лекарь – работа очень рисковая. Так вот не вылечишь кого надо, или наоборот – вылечишь, кого не надо, и можешь оказаться на костре.
– Жизнь наглядно показала, что власть – это, скорее, лишние проблемы и источник опасений.
Ему хотелось насладиться коротким путешествием в детство, куда открыт путь только до тех пор, пока живы бабушки и дедушки.
– Сколько книг вы прочли?
– Тысячи. Вряд ли мне удастся сосчитать.
– И вы все их помните?
– Нет. Я помню только очень хорошие. Большинство детективов и приключений не слишком-то хороши, так что через некоторое время я начисто забываю, о чем там речь, и могу перечитывать их заново.
Я всегда злюсь. Это моя постоянная эмоция. Хотел бы жить иначе, проще, но уже не помню, как это.
- Слушай, а как, по-твоему, Он выглядит? - вдруг улыбнулся Вилли.
- Кто? - спросил Мак.
- Господь, конечно. Если Он осчастливит своим явлением, то как будет выглядеть? Забавная картинка, как ты перепугаешь до смети какого-нибудь бедолагу-туриста, спрашивая, не Господь ли он.
Мак усмехнулся:
- Не знаю. Может быть, Он действительно явится в виде яркого света или пылающего куста. Мне больше нравится образ величественого старца с длинной белой волнистой бородой, вроде Гэндальфа из "Властелина колец".
Мы жертвуем собой ради других или другими ради себя.
Фригидность - это когда совокупляются мораль и психология.
«Защищай свои несовершенства. Имеешь право. Ведь они - твои собственные»
"... когда я являю окружающим свою подлинную суть, они почитают это лицедейством; когда же я разыгрываю перед ними спектакль, люди считают,что я веду себя естественно."
Мир очень мал, когда некуда идти.
Кто не захочет - пусть не читает. Тем хуже для него.
Если согласиться с тем, что мысль человека есть мысль рода человеческого, то нет возможности понять, что она такое. Подобно всей остальной части в созданной вселенной , ничто в мире сознаний не может быть постигнуто как совершенно обособленное, существующее само собой.
Мы живем на востоке Европы – это верно, и тем не менее мы никогда не принадлежали к Востоку. У Востока – своя история, не имеющая ничего общего с нашей. Ему присуща, как мы только что видели, плодотворная идея, которая в свое время обусловила громадное развитие разума, которая исполнила свое назначение с удивительной силою, но которой уже не суждено снова проявиться на мировой сцене. Эта идея поставила духовное начало во главу общества; она подчинила все власти одному ненарушимому высшему закону – закону истории; она глубоко разработала систему нравственных иерархий; и хотя она втиснула жизнь в слишком тесные рамки, однако она освободила ее от всякого внешнего воздействия и отметила печатью удивительной глубины. У нас не было ничего подобного. Духовное начало, неизменно подчиненное светскому, никогда не утвердилось на вершине общества; исторический закон, традиция, никогда не получал у нас исключительного господства; жизнь никогда не устраивалась у нас неизменным образом; наконец, нравственной иерархии у нас никогда не было и следа. Мы просто северный народ и по идеям, как и по климату, очень далеки от благоуханной долины Кашмира и священных берегов Ганга.
Ничто так не объединяет, как сходство переживаний.
Нужна большая смелость, чтобы решиться выйти и показать себя. Стать собой. И все-таки именно это кратчайший путь к тому, чтобы найти "своих" людей и перестать притворяться. Поэтому просто будьте собой, друзья.
Хуже всего человека портит – это когда его не поощряют.
В игре мы, конечно, нубы, но в жизни я в подобные игры играла много лет, причем по гораздо более суровым правилам. И ребят ты тоже со счетов не списывай - они старички не простые. Перед тобой, можно сказать, интеллектуальная элита богадельни и абсолютные победители чемпионата среди маразматиков!
Черная дверь захлопнулась, отрезая меня от внешнего мира, чему я сейчас была даже рада. Я пыталась обдумать все произошедшее, составляя план на ближайшее будущее. "Будущее"... Я усмехнулась: размер моего будущего сжался до одного часа. Дальше я не заглядывала...
Но у нас с Паолой один чудесный девиз: сколько бы ни стоило, было бы за что. А придется ли платить долларами, скотом или жизнью — это все равно. Так — по-нашему, и на это мы идем. И это — верное правило, ни разу еще мы не заплатили слишком дорого.
У бедняков есть такая страсть- копить вещи.
..нет более подходящего времени, чем сейчас.
Все умирает, все, даже и воспоминания!.. И благородные чувства наши умирают. Вместо них наступает благоразумие.
Знаешь, иногда я- не будь мы с тобой дураками, мы вполне могли бы быть счастливы.Но нам подавай луну с неба
Иногда маленькие шлюпки спасают корабли.