Настало и в его жизни время использовать привилегию нужных знакомств.
Нaрод у нaс, сaм знaешь, простой — кaк чего чужое увидит, тaк срaзу его своим нaчинaет считaть.
Ахметзянов запоздало признал: ему открыли возможность остаться человеком, которую он отбросил. Он выбрал себе крысиную нору, крысиную жизнь и крысиную смерть.
Техасец хвастается перед арканзасцем своим ранчо. “Ранчо у меня такое, - говорит он, - что ежели я утром сажусь в грузовик и еду его осматривать, так только к ночи и успеваю вернуться”. Арканзасец сочувственно кивает: “Угу. Было дело, и у меня был такой грузовик”.
Эффект вышел оглушительно удачным и подтвердил аксиому: все самое лучшее происходит случайно.
Саванна всегда была милостива к приезжим и чудакам, но сохраняла иммунитет к их достоинствам. Она никогда ничего так не хотела, как того, чтобы её оставили в покое.
– Раз уж я не способен курить, так хоть пить буду, – сказал Ник. – Это единственный известный мне способ избегнуть «кароси».
– Избегнуть чего?
– Так японцы называют смерть от переутомления. Обычный конец их бизнесменов. Эта публика работает по двадцать три часа в сутки, и вот, в один прекрасный день идет себе такой человек часиков в десять вечера по Гиндзе, возвращаясь в свой офис после делового обеда, и вдруг – хлоп! – падает на тротуар и умирает. Только что он был менеджером среднего звена, а миг спустя уже валяется на асфальте лапками кверху, точно дохлый майский жук.
Помни, если не можешь заработать денег, заведи друзей. Но не слишком много, потому что один настоящий друг — все, что нужно, чтобы защититься от ударов злой судьбы.
Много узнаешь, путешествуя, если глаз не закрывать.
Не совсем понимаю: почему многие называют судьбу индейкою, а не
какою-либо другою, более на судьбу похожею птицею?
Начинается зима. Неужели пойдет опять такая же канитель? Спанье до одиннадцатого часу, гостиный двор, магазины, Невский, визиты, Летний сад и Английская набережная, коньки, понедельники в опере, субботы в Михайловском и потом пляс, пляс и пляс с разными уродами.
известно, что если один петербургский господин вдруг заговорит на улице о чем-нибудь с другим, совершенно незнакомым ему господином, то другой господин непременно испугается.
— Почему вы, как все нормальные женщины, не завели собаку? Маленькую, громкую и не такую опасную?
Сказать, что сук мне и в жизни хватает?.
Испокон веку народ говорит: жена добрая, домовитая во сто крат ценней золота, не в пример дороже камня самоцветного.
Зачем же нас учат быть добродетельными и честными, если только пороку обеспечено богатство и могущество в жизни, а после смерти - обожествление?
Там, где завелись американцы, приходится быть осторожным.
— Есть что-то торжественное в этой задержке грозы, — сказал сэр Джордж. — Можно подумать, что она ждет, пока внизу, на земле, не свершится какое-то событие, которое она отметит своим первым оглушительным раскатом.— Увы! — ответил Батлер. — Мы настолько ничтожны, что природа не станет согласовывать движения своих стихий с нашими эфемерными делами и страданиями. Небо разверзнется тогда, когда тучи зарядятся электричеством, независимо от того, упала ли в это время овца со скалы Аррана, или пал победитель герой на поле брани.— Но человек предпочитает думать, — сказал сэр Джордж, — что основные законы движения вселенной зависят от людских судеб. Мы не хотим допустить, что исчезнем вместе со столетиями, канувшими в вечность до нас, подобно этим широким черным каплям, которые, коснувшись воды, вызвали легкое и мимолетное кружение и потом исчезли бесследно.— Бесследно! Мы не исчезнем, не можем исчезнуть бесследно, — ответил Батлер, глядя вверх. — Смерть для нас лишь перемена, но не конец: это начало новой жизни, и ее дальнейшее течение будет определено нашими поступками здесь, на земле.
И старый мир, как пёс безродный, стоит за ним, поджавши хвост.
Если бы человеческий мозг был настолько прост, чтобы мы могли понять его, мы бы сами были настолько глупы, что всё равно не сумели бы его понять. (глава "Кант")
Как правило, человек, который первым выдвигает новую идею, настолько опережает свое время, что его считают чудаком, так что он остается неизвестным и его скоро забывают. Затем постепенно мир вырастает до понимания такой идеи, и человек, который провозглашает ее, в надлежащий момент получает все почести. Так было, например, с Дарвином, а несчастный лорд Монбоддо в свое время был посмешищем.
...выстраивай героев именно так, чтобы тебе было удобно и легко с ними сравниваться. В этом их цель, смысл существования, идея всей возни с ними.
Полученная пощечина может побудить вас выпрямиться, броситься вперед, дать ответную пощечину, ударить кулаком, подпрыгнуть, собраться, пуститься в пляс — иными словами, жить. Полученная пощечина может также заставить вас согнуться, покачнуться, упасть, умереть. Нам кажется достойным поведение, побуждающее к жизни, и отталкивающим — поведение, влекущее за собою смерть. Но ... Полицейские, поэты, лакеи и священники существуют благодаря человеческой низости. В ней они черпают свои силы. Она бурлит в них. Она их питает.
Порядок - мой девиз.
– Что ж, и волхвом быть не надо, чтобы понять: в колчане у судьбы не только одна стрела. А я хороший стрелок. Я не промахнусь.
Знаешь, чем страшна война, кроме жертв, разрушений, горя? Тем, что лишает человека культуры. И не просто лишает, а обесценивает, уничтожает ее.