Он надеялся, что эта посудина крепкая, ведь они направляются в морское никуда.
Кто испытал привязанность к верной и умной собаке, тому нет нужды объяснять, какой горячей благодарностью платит она за это.
За не такие уж смертельные деньги специальный дизайнер создаст тебе уникальную внешность и подберет гармонирующий гардероб. Плевать, что в реале ты прыщавая толстуха в сто сорок пять кило с физиономией дойной коровы, на которую не клюнет даже самый запущенный девственник. Здесь, во Втором Мире, ты можешь стать первой дамой полусвета. Блистать ярче всех, со смехом выбрасывать в окно дорогие подарки, придирчиво выбирать кавалеров из обширного списка в то время как в твоих покоях моют полы дорогим шампанским.
Иногда лошади вызывают большую симпатию, чем люди.
... свое отбытие тот хотел произвести в обстановке строгой секретности, но то, что знает мажордом, во время любовных игр становится известно и кухарке. От нее, тем же путем, конюху. Тот ночью в постели на ушко поведает секрет служанке. Она между делом, тоже ночной порой, проболтается кучеру. У того найдется хорошая знакомая среди городских белошвеек, клиентками которых являются все знатные дамы города. И потому в конечном итоге на причале нас провожала целая куча народа. Не хватало разве что оркестра.
Есть в жизни случаи, когда ради сохранения дружбы можно немного поступиться своей честью.
— Угу… Слушай… а что за знаменитый Трубный Монстр?
— Страшилка, оказавшаяся правдой, — хмыкнул я, стягивая куртку и оставаясь в одной футболке.
— Расскажи, — попросила девушка, укладывая на скрещенные ноги винтовку и со щелчком отсоединяя магазин.
— И я послушаю! — прогудел подошедший крепыш Виктор, с шумом плюхаясь на землю и поднимая облачко пыли. — Люблю про монстров слушать!
— Ладно, — выдержав паузу, согласился я. — Расскажу. Хотя история обычная. Есть у нас за городом недостроенная теплотрасса. И вот в ней жил-поживал и горя не знал очень большой и жирный заглот. Ползал себе в трубе туда-сюда, людишек кушал, а потом народ собрался, его из той трубы выкурил и жестоко убил. Все.
— Э-э… — протянул Виктор, явно ошарашенный моей немногословностью.
— И все? — не выдержала Инга.
— Все, — кивнул я. — А чего растягивать? Это старики наши любят истории протяжно да заунывно рассказывать, я так не умею.
Со временем я понял, что бывают люди более сильные и более слабые, и чтобы человек тебя не разочаровал, не стоит требовать от него больше, чем он способен тебе предложить.
Не стоит, говоришь? Быть лучшим? Всеобщая ненависть и немного актерской игры — мизерная плата за это.
Сегодня я принимал исповеди… но начать нужно не с этого. Верно, начать надо с того, что на прошлой неделе резко похолодало, что в церкви стоит ледяной холод и сквозняки дуют по ногам под дверью исповедальни (потому что нет средств даже на то, чтобы замазать щели в окнах, а из западного витража вывалилось несколько стёкол, всё-таки не старинная работа, сработано кое-как тридцать лет назад, а что делать, когда все старые церкви остались за англиканами, и ведь не предъявишь претензий к Генриху VIII). Какую чушь я горожу! Это оттого, что у меня поднялась температура, мне долго пришлось сидеть в простывшей исповедальне, слушая бесконечный перечень мелких грешков миссис Д. и миссис О., оттого, что я закоченел от холода, сидя в одной сутане поверх рубашки (это потому, что моя единственная шерстяная фуфайка не просохла после стирки, хотя зачем я это пишу?), и у меня онемели пальцы на руках, и – я каюсь, mea maxima culpa – я испытывал не очень христианские чувства по отношению к старухам, которые носятся со своими прегрешениями, как курица с яйцом (Господи, прости мне это высказывание!). Но неужели они так серьёзно относятся к чепухе, которую мне рассказывают, что полагают, будто Бог не простит их без моего вмешательства (а также что я лично должен искупать их грехи своим насморком)?
В нашем жестоком мире следует обозначить себя как жесткого и умного человека. Раз я решил стать уважаемым индивидуумом в отдельно взятом куске пространства, для начала следует убить кого-нибудь. Не я это придумал, испокон веков так было. Все эти аристократы, императоры, богатейшие люди государства — от кого они произошли? Копни к истокам и увидишь отмороженного разбойника, пирата или воинственное племя. <...>
Кто бы что не говорил, сила и разум — вот основа успеха! Добавить толику справедливости и из меня выйдет отличный предводитель!
kurilka Опасно делать выводы не опираясь на факты.
– Я взял одну книгу в библиотеке.
– Это она навела тебя на мысль написать рассказ?
– Нет, это ваша бездарная школа навела меня на мысль.
– Возможно, тебе не стоит читать такие книги…
– Возможно, как раз другим стоит почитать такие книги.
Любой из нас может полюбить чтение - при условии, что человеку попадется в руки хороший роман, который ему понравится, найдет отклик в душе, останется с ним навсегда.
Каким бы скучным ни было действие, когда повторяешь его изо дня в день, оно приобретает некую медитативную сущность.
Как только мужчина поймет парфюм, он по нему может почувствовать, что это та девушка, на которой он женится.
Его волосы торчат в разные стороны, на шее красные отметины. Если бы на его месте был кто-то другой, я бы подумала, что парень только что занимался сексом, но Гидеон выглядит слишком рассерженным для таких умозаключений. Может, он дрался с енотом.
Я не очень-то суеверен, но все-таки хочется думать, что если там сверху кто-то есть – более развитая инопланетная расса, великий абсолют или тот же бог, – то он точно знает, что делает, и все это именно так и было задумано. И имеет смысл. Надеюсь, мы не оказались божественным просчетом, как сказал Воронцов, иначе это даже не просчет, а глупейшая ошибка вроде пропущенного знака «минус» в математическом примере: одна непоставленная короткая черточка, а к чертям летит целый мир.
Общество меняется не ради справедливости: оно меняется ради собственной выгоды. И общество не изменится, если большинство людей не увидит в переменах собственной выгоды.
— Больше всего от брака достается именно женщинам! Как ты там сказал? Обязательства? Еще бы! Семья, новая жизнь, перемены! Все это в бОльшейстепени касается именно женщин! Они превращаются в марионеток, старающихся всеми силами угодить супругу и его многочисленной родне. Матушкам, тетушкам, троюродным бабушкам. Вчерашняя умница и красавица, сказавшая “да” у алтаря, назавтра превращается в закомплексованную несчастную женщину, вечно переживающую, сможет ли она угодить своему благоверному? Не посмотрит ли он на сторону? Не станет ли пренебрегать ею? А если станет, то как ей быть? Ведь общество обвинит именно ее в неумен
ии удержать мужчину. Если у кого-то жизнь и меняется безвозвратно после брака, то только не у вас,
Ничто так не повышает весомость аргументов, как наличие холодного оружия в руках.
Самое высокое дерево вырастает из крохотного семечка.
– Но есть закономерности. Сложнее всего заметить те, которые настолько велики, что выглядят, словно пейзаж.
Некоторые соседи-мусульмане даже навещали нас во время осады, привозили еду и заверяли, что наши страдания - их страдания. Прикладывая руку к сердцу, они говорили: «Мы вас не оставим». Но рано или поздно они все нас оставили.
Чтобы познать яблоко, не надо его есть – надо стать семечком.