— А мы пойдем другим путем! Обычно с этих слов и начинались мои последовательные приводы в полицию… но сейчас-то я надеялась на лучшее!
— Лика! — вышел из себя идеальный мужчина. — У тебя не было жениха, не было свадьбы, и подружек, с которыми он изменял, тоже не было! Я всхлипнула, одинокая слеза покатилась по щеке, и я выдала: — Вот видишь, у меня даже свадьбы и жениха не было, а он мне уже изменил со всеми у-у-у…
«Кажись, будет насиловать», — пронеслось в моей голове. «Или убьет, а потом прикопает», — мстительно подсказало чувство самосохранения. «Не прикопает, а отвезет в свой сад и пустит на удобрения», — внес свою лепту разум, накрепко спаянный с коммерсантской жилкой. «А может, все-таки изнасилует?» — подала голос надежда. «Размечталась, — возопила гордость, — а как же девичья честь?» Ой, вот так и приходит недобрая тетя по имени Шизофрения.
И сколько журналистке для счастья-то надо? Правильно — всего и побольше!
Это вы две недели преследовали маньяка, пока он сам с повинной не сдался полиции, лишь бы избавиться от вас?
- Знаешь, чем отличается купание в воде от купания в дерьме? - продолжила знакомить меня с жизненной мудростью бабуля. - Чем? - заинтересованно выговорила я. - Очень быстро плавать учишься, - рассмеялась бабушка, - а главное, нырять обратно уже не хочешь. ...
— И все равно я тебя люблю, хоть ты и идиот... — Спасибо, я тебя тоже... с такой же поправкой!
Люблю доводить представителей противоположного пола до состояния невменяемости и любоваться багровеющими лицами — там, где брились, всегда черненькие точечки проступают, так забавно.
Жизнь снова была прекрасна и вообще… в мужиков нужно влюбляться нормальных, а не в идеальных!
Я возвращалась домой в золотом платье, прекрасная, как принцесса, и счастливая, как трезвеющий алкоголик.
«…Уж слишком у нее правдивые и ясные глаза были — сразу видно, что врет!»…
Артём ее не бил, только держал, целовал, трогал. Якобы нежно. Трогал везде. Как будто женщину можно возбудить одной физической стимуляцией и нежеланные прикосновения способны спровоцировать ответ.
Вик прав, центр удовольствия находится в голове, и только. Никогда трусы не станут мокрыми, если мужик противен, что бы он ни делал, как ни старался, насколько бы умелым, опытным и привлекательным ни был.
Жажду бессмертия могут недооценивать только долгоживущие. Для остальных лишнее время очень притягательно. Даже на краю гибели люди борются за лишние дни и часы в этом мире.
Ну же, выйди из спячки и скажи Мире, что ты тоже так считаешь!
– Я тоже так считаю, – покладисто отозвалась Марион. – А что именно я считаю?
Тимур рывком сел и осмотрелся, а я было открыла рот, чтобы позлорадствовать, но застыла будто жена Лота, обращённая гневом бога в камень. В каменную соль, если уж быть достоверно точной. А всё потому, что, садясь, дракон сбросил с себя одеяло, под которым был бесстыже наг, и его нагота притянула к себе мой взгляд, как магнит металлическую стружку.
Если бы злость можно было разливать в баночки и продавать, я бы после сегодняшнего утра могла озолотиться. И самое поганое, что кое-кто это прекрасно понимал.
– Макс! Ёлки-палки! – ругалась я. – В Замке снова поют стены! Ты можешь мне объяснить, что происходит? Как нам быть?
– Интересно девки пляшут! – хмыкал Макс. – Поют стены, а с пристрастием допрашивают меня! Ик… Они поют, с неё и спрашивай.
...эмоции, а особенно, негативные, нужно скрывать от других, чтобы не показывать свои слабости. Ведь эмоции выдают наши чувства!
— Добрых людей намного больше, чем кажется на первый взгляд.
— Просто они тихие, спокойные, не любят кичиться своим большим, открытым сердцем, вот и находятся в тени, не видны сразу. Зато злые, завистливые, наоборот, не могут жить спокойно, не привлекая к себе внимания. Для них не поорать, не покрасоваться, не попортить другим кровь, как нищему помощь оказать. Самих себя злоба изнутри сожрет. Вот они и выступают, оттого кажется, что их пруд пруди.
Мужчина, он же как устроен? Ценит только то, во что силы свои, душу вложил, на что время потратил. Что кровью и потом далось. А не потратил, не боролся, так и не надо оно ему сто лет...Что дела...Что женщины...Что дети...
Лучшая прививка от Рамиля - увидеть, что глазами его трахаешь не только ты, Елена Сергеевна.
Думаешь, резвой рысцой несущийся по территории декан факультета некромагии к дождю? А вот и нет - к панике!
Это когда всё хорошо, мы думаем, что едва ли не всесильны. Что сможем удержать счастье в руках, а если вдруг случится так, что предаст самый близкий, гордо удалимся, потому что тот, кто может растоптать нас, прожив бок о бок десятилетия, не заслуживает ни слезинки. На деле же всё совсем иначе. Куда бы ни пошёл, что бы ни делал, кажется, ты каждую секунду своего времени собираешь себя по кусочкам раз за разом. А от боли, что поселяется где-то так глубоко внутри, что её оттуда не выцарапать и не вырвать, задыхаешься, как под водой. Даже ощущения схожи — лёгкие кажутся наполненными чем-то тягучим, распирающим их изнутри.
— Как вы планируете дальнейшее развитие ваших отношений? Только не надо абстракций в стиле «у нас все серьезно и надолго». Мужчина пользуется такими выражениями только не имея на самом деле четкого представления о будущем.
Секунда, и Хит легко прикусил мочку. Собственник! Но в ответ на это по телу прошла волна крупной дрожи, и он победно хмыкнул. Ну ладно… Элли оттолкнулась от пледа и развернулась в капкане рук. Недолго думая, потянулась и укусила Хита за нижнюю губу.
Все еще не открывая глаз, он глухо усмехнулся.
— Что это было?
— Месть, — коротко выронила Элли.
— Обожаю, — он лениво улыбнулся. — Отомсти еще.