Пятнадцатый год война, двадцатый год стройка, пятьсот лет неустойка. И ведь ничему не учатся - ни верхние, ни нижние. Как-то оно здесь все будет, в России...
Пусть твой первый день в аду длится десять тысяч лет и будет самым коротким.
«Слишком долгое ожидание может стать пагубным, так как постепенно ослабевает ощущение цели».
— …Бытует мнение в народе, что ты на нашу власть плюешь с высокой башни и все делаешь по-своему. Правда?
— На них, пожалуй, плюнешь, — хмыкнула я. — Слюной подавишься.
Сумасшедших поймать труднее, потому что в их действиях отсутствует рациональное звено.
Сложнее всего увидеть то, что прямо у вас перед глазами. Фридрих Шиллер.Давайте признаемся: мы все ограничены. Ужасно, неизбежно ограничены. Мы ограничены временем, и местом, и обществом, в котором рождены, - ограничены нашей расой и классом, тендерными ожиданиями, наличием или отсутствием привилегий, ограничены тем, чему нас учили, когда мы были детьми, ограничены языком, ограничены спектром, который могут видеть наши человеческие глаза, ограничены всем тем, что мы плохо умеем, если вообще умеем. Так что, да, можно сказать, что мы ограничены в какой-то трагической степени. каждый из нас, каждый день.
Но человечество за свою долгую и бурную историю изобрело нечто великое и ослепительное, позволяющее нам преодолеть собственные ограничения, и, между прочим, это не Интернет. Это искусство. Это живопись, и скульптура, и музыка, и литература, и танец, и так далее, и так далее.
"...самая главная составляющая любого чудодейственного снадобья - это вера."
...перестал верить в разбойников, постоянно про них слыша и никогда с ними не сталкиваясь.
Жители метеорита с ужасом наблюдали приближение Челябинска.
Когда две собаки грызутся, третьей лучше не встревать...
Мир не терпит резких сломов, это всегда ведёт только к трагедиям.
Встречи без любви! Какое заклятие лежит над людскими нравами и понятиями! Мы, сильный пол, отцы, мужья, братья и дети этих женщин, мы важно осуждаем их за то, что сорят собой и валяются в грязи, бегают по кровлям... Клянем и развращаем в то же время! Мы не оглянемся на самих себя, снисходительно прощаем себе... собачьи встречи!.. Открыто, всенародно носим свой позор, свою нетрезвость, казня их в женщине! Вот где оба пола должны довоспитаться друг до друга, идти параллельно, не походя, одни - на собак, другие - на кошек, и оба вместе - на обезьян! Тогда и кончится этот нравственный разлад между двумя полами, эта путаница понятий, эти взаимные обманы, нарекания, измены! А то выдумали две нравственности: одну для себя, другую для женщин!
— Ты позволяешь мне унижать тебя!
Она улыбнулась:
— Ты не можешь этого сделать. Унизить себя могу только я сама.
Дети ищут поддержки у взрослых - это верно, но и взрослые иногда нуждаются в поддержке детей, чтобы рядом был кто-то слабый, чтобы было для кого жить.
Бывает дружба, о которой долго не догадываешься. Проходят годы, и, оглядываясь на историю встреч, разговоров, всевозможных превратностей и переделок, понимаешь: рядом был настоящий друг. Это знание может поразить горчайшим раскаянием: понять бы раньше - встречались бы чаще, разговаривали дольше, не теряли столько времени на других знакомцев. Хотя не в чем раскаиваться, не о чем сожалеть - все было так, как только и могло быть. Лишь бы друг был жив, чтобы наслаждаться даром дружбы уже в полном сознании.
…но красотою, как кажется, она не могла похвастаться; по крайней мере, при встрече с нею, одни только гвардейские солдаты заглядывали ей под чепчик, моргнувши усом и испустивши какой-то особый голос.
Если ты папа, то ты навсегда папа. Ты не можешь перестать быть папой потому что случилось что-нибудь глупое или плохое!
“Неспокойная совесть — не лучшее снотворное”
Извечная беда любого автомата - обойма всегда заканчивается в самый неудобный момент.
Мне не нравился Нью-Йорк. Мне не нравился Голливуд. Мне не нравилась рок-музыка. Мне вообще ничего не нравилось. Возможно, я боялся. Вот в чём всё дело - я боялся. Мне хотелось сидеть в одиночестве в комнате с задернутыми шторами. Вот от чего я тащился. Я придурок. Я ненормальный.
любовь если и появится в моей жизни, то так же накроет с головой в один миг. Пока меня с парнями накрывали только раздражение и скука.
- Я хочу, чтобы люди меня любили. - Люди тебя любят. - Я имею в виду людей, а не только тебя.
- Не помню точно, кто сказал, но знай, что путь в тысячу шагов начинается с первого шага. И он, этот шаг, тобою сделан, а значит, прохождение всего пути - лишь вопрос времени.
- Угу, главное, не оступиться.
- А на что же тогда товарищи?
В конце концов, человек - не игрушка и не робот, а живое существо, имеющее право на все: на ошибку, на выбор, на чувства.
Моя маленькая, глупая, залюбленная до невозможности девочка, привыкшая к тому, что ее семья – это нерушимая крепость, твердыня.