелял их. Разве собака арийца не ценнее русских свиней?
Когда мы несчастны, мы сильнее чувствуем несчастье других.
Большинство преступлений абсурдно, так как достаточно пустяка, чтобы заставить человека совершить их.
Не знала Дороти, что деликатная манера речи, столь гибельная в поисках места прислуги, для нищенского ремесла бесценный дар.
Человеческий дух давно перервал живую пуповину, соединявшую его со вселенной. Теперь земля и небо стали для него лишь зеркалами, в которых он видел одного себя. Конечно, ему и бог понадобился новый. Один, как один во вселенной сам новый человек.
Отсутствие любви - это тоже жестокое обращение.
И я убеждена – это одна из главных причин того, что мои дети выросли хорошими: кто-то нуждался в них.
Почему-то широко распространена иллюзия, будто свобода является исключительной привилегией какой-либо одной национальности. Доктор Жерар знал, что никакая нация, никакая страна или отдельный индивид не могут счесть себя на практике вполне свободными. Но ему было известно и то, что существуют различные степени рабства.
Вор украл у вора. И ограбленный вор был теперь страшно возмущён несправедливостью мира.
Он здесь, и я люблю его. Вот и все.
Мы живем во времена высоких фарсов и низких комедий; наши картинные галереи, как и парламент, переполнены отбросами, а протестные настроения сегодняшней молодежи выражаются, по большей части, в том, чтобы заказать капуччино без шоколадной крошки. В наши дни путь, который напрямик ведет к двери в спальню, скорее всего, будет найден в результате веселого вечера, проведенного в баре, в тепле и комфорте, в интимной обстановке, причем потенциальные любовники будут одеты в заурядные поношенные джинсы и старые добрые пиджаки. Мир перевернулся вверх тормашки…
При все моем сожалении, боюсь, современное соблазнение связано уже не с песнями или сонетами; оно ассоциируется со смехом и забвением.Плюс к этому, после возни, которой заканчивается уединенный ужин, цыпочки обычно предпочитают, чтобы при следующей встрече вы хотя бы сделали вид, что все в порядке.
Шуленбург с потеплевшим взглядом представлял собой довольно странное зрелище. Как если бы рыцарский доспех из старого замка, звякнув, коротко выдал коленце «Барыни-сударыни».
"Ты- не человек, и вокруг тебя- не люди!" "Слушать надо только начальство и не думать, исполняя команду!" "Меньше думаешь- лучше живешь!"
Такие "максимы" вливаются в головы 18-25-летних арестантов. В результате доля возвращающихся назад, в тюрьму, чудовищна. Те, кто остается в нормальной жизни, делают это не благодаря, а вопреки.
надо иногда менять что-нибудь. Слишком многое мы принимаем как должное, в том числе и друг друга.
Уильям Берроуз был одновременно стар и молод. Немножко шериф, немножко сыщик. И с головы до пят — писатель. У него был шкаф с лекарствами, который он держал на замке, но если тебя мучила боль, он отпирал дверцу. Не мог видеть страдания людей, которые были ему симпатичны. Если ты заболевал, он приходил тебя накормить. Стучался в твою дверь, приносил рыбину, завернутую в газету, и собственноручно ее жарил. От девушек он, казалось, отгораживался неприступной стеной, но я все равно его любила.В "Бункере" он жил точно в походе: всех вещей — пишущая машинка, дробовик да пальто. Время от времени он надевал свое пальто, шел горделивой походкой послушать нас, занимал свое место за столиком у самой сцены, который мы для него специально придерживали. Часто ему составлял компанию Роберт в кожаной куртке. Вылитые ковбой Джонни и его конь.
Деньги, прибыль, доход, вот что всегда мотивирует людей.
Предложи им то, что они хотят иметь, но не просто так, получи что-то взамен.
Мы все потерялись, все вместе — все люди. В этих спутанных тропах, в петлях дорог. Мимолётные встречи и расставания, уже навсегда. Чужие, вечно чужие друг другу
"Жизнь — бесценный дар, миссис Крейг. Цените каждую секунду, которую вы проведете с вашим малышом. Другой такой любви у вас никогда не будет" (с.)
«Прикажу подать нам ужин, — я обернулась и посмотрела на мужчину, который провожал меня заинтересованным, плотоядным взглядом. — Не знаю, как ты, а я голодна, как стая вервольфов».
Габриль кашлянул.
– Может, я и стар, но я не слеп. Похоже, я здесь третий лишний.
Тяжелая рука легла на плечо Лорелее.
– Смотрите, не засиживайтесь допоздна, а главное, не делайте такого, о чем нельзя было бы мне рассказать поутру.
Лорелея высвободилась из объятий Кэля.
– Я правильно поняла – ты уходишь, Габриль? Ты оставляешь нас наедине?
– Хочешь, чтобы я остался?
«Святое Небо! Конечно, нет!»
– Нет! В смысле, я хотела сказать… с нами ничего не случится. Мы просто поболтаем, и всё.
Габриль усмехнулся.
– Вот-вот. Поболтаем. В мое время парни и девчонки тоже именно так это называли.
Тот беззаконен, безроден, скиталец бездомный на свете, Кто междоусобную брань, человекам ужасную, любит!
— Смерть забирает у мужа то, что он хотел бы удержать, — ответил мотылек, — и оставляет то, что он охотно бы потерял. Дуй, ветер, дуй, пусть лопнут щеки. Я грею руки у пламени бытия, и это меня утешает. — Он темнел на кончике ее рога, как кусочек сумерек.
Мальчики никогда не взрослеют, только игрушки становятся дороже и опасней.
Терпение есть столь же страшное оружие, как и свирепость. На деле — страшнее, потому как мало кто им обладает.
Расположенные в Центральном Иране пустыни Даште Кевир и Даште Лут - это знойные, засушливые пустоши. Проживающая там крошечная популяция людей поддерживает своё скудное существование благодаря применению высокоразвитой системы ведения сельского хозяйства на основе многокилометровых подземных оросительных каналов, которые используются уже тысячи лет. Жители городов, таких как Йезд, спасаются от дневной жары в подземных помещениях: с помощью длинных труб туда направляются потоки охлаждюащего воздуха, постоянный рёв которого слышен на расстоянии нескольких миль. Невозможно представить, что кто-то смог бы долго существовать в этом суровом климате, не приспособив соответственно образ жизни. Охота и собирательство здесь невозможны - по крайней мере, в настоящее время.