Ведьмы ругаются – под руку не лезь
There must be another life, she thought, sinking back into her chair, exasperated. Not in dreams; but here and now, in this room, with living people. She felt as if she were standing on the edge of a precipice with her hair blown back; she was about to grasp something that just evaded her. There must be another life, here and now, she repeated. This is too short, too broken. We know nothing, even about ourselves.
-Зослава, радость моя... да ты у нас кладезь талантов, оказывается! Этакое сокровище только закопать.
Перед самым сном пенсионер немножко поиграл на ноуте в "Танки", на которых он подсел пару лет назад, а потом решил почитать новую книжку в интернете. И естественно, эта книжка опять была про попаданцев. Но вот только она Виктору Александровичу совсем не понравилась.
Главный герой её был какой-то тупой, картонный, ничего толком не знал и не умел, но с первых же страниц книги так и рвался в Москву давать советы товарищу Сталину...
— Ага... Так тебя к нему и пустили! Таких идиотов у Сталина и своих хватает!
Одна снежинка ничего не значит, но никто не поспорит со снежной бурей. Одна ворона не беспокоит нас, но стая может обчистить поле
К нам стали приводить питомцев не только с занозами, но и с такими жалобами, как "что-то он грустно смотрит", "слишком много думает", "вчера поел всего три раза" и даже "во сне дрыгает лапкой"
Поддерживать своего мужчину - первая обязанность женщины.
«Что мул, что профессор — оба скотина». Так, если я не ошибаюсь, говорят в Аргентине.
- Ты должен понять, что мы сделали то, что сделали, потому что любим тебя. - Но я люблю ее. Я жалел, что не говорил этого чаще, особенно Кэт. Забавно, как подобное дерьмо оборачивается в итоге. Пока ты погружен во что-то, ты никогда не говоришь или не делаешь того, что нужно. Всегда после свершившегося, когда уже слишком поздно, ты понимаешь, что должен был сказать или сделать.
– Наемники, – с горечью ответила Зоя. – Как это ни отвратительно, многие смертные готовы сражаться за кого угодно, лишь бы им платили.
– Но что же они, не видят, на кого работают? – спросил я. – Неужто они не замечают всех этих чудовищ вокруг?
Зоя покачала головой:
– Я не знаю, многое ли они видят сквозь Туман. Но не уверена, что их бы это волновало, даже если бы они знали правду. Порой смертные бывают ужаснее чудовищ.
Когда их домик исчез за поворотом, у меня возникло такое забавное ощущение, будто я написал стихотворение и оно было прекрасным, но я потерял его и никогда больше не вспомню.
- Значит, я где-то слышал. - Где-то слышал, где-то слышал. Говорят, что у маленьких поросят большие уши. Твои должны свисать до земли - столько ты слышишь.
Так всегда бывает в кино — в самый последний момент, когда женщина уже готова сесть в самолет, появляется в полном отчаянии мужчина и под иронично–сочувственными взглядами служащих авиакомпании хватает ее в охапку, целует и возвращает в свой мир. Появляется надпись «Конец», и зрители расходятся, пребывая в уверенности, что эта пара отныне и впредь будет неизменно счастлива.«В кино никогда не показывают, что было дальше», в утешение самой себе произнесла она. А дальше — брак, кухня, дети, секс по обязанности, пусть даже и супружеской, но все более редкий, а вот и впервые найденная записка от любовницы, и желание закатить скандал, а потом — обещания, что это никогда больше не повторится, потом вторая записка (уже от другой женщины), и снова скандал и угроза развода, но на этот раз муж уже ничего не обещает с такой определенностью, а всего лишь говорит, что любит ее. Третья записка (от третьей женщины), а за ней обычно предпочитают промолчать, сделать вид, что ничего не происходит, ибо с мужа станется сказать теперь, что он ее больше не любит и она может уходить на все четыре стороны.Ничего такого в кино не показывают. Фильм кончается раньше, чем начинается другой мир. Так что лучше не думать.
Чем ближе подпускаешь к себе человека, тем больнее он тебя ранит.
Я заметил, что в тесной квартире даже и мыслям тесно.
... у вашего кузена наблюдаются несомненные симптомы присутствия известного сапожного инструмента в анусе, позвольте вам заметить.
Когда мне было 5 лет, мама всегда твердила мне, что самое важное в жизни – быть счастливым. Когда я пошел в школу, меня спросили, кем я хочу стать, когда выросту. Я написал «счастливым». Мне сказали – «ты не понял задание», а я ответил – «вы не поняли жизнь».
Ядовитый шепот пресечь труднее, чем громогласную клевету.
Всё, что приносит удовольствие, всегда незаконно, безнравственно или полнит.
Самооценка рождается в детстве через взаимодействие с близкими людьми.
Иногда мне кажется: вот в чем вся наша беда - слишком много людей занимают высокие места, а сами трупы трупами.
...любовь странный властелин, а природа человека еще более странная вещь...
"любить" - это высокое слово, я прекрасно это понимаю, с ним нужно обращаться бережно, иначе от частого употребления наступит инфляция смысла
Чем не деликатнее у человека душа и приниженней положение, тем черствей и немилосердней он к ближним.
"Кто долго страдал, тот с трудом верит своему счастью."