– Ба, я тебя не оставлю. Заберу с собой.
– Ой, а вдруг я вас стесню?
– Это в замке–то на двести комнат?
– Боже! Сколько уборки!
– Ань, слышишь, говорят, что писатель ищет невесту. Повезет же кому–то. И собой хорош, и богат.
– Бабуль, мы в пролете. Такие принцы редко женятся на чужих. Из близкого круга подберут. Или актрису какую–нибудь американскую. Возможно даже африканских кровей. Сейчас кругом толерантность.
— Я давно уже усвоил, что истинное благородство мало зависит от происхождения. Вы вмешались, хотя могли бы просто пройти мимо. Вас ведь не заметили. Но вы рискнули спасти нас, несмотря на угрозу.
— Дурак потому что.
— Порой это синоним благородства.
Нет ничего полезнее для семьи, чем виноватый мужчина! Пусть волнуется, пусть старается, бережёт и ценит!
...воспитание — это всегда поиски баланса между тем, что знаешь, о чём догадываешься, чего боишься и что воображаешь.
Некоторые националисты из SDLP сравнили столь резкий "ребрендинг" Шинн Фейн с попыткой рассказать о непорочном зачатии бандитствующих активистов общества.
Человек всегда коллекционирует сам себя.
накрывает жар его тела, горячее дыхание скользит по шее, умелыми движениями он собирает сорочку на моих бёдрах, и мне приходится приподняться, чтобы позволить ему свободно сдёрнуть с себя.
в животе немеет
Высокая стройная девушка с глазами тёплого неба.
А желание - это уже не простое влечение, которое может быть сведено, например, к семи базовым аффектам, это настоящий мучительный лабиринт, внутри которого скитается невротизированный субъект, пытающийся понять, чего именно он хочет, зачем он этого хочет и почему, получив то, что он вроде как хотел, он понимает, что хотел…
Медведь слегка оживился, схватил Седьмого за ногу и принялся с лязгом и скрежетом, осыпая все вокруг ржавчиной, дубасить роботом об сосну.
Дубасить логичнее об дуб, но дуба поблизости не оказалось.
Охота на человека не отличается от охоты на любого другого зверя с тёплой кровью. Тем более когда человек – сам зверь.
Он неплохо пожил и не смущал свою душу никакими сожалениями
Несколько бывших поэтов теперь увлеклись каллиграфией. Типичное занятие для тех, кто уже мёртв внутри.
Две веские причины. Первая – сестра не была мальчиком. Вторая – Эйша была девочкой. И, несмотря на кажущуюся схожесть этих причин, суть их была совершенно разной.
Я замочил 'хлеб' в молоке, и начал месить фарш — суп это одно, но котлеты, на первый раз, я решил сделать (почти) сам. Добавил туда лук, хлеб, разбил несколько яиц… Соль, перец… Лепить котлеты я подрядил повара с Женом.
До того как основать в нашем захолустье школу красоты, с эскорт-услугами под красивой вывеской, она успела несколько лет побыть владелицей брачного агентства и теперь по цвету радужки и форме мизинца могла определить характер и потребности человека.
Пока ты жив – всегда есть шанс, крохотная вероятность того, что судьба повернется к тебе нужной стороной, а вот мертвому уже точно ничего не поможет. Так что, «пока дышу – надеюсь». Так, кажется, говорили древние.
Власть хоть вольна нас и казнить, и миловать, общее течение жизни ей мало подотчётно. Оттого все платоновско-коммунистичсекие учения – утопии, которые никогда не будут осуществлены.
«Море. Люблю море. С этой стихией меня связывает решительно всё. Волей обстоятельств я была разлучена с ним, с моим домом. Но я верю, что однажды сумею вернуться и спасу свой народ» стр.3
Если ставить перед собой цель и мысленно постоянно обдумывать и прорабатывать ее, то вы неизбежно начнете предпринимать шаги к достижению этой цели.
Скажите мне, а что такое честь
И с чем ее сегодня можно съесть?
А может, да простят меня, невежду,
Ее на теле носят как одежду?
Скажите мне, коль это не секрет,
Что, честь имеет вкус, объем и цвет?
А может, кто-то знает ей и цену?
Тогда – добро пожаловать на сцену!
Я прямо заявляю при народе,
Что чести нет, – верней, она не в моде,
И нам сейчас нужна сия химера,
Как цейсовский бинокль для Гомера!
Зачем болтать о чести? Слово оно
Из нашего исчезло лексикона.
Сегодня в мире юношей не счесть,
Которые не знают слова «честь»!
Сегодня и нормальный человек-то
Довольно слаб по части интеллекта,
Сегодня и нормальному уму
Писатель Свифт уже не по уму!..
В каком театре – ткните для примера! —
Смеются над пиесами Мольера?..
В какой избе-читальне на земле
Хохочут над романами Рабле?..
Зато какой бы хохот грянул в зале,
Когда б мы голый зад вам показали?..
Сегодня лишь такие номера
У публики проходят на ура!
Когда кто-то из близких дает нам почитать книгу, мы среди строк поначалу ищем его — его вкусы, причины, побудившие подсунуть нам именно эту книжку, какие-то знаки братства. Потом текст захватывает нас, и мы забываем того, кто нас в него окунул; вот, она, сила чтения — отметать даже такое обстоятельство!