Маркиз, вы не сошли с ума? Вы знаете, нет... я в него просто еще не приходил.
И я, вернувшийся из постапокалиптического будущего, направился в предапокалиптическое прошлое, в город, где все еще горели уличные фонари и светились окна в домах, и люди жили своими обычными жизнями, не подозревая, что когда-то им придется охотиться на крысопауков и не любить москвичей еще сильнее прежнего.
В Люберцы.
Которые никогда не меняются.
Силвест : – Я говорю о человеческой способности горевать. Она не достигает заметного уровня, если число погибших составляет нескольких десятков человек. В таких ситуациях наше сострадание стремится к нулевой отметке. Согласитесь, никто из нас не сожалеет об этих людях.
– Я о том, что в жизни должно быть место чудесному, – пояснила Майя.
– В жизни есть жизнь, – уверенно заявила Варя. – Чудесное приходит сюда в гости. Оно здесь не живет.*в отличие от тех, кто приходил в эту жизнь, чтобы жить, у Майи были какие то свои планы.
- Ведь есть же какие-то пределы?
- Вот тут вы не правы, пределов нет. Каждый способен на что угодно, буквально на что угодно.
Quis custodiet ipsos custodes?
Как сказал один мудрец — кто устережёт самих сторожей?
Ревнивец подсознательно полагает, что его когда-нибудь предадут. Он постоянно держит осаду и убежден в том, что рано или поздно в стене будет пробита брешь; он заранее вооружен пессимизмом как средством защиты.
Я иногда совершаю поступки, которые всем (даже мне) кажутся мужественными, хоть на самом деле причиной им моя трусость.
— Вы Бог или дьявол? — спросил однажды умирающий.
Кабальеро пожал плечами и задумался над вопросом.
— Отчасти и тот, и другой, — ответил он наконец.
— В принципе я атеист, — сообщил больной. — Но на самом деле глубоко верующий.
— Как и многие люди. <...>
«Мир слишком богат, а жизнь коротка, считал он, чтобы дважды возвращаться к одному и тому же месту. Надо перебирать встречи, как камушки на морском берегу, иначе до захода солнца не успеешь полюбоваться»
Мы любим не конкретного человека, мы любим свое представление об этом человеке. Очень мало кто это понимает и способен принять. Людьми движет слепая вера в свои созидательные способности. По большому счету любовь – это всегда любовь к себе.
Сегодня ножка болит, завтра ручка, а потом придет время, что и болеть будет нечему...
Секс, как и переговоры, — это нечто, что мы должны практиковать и в чем должны совершенствоваться. Секс, как и вся наша жизнь, не может просто следовать привычному шаблону. Он должен быть гибким.
... знал, что мужчина никогда не должен извиняться, так же, как и Каталина понимала, что упреки ни к чему не приведут. Какими бы ужасными ни были его проступки, мужчина только раздражается, когда о них говорят ему в лицо. Умная женщина удовлетворится тем, что они будут тяготить совесть мужчины, если она у него есть, а если нет, то обвинения тем более бесполезны.
Человеку, который вышел из дому в светлой праздничной одежде, стоит только быть обрызнуту одним пятном грязи из-под колеса, и уже весь народ обступил его и указывает на него пальцем и толкует об его неряшестве, тогда как тот же народ не замечает множества пятен на других проходящих, одетых в будничные одежды. Ибо на будничных одеждах не замечаются пятна.
Да когда же настанет на святой Руси конец несносной тирании? Или так на веки вечные: холопы – под барином, барин – под царем, царь – под богом? И деться от этой неволи некуда!
- ...наш старый город умирает. Мы покинуты, мы отчаялись, мы погибаем!
- Да, да, нужно сдаваться! Нужно сдаваться! - зашумели в зале.
- Нет, - возразил Жан Пекуа, - надо умирать.
По каким-то еще, скажем прямо, неясным, но могущественным законам язык не может существовать без сложностей и исключений, устаревших конструкций и пока полупереваренных нововведений. Видимо, это некие присущие всему живому принципы. Противодействовать им – все равно что пытаться проложить все сосуды в теле человека по линеечке или заставлять кошку ходить на задних лапах. Все, что нам кажется трудным, все, чему нужно долго учиться и чему так тяжело учить, все эти неудобные изгибы, непоследовательности, бесконечное разнообразие вариантов – все это и есть жизнь. И она выносит свой приговор любому придуманному языку. Пока он искусственный, то есть легкий, простой, разбирающийся, как игрушка из детского конструктора, – это не инструмент для выражения тонкой души человека. Когда же он становится теплым и родным, из всех углов вылезают самые диковинные штуки, и простоты как не бывало.
Истинный друг - это тот, кто может оценить твоё счастье, радоваться вместе с тобой, пусть даже ему самому не слишком весело.© Эмили
Половое притяжение точно так же обусловлено законами природы, как рост корня к центру земли или движение бактерий к кислороду на краях штифтика в микроскопе.
<...> рано или поздно ей придётся отбросить надежду на лучшее прошлое.
Наверное, одиноким людям свойственно к чему-то прижиматься, чтобы забыть о своем одиночестве.
У женщин от жалости до нежности один короткий шаг.
Войну, как известно, легко начать, но очень трудно закончить. Особенно войну при фактическом отсутствии противника. Ужасно обидно, когда ты с хриплыми криками «ура» врываешься в населенный пункт, а там никого нет. Очень обидно выглядеть еще большим идиотом, чем ты и без того являешься. Если враг не сдается, его уничтожают. А если врага нет, его придумывают. Или назначают.
Любовь - это не ситуация. Любовь - это награда.