Я очень чистоплотное чудовище.
Мы всегда слишком поглощены тем, что вокруг нас, и мало внимания уделяем тому, что мы сами собой представляем.
Любовь никогда не умирает. Она никуда не исчезает, никогда не угасает, пока ты за нее держишься
В комсомол вступать необязательно, но всем надо, иначе в Университет не примут.
На фоне всего этого великолепия я выгляжу курицей, забредшей в стаю к лебедям - вроде бы тоже птица, но не ровня остальным.
Разговорный язык ребят отличается большой гибкостью и удивительной яркостью благодаря мгновенным образным ассоциациям. Если вы не можете что-то представить, вы не сможете и произнести это.
Ростбиф? Настоящий деликатес, учитывая, что до ближайшей коровы 400 000 километров.
Глубоко внутри моего чахлого тела, скрытая где-то за печенью или прицепившаяся к селезенке, живет другая, лучшая часть меня.
«Любой человек, даже успешный и удачливый, может испытывать трудности, и все-все, даже самые умные, обеспеченные и независимые, нуждаются в понимании и участии.»
— Я люблю тебя. Даже когда ты иррациональна, ревнива и своенравна.
"Бунин увидел в Набокове писателя, уже находившегося вне пространства русской классической литературы, которое Бунин считал исключительно своим. Это был уже не экзальтированный юноша-поэт, поклонник стихов Бунина и автор восторженных писем, а зрелый писатель, ясно представлявший свое место в литературе и не нуждавшийся в принадлежности к той или иной традиции или школе, кроме «школы таланта»"
Ты выходила из-под моей воли, убегала со страниц, куда-то исчезала и начинала жить своей, неизвестной мне жизнью. Ускользала из-под пера. Я не знал твоих мыслей, твоих поступков! Я! Всесильный автор твоей судьбы! Демиург твоего мира! Твой создатель! Я - оставался в неведении!
Заслуженные наказания за совершенные преступления должны пугать людей и служить хорошим примером.
— Почему ты ненавидишь себя? — спросила Эми.
— Если бы на свете жил другой человек, во всем похожий на меня, я ненавидел бы его с такой же силой. Так к чему двойные стандарты?
Зрительным образам свойственно постепенно таять в памяти, а потом внезапно возвращаться в сопровождении радости и боли, которые с ними крепко связаны...
- Я тебя ненавижу.
- Уже слышал.
- Ты скотина.
- В курсе.
- Тело получишь, ты ж сильнее, но я тебя потом убью.
- Женщина, ты в своем уме?
– Ну ладно, только мне нужно помочь с вопросами, – согласилась Гермиона. – И закончить доклад по книге.
– Вот здорово! Тогда заходи позже, когда захочешь. А я пока буду обдумывать вопросы – у-ха-ха! Ладно, шучу, – добавила Люси, заметив встревоженное лицо подруги. – Я буду просто паинькой.
Хитрость – признак умишка. Простота – признак ума...
Пекарь делает хлеб, плотники – дома, а мы вот делаем покойников.
Твоя способность самостоятельно что-то выяснять уникальна, но так же она раздражает. Ты знаешь слишком много.
Чем сильнее мы пытаемся доказать жизни, что самостоятельно можем ей управлять, держать ее под контролем, тем быстрее она наглядно продемонстрирует тебе обратное.
Нельзя жить в скорлупе, и нельзя вечно держать внутри боль, гнев, ярость. Говорят, лучшее средство выплеснуть это из себя - крик, правда, есть риск, что окружающие сочтут тебя за психа.
Умереть - это еще не все: важно умереть вовремя.
народ должен свою историю знать. По крайней мере, ею интересоваться. Так пусть же кто-то мне объяснит, зачем ее, жуткую, дикую, чудовищную, удивительную, ослепительную, искрящуюся, делать нудной, серой и скучной? Давайте же писать так, чтобы не угас интерес народа к своей истории. К нашей истории. Я пытаюсь писать так, чтобы было ясно и понятно, – это не всегда удается, но я стараюсь.
— Можно спросить тебя кое о чем? Только предупреждаю, это очень деликатный вопрос.
— Ты еще спрашиваешь! Ты видел, как я пила кровь, блевала, целовалась с парнем, как собака лизала его кровь, а потом как едва не выплакала себе глаза. А я видела, как ты отказался от минета. И ты полагаешь, после этого меня смутит твой деликатный вопрос?