Шин закончил выступление, сказав, что даже один человек, отказываясь молчать, может помочь освободить десятки тысяч узников трудовых лагерей Северной Кореи
Прошлое подчищено, подчистка забыта, ложь стала правдой...
Ничто не дается даром в этом мире.
Хвастливость авторского красноречия и нега читателей осудят ли на вечное забвение дела и судьбу наших предков? Они страдали и своими бедствиями изготовили наше величие, а мы не захотим и слушать о том, ни знать, кого они любили, кого обвиняли в своих несчастиях.
... всеми войнами всегда руководят интересы тех, кого эти войны не затронут.
Когда человека любят все, это значит, что по-настоящему его не любит никто.
дети отлично знали, что родители накупили им всяких чудесных подарков и сейчас расставляют их на столе, но в то же время они не сомневались, что добрый младенец Христос осиял все своими ласковыми и кроткими глазами и что рождественские подарки, словно тронутые его благостной рукой, доставляют больше радости, чем все другие. Про это напомнила детям, которые без конца шушукались об ожидаемых подарках, старшая сестра Луиза, прибавив, что младенец Христос всегда направляет руку родителей, и детям дарят то, что доставляет им истинную радость и удовольствие; а об этом он знает гораздо лучше самих детей, которые поэтому не должны ни о чём ни думать, ни гадать, а спокойно и послушно ждать, что им подарят.
– Лично я различаю несколько видов женщин: «наседки», живущие только своими детьми; «любовницы», целиком посвятившие себя своим возлюбленным, и «гибриды», которым очень бы хотелось перейти в категорию «любовниц», но которые из чувства долга жертвуют собой ради потомства.
Шипы и в смерти были остры, как при жизни.
Все мы с детства знаем, что в XVII веке уже были украинцы. Чубатые казаки с саблями и сулеями горилки, веселые девчата с веночками на голове, трудолюбивые мещане, бородатые попы, студенты Киево-Могилянской академии, вынюхивающие, где бы чего потянуть, бедные селюки, вечно бегающие от татар, панов и работы - в общем, целая страна с полнокровной и веселой жизнью. Она строила дома, муровала церкви, изобретала новые разновидности наливок и колбас, ездила в Крым за солью и просто друг к другу в гости. А вот какая у нее была культура? Полная загадка!
Тема удивленно слушал Иванова. В его голове не вмещалось, чтоб можно было добровольно, без урока, сидеть и читать.
Коснуться разбитого сердца Пусть имеет право лишь тот, Кто страдал не меньше. Эмили Дикинсон
Одним словом, верно то, что говорил о Джойсе Левин (Levin. Op.cit.): он не избирает некую систему идей, намереваясь её выразить, и вся культурная архитектура двух его последних произведений имеет смысл не
философский, а технический; амбиции Джойса состоят в том, чтобы охватить всю мировую культуру, дабы превратить её в поле для игры.
Девушки — это почти как парни, только другие и глупых вопросов не задают.
Хорошо смеётся тот кто делает это красиво.
– Он говорит, сейчас война. Какой может быть стыд?– Скажи ему, что он ошибается. На войне обязательно надо быть порядочным. Куда более порядочным, чем в мирное время.
Плюсы выхода из дома сильно преувеличены.
Если мы, еще совсем недавно больные люди, не могли смотреть в лицо миру, то и мир не мог смотреть в лицо нам с нашими лекарствами и снаряжением больных. Мы вызывали страх и неловкость — я видел это совершенно ясно — и в интересах общества не меньше, чем в наших собственных интересах, не могли быть просто выпущены в мир. Мы несли на себе клеймо пациентов, невыносимое знание о страдании и смерти, невыносимое знание о пассивности, утраченной решимости, зависимости, а мир не любит, чтобы ему напоминали о таких вещах.
...даже с самыми масштабными проблемами можно справиться, если разбить их на составляющие.
"Позднее, в конце сентября, на подмосковной базе ПВО подполковник ракетных войск Станислав Петров увидел на радаре вспышку, означавшую запуск ракеты. Чуть позднее радар показал вероятный запуск еще четырех ракет. Заподозрив, что дело в сбое компьютера, офицер не стал сообщать командованию. Поступи он иначе, ядерная война приобрела бы вполне реальные очертания. Впоследствии выяснилось, что причиной сбоя системы дальнего оповещения стало редчайшее стечение обстоятельств: датчики спутника были засвечены солнечным светом, отраженным от высотных облаков. Петрова западные СМИ позднее чествовали как героя. Тем не менее, удручает тот факт, что предотвратить глобальную катастрофу ему помогло не убеждение, что США не могут первыми нажать кнопку, а бытующее среди военных мнение, что ядерный удар наносится не одной ракетой, а сотнями одновременно. После “инцидента Петрова” СССР продолжал жить в ожидании удара4."
Понимать – одно; доверять – совсем другое.
Когда мы находим какую-то проблему, которая, по нашему мнению, может быть улучшена (в технологиях, процессах администрирования или развития нового), и настолько сильно погружаемся в процесс улучшений, что считаем сон напрасной тратой времени, значит, мы становимся на правильный путь.
- Много нам счастья было от этой любви?
- Не много, - согласилась я, улыбнувшись сквозь слезы. - Но это лучшее, что было в моей жизни, а за лучшее нужно соответственно платить. Мы же с тобой хотели сэкономить и в оконцовке остались ни с чем.
Через двадцать минут оба друга были в торговом центре, где, обежав несколько этажей, обнаружили наконец Снежану, да так и застыли столбами в дверях, глядя, как она в компании его же матери, двух любовниц, компаньонки и песца с аппетитом поглощает мороженое, о чем-то непринужденно беседуя со своими довольно улыбающимися спутницами.
– Я вижу то, что вижу? – спросил Ингольв, слегка толкнув Варга плечом.
– Нет, приятель, – отозвался тот, не скрывая раздражения, – у нас с тобой групповые галлюцинации.
– Тогда почему ты непрерывно богохульствуешь?! – возмутился святой отец, хорошо поставленным ударом забивая непокорный болт в металл по самую шляпку... – Что это еще за «Аминь, блин»?!
– Молитва, – неуверенно пожал плечами Олег, на секунду отвлекаясь от контроля автоматрона... – Может, не совсем каноническая, но искренняя и вроде бы даже действующая.
– Да неужели? – подозрительно осведомился отец Федор, беря из уголка сложенные там заранее листы жести и начиная прибивать на разорвавшуюся по всем швам трубу новую заплатку. – Как-то не похожа. Ну вот ни капельки...
– Она меня всегда в критических ситуациях успокаивает и выручает! Я ведь падаю-то, между прочим, уже второй раз. И ничего, не паникую… – упорно стоял на своем Олег, говоря чистую правду. – А до того у меня был неудачный призыв демона, зачет против толпы зомби вместо единичного трупешника, дуэли в училище при явном превосходстве противников и многое другое… И пока, как видите, жив. Причем, возможно, именно благодаря ей.